Не все ответы...
Шрифт:
Так радостно и счастливо дракон не чувствовал себя даже когда из-под голубовато-мраморной скорлупы показался крохотный нос его первенца.
Тайрэд, вздрогнув, оглянулся на рычащего дракона.
– Что это с ним?
Сироп небрежно отмахнулся крылом.
– Смеётся. Наверное, мама сказала что-то смешное.
С утра пошёл дождь, мелкий, противный, смёрзшийся, словно ещё не успевший решить, кем ему быть - дождём или снегом? Небо затянуло зимней серой пеленой, вчерашний солнечный день уже выцвел, поблёк в памяти и казалось, что весна и вовсе не приходила в долину.
От лесной прогулки Тайрэд
Можно было присоединиться к малышам, и как-то изменить правила игры, чтобы всем удалось поучаствовать, но именно сейчас Тайрэд страстно желал остаться наедине с самим собой.
И как всегда, у него не получилось. С тяжёлым вздохом из тёмной пещеры выскользнуло тускло поблёскивающее массивное тело. Сладкий Дождь постоял, глядя на детей, и лёг по другую сторону пещеры. Тайрэд невольно отстранился. Зверь был настолько огромен, что довлел над человеком даже на расстоянии, казалось, протяни руку и коснёшься глянцевой шкуры дракона.
На первый взгляд дракон вроде бы и не обратил на него никакого внимания, но у Тайрэда стало неспокойно на душе, просто от близкого присутствия зверя. Он поёжился, задумавшись, а не принести ли ему одеяло, а то камни слишком уж холодные. Дракон повернул голову и Тайрэд на всякий случай притих.
Сладкий Дождь что-то невнятно хмыкнул и сложил передние лапы перед собой. Не по-кошачьи, спрятав под тело, а совершенно по-человечьи упираясь локтями. Точнее, правой подперев голову, для чего ему пришлось совершенно немыслимо изогнуть шею, а левую просто положил на землю. Потом дракон ухмыльнулся, как-то по-особому посмотрел на Тайрэда, перевёл взгляд на свою левую лапу и опять на мужчину.
Тайрэд уже научился распознавать этот неповторимый взгляд, которым дракон смотрел на него, когда хотел добиться какого-то конкретного действия. Правда, в последнее время дракон всё чаще привлекал детей в качестве переводчиков, но в данный момент, очевидно, он не собирался отрывать их от игры.
Тайрэд привстал, пытаясь сообразить, что ему хочет сказать дракон. То есть уже понимая, но не слишком доверяя своему пониманию.
Но сидеть на холодном камне было так неприятно!
Сабира, выползшая спустя некоторое время погреться, застала чудную картину. Дети играли, муж намурлыкивал детскую песенку, любуясь на малышей, а на сгибе локтя у него приютился задремавший человек.
Дракон сам удивился, обнаружив, насколько легче оказалось думать о Тайрэде как о приёмном сыне, чем как о невольнике. Мужчина, правда, никакой перемены в его отношении не заметил. Оно и к лучшему, опять бы разволновался, ещё заболел. А у дракона и без того проблем хватало.
Сооружение дома оказалось более сложной задачей, чем думал Сладкий Дождь. Но тем увлекательней было её решать. Причём выяснилось, что никто из будущих строителей толком не знал даже, что они собирались
И самой главной проблемой было то, что дракон знал, как строят люди для людей. Но он то был драконом, к тому же из инструментов у него были только лапы, когти и зубы. Конечно, это не мало, хотя... как ни странно, это ещё и слишком много. Дерево выкорчевать он сможет, но как наделать из него досок? Ему было под силу ворочать огромные валуны, но как сложить из камней стену, как приготовить сцепляющий раствор? Ведь ему требовался дом, крепкий и тёплый, а не дырявый шалаш. Самое большее, что Сладкий Дождь мог себе представить, это землянку, перекрытую брёвнами, выдержит, наверное, даже его вес... Но как сделать земляное убежище тёплым, сухим, и вообще - подходящим для крохотного человека?!
А как сложить печь? Дракон мог представить себе камин или печь, но сделать... разве что Тайрэд сам этим займётся... А ещё в домах бывают окна, двери, мебель всякая! Сладкий Дождь начинал понимать, что сказать "человеку нужен свой дом", это отнюдь не то же самое, что этот дом соорудить. А своё жилище Тайрэду было необходимо. Дракон инстинктивно понимал, что собственный дом даст человеку ощущение свободы. Иллюзорное, конечно, но, тем не менее, очень важное. Совсем без свободы нельзя!
А ещё собственный дом отдалит человека от драконьей семьи, и Сладкий Дождь никак не мог решить, плохо это или хорошо? Не перестанет ли Тайрэд быть частью их жизни? Не увеличится ли его одиночество?
Землянку они всё-таки вырыли. Взрослые драконы натаскали высоких сосен, дракончики ободрали с деревьев ветки... После первого же дождя стало ясно, что или рыть надо было в другом месте, на холме, чтоб вода внутрь не затекала, или придумывать нечто другое...
– Придумаем что-нибудь, - успокаивал Тайрэд дракончиков, расстроенных первой неудачей, - люди ведь не сразу стали дворцы возводить, когда-то все жили в землянках, а многие лоххо и до сих пор живут. У моего наставника вообще есть специальная нора на заднем дворе замка, им собственноручно выкопанная, чтобы от жены прятаться. Она лаки, и потому боится всяких подземелий.
От постройки землянки осталась куча веток, и Тайрэд предложил разжечь костёр. Просто так, не для того, чтобы нажарить мяса или согреться. Просто посидеть у огня. Недавний дождь не смог промочить всю поленницу насквозь, смолистое дерево хорошо горело, и костёр получился жаркий, почти бездымный.
– Зато теперь мы знаем, какую ошибку допустили, значит, в следующий раз не повторим.
Лежащий на другой стороне костра дракон шумно вздохнул, и пламя костра на миг разметалось, расстелилось по земле, чуть не достав до дракончиков и человека. Тайрэд поджал ноги, да так и остался сидеть, обхватив колени руками.