Недомаг
Шрифт:
— Совет старейшин? — переспросил Герберт, чувствуя, как его тревога постепенно улетучивается под её взглядом.
— Да, мы должны обсудить, как именно будем развивать наши отношения, — пояснила Оргхелла. — А после этого устроим пир, чтобы отметить наше сотрудничество.
— Ещё один пир? — охнул Ван Гудвуд. — Я не уверен, что смогу выдержать ещё одну ночь с этими орочьими блюдами.
— Не волнуйся, — успокоила его Оргхелла, — на этот раз мы приготовим что-то более нейтральное. Что-то, что подходит и людям, и оркам. Возможно,
— Пироги! — просиял Ван Гудвуд. — Это великолепно! Я как раз знаю несколько рецептов, которые могут понравиться и тем, и другим!
С этими словами он бросился к своей импровизированной кухне, решительно настроенный устроить кулинарный мост между двумя культурами.
— А пока он занят, — обратился Ланселот к остальным, — давайте действительно подумаем, как нам построить этот мир. Мы все хотим одного и того же — спокойствия и стабильности. И если для этого нужно съесть пару орочьих пирогов, я готов пойти на жертвы.
— Стабильность через пироги, — задумчиво повторила Лили. — Кто бы мог подумать, что это возможно?
— Когда магия, шляпы и любовь соединяются, возможно всё, — усмехнулся Герберт, обняв Оргхеллу за плечи. — Всё будет хорошо, я уверен. Главное — продолжать удивлять себя и мир вокруг.
И они все отправились на совет, готовые к новым приключениям, переговорам и, конечно, не без дозы юмора и веселья, которое неизменно сопровождало их путь.
Глава 42: В которой почти начинается война, но заканчивается пирогами и новыми наградами
Король Эдвард XIII, облачённый в свои самые парадные одеяния и с короной, блестящей так, что её могли бы принять за мираж, прибыл на совет орков и людей с великим размахом. В его свите были самые влиятельные придворные, а также несколько десятков стражников, с которыми он не расставался даже на время утренней прогулки по саду.
Когда король и его свита вошли в зал, где вождь орков сидел на своём массивном троне, сделанном из черепов (большей частью животных, но всё равно внушительно), напряжение можно было резать ножом. Вожди посмотрели друг на друга, как два маститых бойца на арене, и казалось, что вот-вот начнётся новая война.
— Это что ещё за мерзкие ящерицы? — громко спросил Эдвард, морщась от вида особенно уродливых орочьих стражников.
— Это мой народ! — грохнул вождь, ударив кулаком по столу так, что королевские придворные чуть не спрятались под него.
— Ящерицы… — повторил с лёгким замешательством король, осознав, что только что, возможно, обидел своего нового союзника.
Герберт, Лили и Валентин, стоящие в сторонке, обменялись тревожными взглядами. Ситуация развивалась стремительно и явно не в ту сторону, которую они ожидали.
— Ваше Величество, — начал Герберт, шагнув вперёд и вклинившись между монархом и вождём. — Эти орки вовсе не ящерицы. Это… э-э… крупные представители лесных жителей, обросшие полезными традициями и почитающие природу. Они хорошие
— Шляпные энтузиасты? — нахмурился король, глядя на Ван Гудвуда, который в этот момент демонстрировал одной из орочьих воительниц, как правильно носить модную боевую шляпу.
— Мы здесь не для модных советов! — рыкнул вождь, бросив грозный взгляд на короля. — Мы здесь, чтобы говорить о мире!
— Именно! — согласился Эдвард, быстро смекнув, что дипломатия здесь — ключевой элемент. — О мире, а не о каких-то ящерицах. Я… всего лишь хотел узнать больше о вашем благородном народе.
Вождь орков немного расслабился, хотя его взгляд всё ещё был настороженным.
— Мы орки, — спокойно произнёс он. — И мы гордимся этим. Но теперь, когда проклятие снято, мы готовы к диалогу. Только не называйте нас больше ящерицами.
— Обещаю, не буду, — торжественно кивнул Эдвард.
Ситуация постепенно разрядилась, и переговоры пошли гораздо более конструктивно. В конечном итоге, после долгих дискуссий, орки и люди решили заключить мир, но на условиях, которые включали обмен кулинарными рецептами и организацию совместных фестивалей, на которых можно было бы соперничать в искусстве выпечки пирогов.
Когда все наконец успокоились и настало время раздачи наград, король подошёл к Герберту, Лили и Валентину, явно довольный итогом дня.
— Мои верные подданные, — начал он, обращаясь к ним. — Сегодня вы проявили себя как истинные герои, и я не могу оставить это без награды.
Он обратился сначала к Валентину, который стоял рядом с сэром Ланселотом, его отцом.
— Валентин, — торжественно сказал Эдвард. — Ты показал себя достойным рыцарем, и я хочу, чтобы ты вошёл в мою личную гвардию, охраняющую короля и королевство.
Валентин был настолько счастлив, что в первый момент не нашёл слов, но потом расплылся в широкой улыбке и, поклонившись, ответил:
— Ваше Величество, для меня это большая честь! Я готов служить вам верой и правдой.
— Я в этом не сомневаюсь, — сказал Эдвард, похлопав Валентина по плечу.
Затем король обратился к Лили, которая сдержанно стояла в сторонке.
— Лили, — начал он, поднося к ней шкатулку, инкрустированную драгоценными камнями и наполненную золотыми монетами, — я дарую тебе это в знак признательности за твою помощь. Чтобы ты могла жить в достатке и больше никогда не была вынуждена воровать.
Лили посмотрела на шкатулку, а потом на короля и чуть нахмурилась.
— Спасибо, Ваше Величество, — сказала она. — Но я предпочла бы, чтобы эти деньги разошлись по беднякам. Я к ним ближе, чем к этим драгоценностям. Мне моя жизнь и так вполне нравится, а с ними пусть живёт кто-то, кому это действительно нужно.
Эдвард выглядел немного озадаченным, но потом одобрительно кивнул.
— Ты действительно удивительная девушка, Лили. Пусть будет по-твоему.
Наконец, король подошёл к Герберту.