Шрифт:
Глава 1. О роли товарища Мико в истории России
Костлявая длань Кирилла Олеговича нависла над открытой страницей зачетки словно меч палача над шеей приговоренного. Трагедию уже нельзя было предотвратить, и Дашка отлично это понимала. А еще она прекрасно знала, что возражать профессору Потапову нельзя. Но знать и понимать – это одно, а смириться с несправедливостью – совсем другое.
– Нечестно! – выкрикнула девушка прежде, чем кончик ручки успел коснуться белоснежной ячейки таблицы в столбце с заголовком «Оценка».
Кирилл
– Что, простите, вы сказали? – переспросил профессор. Для верности он даже повернулся к студентке правым ухом, на котором под прядью седых волос виднелся слуховой аппарат.
Дашке стоило бы подметить демонстративность его поведения, принять во внимание и сменить тактику, чтобы не втягивать себя в еще большие неприятности. Замолчать, смиренно опустить глаза и принять факт грядущей в августе пересдачи экзамена по истории России как данность…
– Я сказала, что вы поступаете нечестно, – по-прежнему бойко и решительно ответила девушка.
Возмущение пылало на пышных щечках горячим румянцем, дрожало кончиками курчавых рыжих хвостов, искрилось в глубине лукавых зеленых глаз. Оно подпитывало Дашкину уверенность, которой девушка лучилась так ярко, что даже у тихони Збирова, затаившегося в дальнем углу аудитории, подтаяли сомнения в успехе рисковой затеи сокурсницы.
– Простите… – протянул профессор, убрал ручку от зачетки и уточнил: – Что именно кажется вам несправедливым?
Несомненно, Кирилл Олегович давал Дашке последний шанс пойти на попятную и отделаться легким испугом. Студентке нужно было лишь подобрать правильные слова и расположить их в правильном порядке: извиниться, пообещать, что все выучит, пожелать профессору хорошего отдыха на каникулах.
Дашка использовать возможность не пожелала. Отступать, отказываться от своих слов и портить себе летний отдых из-за блажи старого ворчуна она не собиралась!
– Я ответила на вопрос в билете. Да, не развернуто, но я перечислила все причины падения татаро-монгольского ига. Несправедливо ставить мне два балла, тем более что Мико, – Дашка кивнула на дверь, в которую упомянутый сокурсник вышел парой минут ранее, – который вообще ничего не ответил, вы нарисовали четыре!
Кирилл Олегович хмыкнул, откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. Смотрел на Дарью он снизу вверх, но у несчастного Збирова, который от страха совсем сполз под парту, складывалось совсем иное впечатление.
– Напомните мне, студентка Орлова, откуда пожаловал в нашу чудесную страну товарищ Мико?
– Из Конго.
– И вы считаете, что я должен спрашивать товарища Мико с той же строгостью, что и вас?
– Да, – уже не так уверенно ответила Даша.
– И зачем, скажите на милость, пригодятся товарищу Мико знания об истории России, когда он вернется в родные пустыни?
– В Конго нет пустынь.
Левая бровь профессора устремилась вверх, в то время как правая буквально спикировала вниз. «Беги!!!» – мысленно прокричал бедняга Збиров, так же мысленно прощаясь с Дашкой и с собственной жизнью.
– Вот как? – наконец холодно изрек профессор.
– Там влажно и тепло. И растут бананы.
– Это вам товарищ Мико рассказал? – хмыкнул Кирилл Олегович и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Чем с ним общаться, вы бы лучше потратили лишний час на изучение материала моего предмета. А впрочем… быть может, я не прав? Быть может, вы решили уехать в Конго с товарищем Мико?
– Что? – растеряно пискнула Даша.
Профессор сел прямо и вновь занес руку над разворотом зачетки.
– Потому что, если это не так, можете не рассчитывать на положительную оценку от меня!
Ручка опустилась вниз, и белоснежная ячейка таблицы в столбце с заголовком «Оценка» оказалась непоправимо замарана размашистой цифрой «2». В соседней ячейке прописалась не менее размашистая подпись профессора.
– Пересдача в августе, но чем тратить время на бесполезное, лучше потратьте его на поиски нового места учебы, – прошипел Кирилл Олегович с ехидной улыбкой на устах, вручая студентке Орловой зачетку.
Выйдя из аудитории, девушка застонала от сознания собственного бессилия. Это был провал! Крах всех надежд, облом, кризис – в общем, конец света локального масштаба. Мало было ей не сдать экзамен, так она умудрилась поссориться с самим профессором Потаповым! Более вредного преподавателя не существовало в ВУЗе, да и во всем остальном мире, пожалуй. И почему она не сумела удержать язык за зубами?
На лице Даши не было и тени улыбки, и даже задорные хвостики безжизненно повисли. Легко можно было понять, что пересдачу она завалила, но Лешка Глебов – товарищ по несчастью – счел необходимым все же уточнить:
– Встретимся в августе?
Девушка кивнула и картинку хныкнула. Глебов скорчил рожицу, выражая сочувствие.
– Не боишься! – подбодрил Дашку стоявший тут же товарищ Мико. Не изменяя привычке, могучий гражданин Конго положил руку на плечи Даше и прижал девушку к себе.
Поведение африканца, не упускавшего случая обнять всякую белокожую девушку, Дашку всегда раздражало. Она дернулась, чтобы высвободиться. Однако в последний момент предусмотрительность вынудила девушку смириться с положением. Африканец был своеобразным, но безобидным и отзывчивым. И гражданином Конго! Не стоило портить отношения с тем, кто мог оказаться полезным в Самом Крайнем Случае.
– Да, ладно тебе киснуть, Дарья, – тем временем поддакнул сокурснику Лешка. – Пойдем лучше в кафешке посидим. Погода замечательная! Я угощаю…
Даша тряхнула головой и все-таки высвободилась из неуклюжих объятий африканского великана.
– Сегодня я – пас. Мне домой надо. Предки и так ругались, что не с первого раза сдала. Даже боюсь представить, что скажут, когда узнают, что я и пересдачу завалила.
– Не говорить их! – посоветовал товарищ Мико, и его могучий голос эхом разлетелся по длинному пустому коридору. Словно рык льва по африканским просторам!