Небо цвета крови
Шрифт:
– Да мне просто так вспомнилось… Ерунда, конечно.
Донара замолчала, искоса поглядывала на подругу. Капли воды стекали по обнаженному телу Юли, поблескивая в лучах заходящего солнца, словно самоцветные камни. И Донара подумала… ерунда какая в голову полезла… в общем, она вдруг поняла, что страстно хочет попробовать на вкус вот эту сверкающую капельку, маленьким бриллиантом повисшую на соске подруги… Она даже помотала головой, отгоняя наваждение.
Решила спросить Юлену о ближайших планах, о том, смогут ли они отыскать путь домой через лишенную ориентиров степь, или же рискнут вернуться к дороге…
– Скажи, Юлечка, а у тебя… ну… с парнями… уже было?
Юлена повернулась резко, взметнув волну темных волос. Капелька-бриллиант сорвалась с груди и полетела к траве.
– Да ты что, подруга?! Как можно, когда… Тихо!
Донара почти не понимала ее слов, залюбовавшись на красоту подруги… И не сразу отреагировала на ее изменившийся тон и встревоженное лицо. Затем и она услышала: с запада, оттуда, где заходящее солнце окрасило небо уже не в алый – в темно-багровый цвет, доносилось негромкое ровное гудение, все более усиливающееся.
Что-то приближалось к девушкам, пока не видимое за кронами деревьев…
Но наверняка опасное.
Бронеглайдеры плыли над степью, развернувшись широким веером, и каждый двигался не прямо, зигзагообразно, в первый момент их движение казалось хаотичным, но подчинялось строго заданному ритму.
Боковые башенки вращались, стволы лазерных установок словно бы приглядывались ко всем укромным уголкам, словно бы присматривались-принюхивались, готовые в любой момент ударить беспощадным лучом…
– Наши? Высадившихся ищут? Диверсантов? – тихонько спросила Донара со слабой-слабой надеждой.
– Не наши… Те… – сказала Юля столь же тихо. – Видишь, эмблема белая? Голова пса? У наших нет таких.
– Ой… Неужели все – за нами?!
– Ну уж… Много ведь товарищей на дороге уцелело, во все стороны разбежались. Прочесывают… Ищут…
– Не заметят, может?
– К чему им замечать… У них же детекторы всякие, датчики. Не спрячешься.
– И что… И как же мы…
– Рекой уходить надо. Под водой, изредка выныривая.
– Юльчик, я не сумею…
– Сумеешь! Я помогу… Раздевайся, в одежде плыть тяжело, в сумки ее запихаем…
Испуганная Донара хотела возразить, но не успела. Ближайший бронеглайдер круто повернул и, ускоряясь, понесся прямо к девушкам. Детекторы засекли беглянок…
– К реке, Донька! – крикнула Юлена, вскочила и бросилась к берегу. Ее одежда и сумка так и остались у костра.
Прежде чем спрыгнуть в воду, обернулась: Донара сзади не бежала, ее платье мелькнуло с другой стороны, среди густых прибрежных кустов.
Юля помедлила недолго, пару секунд. Кусты спрятаться не помогут, единственное спасение – река, и выбор прост: или очень скоро схватят одну лишь Донару, или их обеих…
Она бросилась в воду, сразу нырнула, как можно глубже, к усеянному корягами дну. Ленты багровых водорослей лениво шевелились, извивались под напором неторопливого течения, и напуганные ракатицы спешили к своим не то норкам, не то к входам в таинственные города, Юлена не обращала на них внимания, энергично работала руками и ногами, старалась уплыть как можно дальше, не выныривая, от опасного места… Воздуха не хватало, легкие горели, как в огне, перед глазами поплыли огненные
И услышала истошный девичий крик.
Крик Донары…
Глава вторая
Адъютант его превосходительства
Вахтенный офицер и швартовый расчет хорошо знали свое дело: космобот коснулся шлюза джамп-базы «Святая равноапостольная княгиня Ольга» мягко, плавно, без нередкого в подобных случаях резкого толчка последней коррекции.
«Ну что же, – подумал Несвицкий, – все-таки флагман флота, и отбирают сюда, без сомнения, лучших из лучших…»
Шлюзовая камера медленно наполнялась воздухом, наконец наполнилась, – в центре мембранного люка появилось крохотное отверстие, быстро росло, расширялось, и вскоре уже можно стало проникнуть на базу, но Несвицкий не хотел попасть туда, согнувшись в три погибели, – дождался, когда люк полностью втянется в стены, и лишь тогда шагнул внутрь.
– Сми-и-и-рна! – раздалась громкая команда.
Встречали его по первому разряду: двумя рядами вдоль переборок выстроились двенадцать рослых гвардионцев из личного конвоя флаг-адмирала: лица под низко надвинутыми касками застыли неподвижно, УОКи опущены к полу. Два офицера: один в мундире гвардейского поручика, с адъютантскими аксельбантами, второй – в темно-синей флотской форме, с погонами капитана второго ранга. Протокол соблюден изящно и тонко: с одной стороны, вроде бы кавторанг почти ровня по званию Несвицкому, всего на ступень ниже; но, учитывая место службы последнего, – не совсем и ровня… И в то же время чин достаточно высокий, чтобы дать понять гостю: его и представляемую им контору здесь весьма уважают, и кого попало встречать не пошлют…
– Добро пожаловать на борт «Святой Ольги», господин полковник! – капитан второго ранга поднес ладонь к козырьку, поручик скопировал его жест. Гвардионцы сделали «на караул», вскинув УОКи.
– Вольно! – махнул им рукой Несвицкий. Неформальным жестом протянул руку кавторангу:
– Несвицкий, Михаил Александрович.
– Барон фон Корф, Николай Оттович, – отрекомендовался флотский, ответив крепким рукопожатием.
Поручик приличиям был учен, и к руке не потянулся, лишь щелкнул каблуками и склонил голову в коротком полупоклоне:
– Гвардии поручик Гельметов, к вашим услугам, господин полковник.
– Как прошло путешествие, Михаил Александрович? – поинтересовался капитан второго ранга.
– Все в порядке, долетел благополучно, – коротко ответил Несвицкий.
Не рассказывать же, в самом деле, что бот едва не стал жертвой самоубийственной атаки истребителя мятежников, прорвавшегося сквозь боевой порядок истребителей прикрытия, и пришлось провести несколько не самых приятных минут жизни при перегрузке в девять «же». Повезло, что пилотировал бот трезианин – человек мог бы и не справиться, а эти существа, с их неимоверной скоростью реакции и способностью выносить перегрузки, словно созданы для войны в космосе, боги боевого пилотажа…