Нецелованная

Michelle Youmans

Девушка привела его к извечно пустынному коридору, ведущему в заброшенный класс, и подтолкнула к стенке, медленно приближаясь.

– Что-то случилось? Хочешь спросить о чем-то? – обеспокоенно спросил Лухан, совершенно точно не понимая, что от него хочет странная экономистка.

Чувствуя, как беснуется сердце, идя на фактически ставших ватными ногах, Пэй молила все святые силы о том, чтобы они подсказали ей в нужную

минуту правильное решение. Даже если эксперимент не удастся, пусть Лухан не подумает, что она ненормальная…

Собрав всю силу воли в кулак, Лим протянула ладошки и обняла ими лицо недоумевающего парня, приподнимаясь на носочки и заглядывая прямо в его ореховые глаза. Приглушенный свет коридора делал обстановку совсем уж интимной, и Пэй жутко нервничала, сомневаясь каждую секунду, но пути назад нет и нужно довести дело до конца.

Финансист молчаливо вглядывался в ее глаза, а девушка заметила, как быстро расширяются его зрачки. Значит ли это, что она нравится ему, или нет? Вот бы сюда сейчас Нил, она бы точно сказала!

Затаив дыхание, Лим все ждала, когда же он отведет взгляд, но парень смотрел прямо на нее, и постепенно выражение его лица сменилось с удивленного на какое-то глубоко задумчивое. Губы пытливо приоткрылись, а дыхание стало таким же неровным, как и у нее. Девушка чувствовала, что сердце колотится уже практически в горле, а еще в висках и даже, кажется, внизу живота и в пятках… Всю ее знобило от волнения, а лицо начало снова приобретать пунцовый оттенок.

Не в силах больше терпеть, Пэй хотела было убрать ладони, но Лухан, перехватив их, резко развернул Лим к стене, поменявшись с ней местами, и подошел вплотную настолько, что девушка чувствовала прижавшееся к ней напряженное тело всем своим существом. Приблизив свое лицо к ее, финансист хитро прищурился и пробормотал:

– Ты чего это тут удумала?

– Я… - еле выдохнула Пэй, не зная, что ответить. В ее голове проносилось множество вопросов со скоростью молний и света, тело будто плавилось под стройным и мускулистым телом парня. Эта реакция ужасно пугала ее. Нормально ли испытывать что-то подобное к другу? Стоит ли расценивать это как любовь? Что же это такое?!

На какое-то мгновение Лим показалось, что он сейчас высмеет ее и скажет больше не мечтать о глупостях. И от этой мысли внутри нее все болезненно сжалось, а дышать стало в разы труднее, как если бы коридор заполнился разъедающим кислотным дымом.

– Возможно, ты… - протянул Лухан и быстро замолчал, зато его глаза расширились, словно он осознал что-то, что его весьма впечатлило. Как и к Пэй вдруг пришла неожиданная идея, которую она совсем не готова была воплотить в реальность, но, как ни странно, просто ужасно хотела сделать это…

Следуя инстинктам и приказам разума, девушка подалась вперед, положив руку на галстук финансиста, чтобы

потянуть на себя, поднимаясь на носочки и закрывая глаза. В голове происходил настоящий хаос, все путалось, искрило, сводило ее с ума, и если бы кто-то еще пять минут назад сказал ей, что она захочет первой поцеловать парня, то Лим непременно бы рассмеялась этому глупцу прямо в лицо, но сейчас она с удивительной решительностью желала лишь одного: достичь губ Лухана.

Но что-то мягкое и теплое преградило ей путь в каких-то считанных сантиметрах от рта финансиста. Непонимающе открыв глаза, Пэй уставилась на пораженно глядящего на нее парня, а затем, опустив глаза, заметила, что ее губы накрыла его правая ладонь, в то время как левая продолжает удерживать ее запястье.

Он не захотел ее целовать. Он не позволил ей этого сделать. Она не нравится ему.

Затравленно поглядев в глаза парню, Лим резко отстранилась, сбрасывая его руку и отступая в сторону вдоль стены. Глаза уже щипало от подступивших слез, а в груди горело настоящее адское пламя, которое еще очень долго ничем не потушить.

– Пэй… - рвано протянул Лухан таким тоном, будто чувствовал вину и признавал ее. Но девушке это ничем не могло помочь. Ни его понимание, ни попытка поговорить, ни все эти виноватые взгляды.

Поджав губы, Лим рванулась прочь, убегая по коридору и опуская голову так, чтобы никто не мог увидеть ее слез, но парень не дал ей сбежать, сохранив достоинство. Он нагнал ее в считанные секунды и, схватив за обе руки чуть выше локтей, развернул к себе, заставляя посмотреть в глаза.

Встретившись со взглядом, полным слез, Лухан на мгновение потерял дар речи, но, сразу же придя в себя, поспешно произнес:

– Пэй, я же просто бабник… Я же болван, предпочитающий блондинок. Я не тот, кто тебе нужен, Пэй! Ты мне очень нравишься, но это не то, что… Это… - он виновато отвел глаза и, закусив губу, крепко зажмурился, словно боролся сам с собой. Когда парень снова посмотрел на нее, его взгляд изменился, стал каким-то затуманенным, и Лим тотчас ощутила, как подкашиваются коленки. Теперь ей было более-менее понятно, что имела в виду Нил, говоря о словах и их влиянии. Но девушка все ещё боялась сказать что-либо, а на глаза так и наворачивались очередные слезы.

Лухан вдруг глубоко вздохнул и, покачав головой, пробормотал:

– Ну ладно… Хорошо… - после чего, отпустив ее запястья, притянул девушку за талию к себе. Ее лицо снова оказалось в считанных сантиметрах от лица финансиста, а их дыхания смешались в одно. Сердце уже буквально разрывалось от фейерверков внутри, а кончики пальцев на руках и ногах прошивал удивительной силы ток, сравнимый лишь с ударом молнии. Теплые ладони парня заскользили по ее спине, одна утонула в волосах и вскоре нежно обхватила шею девушки, слегка поглаживая ее.