Недотрога
Шрифт:
В этот момент чьи-то руки схватили меня под горло. На мгновение я испугалась, но потом поняла, что это Мариша и Бро поменяли позу, и подруга решила поделиться со мной объятиями. Она ритмично покачивалась и постанывала прямо мне в ухо. Не могу сказать, что это было приятно, но я всегда любила Маришу и не посмела отказать ей в такой малости. Правда, когда она укусила меня за ухо, я все-таки попыталась отползти, но мне не дали. Мариша рассмеялась и сказала:
— Ну чего ты такая недотрога? Я же помню, как ты лет в пятнадцать слюнками истекала при виде симпатичных мальчиков. И помню,
— Она выросла и теперь работает смотрителем королевского гарема. Мне не положено засматриваться на твою собственность.
— Чушь. Ах! — в разговор ворвался продолжительный и страстный стон Мариши. — Ты сама себе придумала это правило. Я никогда не говорила тебе ничего подобного. Можешь взять любого мужчину из гарема.
— Мне это не нужно.
— Ошибаешься. Еще как нужно. Уж поверь нам, суккубам, мы такие вещи видим издалека. Так что. Ах… Ах! — Мариша снова ненадолго прервалась. — Иди и займись с кем-нибудь любовью. Это приказ! И он не обсуждается.
— Мариша! — взмолилась я.
— Иди и выполняй приказ, или мы с Бьо сделаем это с тобой прямо сейчас и прямо здесь.
У меня внутри все похолодело от представившейся картинки, а щеки, наоборот, залились краской. На негнущихся ногах я поднялась и затопала к выходу. Если уж и делать это, то где-нибудь в укромном месте.
— Я проверю, так и знай! — крикнула мне вслед Мариша.
Я дошла до самых дверей гарема, прежде чем до меня по-настоящему дошло, что произошло. Она ведь и правда проверит: суккубы как-то видят такие вещи. Я взялась за ручку двери и воровато прокралась внутрь. В общей зале уже было пусто, но мне казалось, что сейчас изо всех углов и колонн выйдут люди и будут внимательно на меня смотреть, точно зная, какой приказ я получила. Меня передернуло.
Мариша, за что ты так со мной? Ну да, я не занималась любовью года четыре или больше. Да и раньше была не слишком активной в этом смысле. Но я же неплохо справлялась со своей работой, зачем нужно было так надо мной издеваться? Конечно, будучи подростком, я часто об этом мечтала, а попробовать боялась. Потом я повзрослела, попробовала, не нашла в этом ничего особенного и перестала намеренно искать близости. А сейчас мне этого особенно не хотелось. Перед глазами все еще стояли отвратительные картинки этих двух дурных недель, а в носу свербел неприятный запах. И наверняка после такого большого перерыва это будет довольно больно, особенно если учесть размеры «достоинств» моих питомцев.
Впрочем, я же как раз вчера взяла одного с вполне приемлемым размером. И если уж выполнять приказы Ее Величества, то без ущерба для здоровья.
Перед дверью комнаты, в которой жил демон, я все-таки застыла в нерешительности. Было мучительно стыдно, лицо и уши горели. Вот ведь вляпалась. Больше никогда не заявлюсь на подобные мероприятия, пусть они там хоть с кнутами балуются, хоть в маньяков играют. А Мариша — зараза. Не буду больше ее мальчиков прихорашивать, пусть пользуется, как есть. Даже если они к ней в семейных трусах
Я еще немного помялась перед дверью, а потом постучалась и вошла, не дожидаясь ответа.
— Добрый вечер, — сказал удивленный Дэн. Он стоял у книжной полки с «Историей нашего государства» и надкусанным яблоком в руках. — Меня что, вызывает кто-то из королевской семьи?
— И да, и нет, — ответила я и прокашлялась, подбирая слова. — Ее Величество приказала мне провести ночь с мужчиной. И я решила, что это будешь ты. Надеюсь, ты не против?
— Эмм, — Дэн смущенно попытался упихать книгу на полку вместе с яблоком.
— Если против, я пойду поищу кого-нибудь другого, — пробормотала я, чувствуя себя так, словно искупалась в помоях.
— А, нет-нет, что вы, я согласен. Просто это было немного неожиданно, — смущенно улыбнулся Дэн. — А вы… ты прямо сейчас хочешь это сделать?
— Да. Не хочу затягивать.
— Мне приглушить свет?
— Да, если не трудно.
Демон прошелся по комнате, гася почти все светильники, кроме двух или трех, стоящих на верхней полке. Я стояла посреди комнаты, потирая себя за плечи: мне было жутко неуютно. Дэн закончил со светильниками и подошел ко мне. Он был одет по-домашнему: на нем были только мягкие широкие штаны с отверстием для хвоста. Хвост, кстати, после моего предложения, заинтересованно поднялся в воздух, и его кончик-сердечко покачивался из стороны в сторону, мелькая то над левым, то над правым плечом демона, словно подглядывая.
— Тебя можно приласкать? — тихо спросил Дэн, приблизившись.
— Немного, — ответила я.
Дэн погладил меня по плечам, помог скинуть платье и панталоны заодним. Я осталась в нижней рубашке — тонкой и почти прозрачной. Стало вдвойне неуютно. Дэн мягко прикоснулся губами к моей щеке, уху, скользнул по шее. Меня передернуло, но я и сама не поняла, от того ли, что было щекотно, или от прохладного воздуха. Дэн немного присел, оставив вместо себя любопытный кончик хвоста, запустил руки под полы рубахи и снова выпрямился. Его руки при этом заскользили по моим бедрам, а рубаха, естественно, приподнялась. Дэн притянул меня к себе. Он был горячим и приятно пах. Но этого было все равно мало, чтобы мне его захотелось. Он и сам это обнаружил, коснувшись меня в самом укромном месте. Там было сухо и тепло — как в саванне во время засухи. Тогда он провел руками по моей спине, собираясь снять и рубаху.
— Не снимай, — остановила я его.
— Как скажешь, — чуть хрипло ответил демон, скользя руками по моему телу. Одна его рука придерживала меня за талию, а другая ласкала грудь. Отчего-то мне это показалось неприятным, и я оттолкнула его руку. Дэн послушно вернул ее мне за спину, прошелся пальцами по позвоночнику все ниже и ниже, скользнул между ягодицами. Я увернулась от его руки.
— Не трогай меня там, я этого не люблю.
— Постой, но как же мне тогда сделать ЭТО, если нельзя трогать тебя ТАМ.