Небо на ладони

Эшу показалось, будто острые колючие льдинки пронизали его тело, и он оцепенел от ужаса.

– Проклятие, Тодд! Сбавь скорость! – закричал он, но это был глас вопиющего в пустыне, поскольку человек, сидевший за штурвалом штурмовика, не мог услышать его отчаянный крик.

Эш Эллиот нутром почувствовал, что произошло что-то ужасное, но отсюда, с земли, он не мог ничем помочь. Предназначенная для приема гражданской авиации посадочная полоса была не слишком удобна для военных самолетов, тем не менее Эш надеялся, что Тодд справится.

Однако сейчас он в этом отнюдь не был уверен. При подлете Тодд находился слишком высоко и летел слишком быстро.

На лице Эша выступила испарина. Запрокинув голову, он смотрел в небо, не замечая обжигающего техасского солнца. Страх приковал его к месту, он до боли закусил губу, пальцы сжались в кулаки. Он смотрел на штурмовик и возносил молитвы Всевышнему. Вокруг стоял оглушительный гром и треск, но Эш ничего не слышал. Наземная команда пришла в движение, кто-то уже выкрикивал приказания, предчувствуя неизбежную катастрофу и спеша оказать первую помощь пилоту.

И внезапно это произошло.

Едва колеса самолета соприкоснулись с горячим настилом взлетно-посадочной полосы, шасси подогнулись, и черная хищная птица поползла на брюхе по бетону, высекая и разбрызгивая снопы искр в мертвую траву аэродрома. Отчаянный крик Эша «Боже милостивый!» был заглушен скрежетом металла. Самолет пропахал шестьсот футов по дорожке, свернул влево и перевернулся.

Эш непостижимым образом сумел выйти из оцепенения и вместе с другими помчался к самолету. Однако неожиданно все остановились, словно натолкнувшись на стену, растерянно глядя на выливающееся на землю черное топливо.

Затем из баков вырвалось пламя, мгновенно охватившее весь фюзеляж.

– Тодд! – заорал Эш, бросаясь к полыхающей машине.

Рейн Микаэлс посмотрела на лежащие перед ней папки так, словно это была какая-то гадость.

– Перестань хмурить лоб. Ты лучше, чем любой другой, должна знать, что от этого образуются морщины.

Рейн подняла голову, посмотрела на свою заместительницу Валери Холланд, и лицо ее осветилось мягкой улыбкой.

– Вот от таких отчетов и появляются морщины.

Вэл не слишком женственно фыркнула, в глазах ее вспыхнули веселые огоньки, и она тряхнула ярко-рыжими кудряшками.

– Даже через увеличительное стекло и даже если бы от этого зависела моя жизнь я не смогла бы обнаружить морщинку на твоем лице.

– Просто ты смотрела недостаточно внимательно, – произнесла Рейн. – У меня действительно появятся морщины, если я не доведу до ума линию спортивной одежды в новом бутике.

Валери нахмурилась:

– А в чем дело? Я думала, ты все уладила.

– Я тоже так думала, однако…

Валери прищурила глаза.

– Только не говори, что она снова заинтересовалась твоим делом. Если бы я знала, я бы не стала тебе звонить. Конечно, когда она попросила тебя и заявила, что это чрезвычайно важно, должно быть, и сахар не растаял бы во рту у этой старой склочницы.

Язвительная реплика Валери вызвала у Рейн улыбку.

– Твоей вины в этом нет. Ты поступила абсолютно правильно, соединив меня

с ней. В конце концов, она весьма известный модельер, а также выгодный клиент. Мне очень не хочется ее обижать, но я не слишком богата, а потому не могу приобрести полный ассортимент всех товаров, даже если бы хотела. Мне приходится быть практичной и закупать только самое необходимое.

Вэл вскочила со стула и зашагала по устланному ковром кабинету, нервно постукивая карандашом по ладони.

– Мы с тобой знаем, что она бесцеремонная и весьма неприятная особа. Я хотела бы, чтобы ты дала ей от ворот поворот. Нет нужды с ней церемониться, тем более сейчас, когда ты можешь создать ассортимент товаров, которые будут пользоваться спросом у женщин в не меньшей степени, чем изделия этой дамы.

Рейн вздохнула.

– Конечно, если бы у меня была возможность их приобрести… Однако я потратила на бутик гораздо больше средств, чем рассчитывала. Деньги становятся настоящей проблемой. – Она замолчала и посмотрела на нервно вышагивающую по комнате Валери. – Бога ради, не могла бы ты прекратить это хождение? Иначе я тоже к тебе присоединюсь – и что тогда получится? Два психа могут и дырку в ковре проделать.

Валери остановилась и повернулась к Рейн.

– А что твой банкир Эд Джайлз? Он не снабдит тебя наличными?

– О, не сомневаюсь, что он мог бы, но нужно держать марку фирмы «Новый имидж», и по этой причине я не хочу влезать в еще большие долги.

Поколебавшись, Валери задала еще один вопрос:

– Но ведь ты всегда можешь попросить деньги у Росса Томаса, разве не так?

– Ты отлично знаешь ответ на этот вопрос, – проворчала Рейн и, поднявшись со стула, подошла к окну. И хотя она смотрела на оживленное движение на улице в центре Далласа, она едва ли отдавала себе отчет в том, что происходит вокруг нее.

– Но я не понимаю почему, – не отставала от нее Валери.

Рейн повернулась к ней и вздохнула.

– Потому что я не хочу ничем быть обязанной Россу! Да, у него самая широкая сеть бутиков по продаже одежды в Далласе, и он способен предоставить мне любую сумму. Ну и что из этого? Я хочу справиться сама, без денег Росса.

Валери снова не слишком вежливо фыркнула.

– И это делает тебя такой счастливой? Ну не могу я понять, почему ты отвергаешь человека, который так богат, так красив и вообще от тебя без ума?

– Забудь об этом, дорогая подруга, – осадила ее Рейн. Вспыхнувший в глазах Вэл огонек любопытства погас. – Ты же знаешь, у меня нет времени на мужчин. И если бы даже оно у меня было, мне никто не нужен. Во всяком случае, сейчас. Я наконец-то имею то, что хотела получить от жизни, и ничто не заставит меня изменить решение.

И это было верно. Жизнь Рейн в самом деле сулила хорошие перспективы. Владелец и управляющий фирмой «Новый имидж», она работала с четырьмя сотнями клиентов в год, начиная с редакторов журналов мод и телевизионщиков и кончая модницами, для которых приходилось подбирать персональный гардероб. В этих случаях во внимание принималось положение и особенности характера женщин, изъяны фигуры, бюджет и образ жизни.