Не все ответы...
Шрифт:
Тайрэд разглядывал дно своей кружки и молчал. Молчание его было настолько непривычно, что, в конце концов, Леденец не выдержал.
– Что случилось?
Тайрэд поставил кружку, оглянулся на Сладкого Дождя.
– Я получил весть из дома, - глухим от напряжения голосом ответил Тайрэд.
– И... как там?
– Король Синог погиб, подавившись виноградиной. В стране смута, наследников Змея больше не осталось и другие семьи борются за власть. Мои друзья в тюрьме. Орли...
– он вздохнул, уронил лицо в ладони.
– Орли тоже... Значит, его не убили тогда.
Он встал и пошёл в темноту, не разбирая дороги. Сладкий
Тайрэд шёл по прямой. Он, наверное, так бы до реки добрёл, не встань на его пути молодой дуб. Тайрэд обхватил дерево руками и замер.
– Я предал друга, - сказал он, обращаясь не то к дереву, не то к дракону.
Сладкий Дождь сочувственно огладил его по плечу кончиком пальца. Ты не виноват, хотел сказать он.
– Он был жив. Его раненого пытали палачи. Пока я беззаботно прожигал время, он сидел в тюрьме.
– Ты не виноват. Ты не мог этого знать, - даже самый тихий шёпот дракона мог поколебать горы.
Тайрэд был покрепче каких-то гор. Он упрямо покачал головой.
– Я должен был! Должен был... хотя бы вспомнить о своих друзьях оставшихся... оставшихся там, - он повернулся, упёрся обеими руками о морду дракона.
– Мне было хорошо здесь, так хорошо, что я не хотел вспоминать... и не вспоминал. Семь лет, Сладкий Дождь, он продержался семь лет. Я наслаждался жизнью все эти годы, а Орли... Он ведь много младше меня. Я помню его беспомощным младенцем. Мы росли вместе, Орли всегда был для меня как младший брат. А теперь он отдан Безмолвному по ложному обвинению в моей смерти... быть может сейчас, пока мы говорим с тобой, он умирает. Синог мёртв, а Орли даже некому спасти, потому что бросить человека в Цитадель, или вызволить оттуда, возможно только по слову короля.
– Ты хочешь вернуться?
Тайрэд в отчаяние застонал. Вопрос дракона был словно острый нож, вонзившийся в спину.
– Не хочу!!
– выкрикнул он, - я... да, я действительно не хочу возвращаться...
Сладкий Дождь вздохнул. Он ведь знал, что рано или поздно эти вылазки встанут ему боком, но чтобы всё обернулось настолько плохо! А ведь он мог бы предвидеть это, мог догадаться ещё весной, когда, вернувшись от караванщиков, взволнованный Тайрэд первым делом поведал, что идут они в Эфал, третью столицу Сакры, в родной город Тайрэда. Должен был понять, что хороших вестей мужчине не получить, не в сказке живём. Человек, подославших убийц к родному брату, стал королём... может ли такое чудовище стать хорошим правителем? Может ли его правление быть благом? Уж на такие глупые вопросы он мог бы заранее найти правильные ответы!
Даже не почесался, тупая туша, скотина безмозглая! Ну что стоило не заметить возвращавшийся караван?! Или отказаться лететь на торг, он ведь часто отказывался, и Тайрэд ещё никогда не обижался...
– Цитадель, Цитадель...
– Тайрэд повторял это слово как заклинание, - ну почему так жестоко, так страшно? Неужели не могли его просто убить, оставить волкам и то благородней и милосердней!!
Сладкий Дождь почти не слышал его бессвязный, тихий лепет. Он уже понял, что во всех несчастиях, обрушившихся на его друга, того самого второго всадника, которого подстрелили на глазах у дракона, Тайрэд винил себя. И, по сути, он был прав. Орли пострадал лишь потому, что был его
Но делать то что-то надо?! Тайрэд уже начал заговариваться, ещё чуть-чуть и он изойдёт криком от непереносимой душевной боли!
Дракон, как когда-то очень давно, подхватил мужчину лапой и поковылял обратно. Он уже был уверен, что знает, как правильно поступить, но сначала... Сначала нужно было посмотреть как поступят другие! Сладкий Дождь коварно прищурился. Посмотрим...
Тайрэд, наконец, справился с собой, и, вывернувшись из ладони, пошёл сам, угрюмо глядя себе под ноги. Разумная предосторожность - в этой части леса было много разных рытвин, наследие бесконечных игр подрастающих дракончиков.
Дети встревожено повскакивали с мест, когда Сладкий Дождь и Тайрэд вернулись к костру.
– Теперь ты уйдёшь?
– Леденец подбежал к учителю, заглянул ему в лицо.
Тайрэд рассеянно потрепал малыша по шее.
– Это решать не мне, - глухим от напряжения голосом проговорил он.
– А кому?
– удивилась Шоколадка.
– Наверное, вашему отцу.
– Папа, но ты ведь его не отпустишь?!
– заволновалась маленькая драконица, - там так опасно...
Тайрэд на Сладкого Дождя не смотрел. В отличие от наивной девочки, он точно знал, что никогда не сможет уйти из долины. Он понял это ещё в первый год и принял как данность. Отпустить его, для Сладкого Дождя означало нарушить секретность. Мужчина отлично понимал, почему подросшим дракончикам запрещалось улетать за горы, почему в долине не было ни людей, ни других драконов, и почему Сладкий Дождь учил дракончиков не только мирным наукам. Он учил их драться, учил убивать врага... Дракон знал, что их мир подчас жесток, и учил своих детей противостоять этому миру. И Тайрэд видел, что они пока не готовы, а значит не важно, чего он хочет... дракончики взрослеют медленно, и, видимо, ему предстоит умереть в этой долине, больше не встретив ни одного человека. Даже с караванами торговать теперь опасно.
Он встал и, не прощаясь, ушёл домой. Новое одеяло больше не радовало его. Лучше бы он не смог уговорить Сладкого Дождя поискать торговцев. Подумаешь, сапоги развалились, мог бы и босиком походить... Но хоть бы не знал, что нужна его помощь. Он бы не знал, что Орли... жив... Тайрэд прикусил кулак, чтобы не заорать от жгучей, небывалой боли. Жив, но обречён, потому что единственный человек, способный спасти его, сидит в уединённой долине, в прятки с дракончиками играет!
А ещё, чтобы он там не сказал дракону, Тайрэд хотел вернуться... Хотя бы увидеть своих старых друзей, убедиться, что у них всё в порядке... Он не собирался высказывать это несбыточное желание вслух, даже наедине, боялся не сдержать слёз. Уже и то, как он сорвался в лесу...
Взрослые драконы отправили детей спать, а сами поднялись на гребень скалы, откуда вся долина была как на ладони.
– Почему ты не отпустил его?
– недоумённо спросила Сабира. В её понимании равнодушное отношение мужа к бедам Тайрэда выглядело настоящим предательством.
– Тш-ш... Я хочу посмотреть, что станут делать дети, - он свесился с обрыва, внимательно вглядываясь в тёмный зев родного логова.
– Опять твои шуточки, - недовольно проворчала драконица, но глаза у неё разгорелись.
– Интересно, кто вызовется помочь ему?