Нечто
Шрифт:
Коннанту вдруг страстно захотелось принести канистру с бензином, облить существо с головы до ног и бросить на него окурок. А потом смотреть, как мокрая голубая резина превращается в обугленный прах, рассыпается в пепел, и радоваться, что сумасшедшему биологу так и не удалось заполучить в свои руки останки инопланетного монстра…
Коннант вдруг осознал, что смотрит на существо уже довольно долго и что глаза монстра кажутся ему не столь уж мутными, а взгляд не столь уж туманным. А щупальцеобразные отростки, выходящие из тощей, пульсирующей шеи,
Коннант вздрогнул - привидится же такое!
– взял лампу и вернулся к столу. Сев, уставился на лежащий перед ним бумажный лист.
И работа пошла. Лист начал заполняться столбиками цифр. Щелканье счетчика больше не беспокоило, а потрескивание углей в печи не отвлекало. И даже когда раздался за спиной скрип половиц, мысли Коннанта продолжали течь легко и свободно, компонуя данные и формулируя выводы. А поскольку скрип ни к данным, ни к выводам не принадлежал, он внимания не удостоился. Глава 5
Блэр проснулся внезапно, с трудом изгоняя остатки кошмарного сна. Лицо Коннанта на секунду показалось ему продолжением этого кошмара.
– Блэр, Блэр, вставай!
– Коннант выглядел сердитым и немного испуганным, - Вставай, черт бы тебя побрал!
– Что случилось?
– Маленький биолог сел.
На соседних койках зашевелились, кое-где оторвались от подушек заспанные физиономии, послышались восклицания:
– Какого черта!
– Хоть когда-нибудь здесь можно поспать?!
– Да заткнитесь вы наконец!
Коннант выпрямился:
– Вставай и пойдем. Кажется, эта тварь сбежала.
– Что?!
– Голос ван Вола прогремел с такой силой, что дрогнули стены, - Как сбежала?
Из соединительных туннелей послышались другие голоса. Вскоре в помещение главного корпуса ввалилась дюжина обитателей других корпусов. Впереди шел Баркли, коренастый и приземистый, в шерстяном нижнем белье.
– Какого дьявола!
– Баркли держал в руках огнетушитель, - Что здесь происходит?
– Эта чертова тварь исчезла. Я уснул минут на двадцать, а когда проснулся, ее уже не было.
– Специалист по космическим лучам глянул на Коппера, - Эй, док, не ты ли говорил, что высокоразвитые существа при замораживании не выживают?
Коппер тупым взглядом обшарил залитый водой стол.
– Оно же не с Земли!
– Доктор хлопнул себя по лбу.
– Для него же земные законы - не законы!
– По любым законам мы должны найти и поймать его, - сердито отозвался Коннант.
– Удивляюсь, как оно не сожрало меня спящего!
Блэр огляделся вокруг, в его глазах внезапно возник страх.
– Может, оно… Да, мы непременно должны найти его.
– Вот ты и будешь его искать. Как-никак это твой питомец. А я уже и так сделал все, что мог. Просидеть в компании с этой тварью семь часов, да еще слушая ваши ночные “песни”!.. Все! С меня хватит!
В дверях появился Гэрри, перевалился через порог, затягивая ремень.
– Что значит “поймать”?
– Басистый голос ван Вола походил на шум взлетающего “боинга”.
– Уж
– А ты, похоже, решил, будто я украл вашего милого ребеночка!
– огрызнулся Коннант.
– Последнее, что я видел, - как из его расколотого черепа начала сочиться зеленая слизь, похожая на раздавленную гусеницу.
Вошли Норрис и Мак-Реди, за ними показались и другие взволнованные полярники.
– Надо дать объявление о розыске, - сказал Норрис, состроив невинную физиономию.
– И не забыть про особые приметы: около трех метров ростом, с тремя красными глазами и мозгами наружу… Мне кажется, кое-кто решил над нами пошутить… Давайте-ка найдем этого блэровского питомца и привяжем его Коннанту на шею. Как альбатроса древнему моряку…
– Пошутить над вами?!
– отозвался Коннант с горечью в голосе.
– Хотел бы я, чтобы это была чья-то дурацкая шутка, да только…
Его прервал дикий, отчаянный вой, пролетевший по лагерю.
Все остолбенели.
– ..шутки в сторону! договорил Коннант, кинулся в соседнюю комнату и тут же вернулся: с револьвером сорок пятого калибра и ледорубом в руках.
– Эта тварь попала в собачник. Слышите, псы сорвались с цепей?..
Сдавленный, истошный вой сменился шумом схватки. Голоса собак взрывались в тишине тоннелей, а среди них четко выделялся переполненный ненавистью, абсолютно неземной рык.
Коннант бросился к двери. Сразу за ним рванулся Мак-Реди, а затем Баркли и Гэрри. Остальные разбежались по главному корпусу - за оружием. Помрой, отвечавший за пятерку лагерных коров, метнулся в противоположный конец - у него в коровнике завалялись семифутовые вилы.
Бегущий за метеорологом Баркли едва не сбил того с ног - Мак-Реди вдруг затормозил и, бросив специалиста по космическим лучам, свернул в соседний туннель.
Баркли перекинул огнетушитель на другое плечо и последовал за Коннантом. Он знал: что бы Мак-Реди ни задумал, ему можно доверять.
На следующем повороте внезапно остановился и Коннант. Его свистящее дыхание прервалось.
– О Боже!
В туннеле грянул гром. Потом раздались еще два выстрела. Тут же револьвер отлетел в сторону, и Баркли увидел, как взметнулся к потолку ледоруб. Огромная фигура Коннанта напрочь загораживала обзор. Слышались жалобные мяукающие звуки, поскуливание собак да звон оборванных цепей.
Потом Коннант резко отскочил в сторону, и Баркли смог наконец увидеть, что находилось впереди.
Существо явно собиралось напасть на Коннанта, но столь же явно опасалось поднятого ледоруба. Кровавые глаза горели дьявольской ненавистью.
Коннант, решившись, метнул ледоруб.
Тварь с легкостью увернулась, истошно завизжала и прыгнула на врага.
Коннанта спас Баркли. Мощная струя, вырвавшаяся из огнетушителя, ударила прямо в красные глаза, ослепила монстра и заставила его остановиться. Перепуганные собаки сразу почувствовали перемену обстановки, осмелели и возобновили прерванную атаку.