Недури

Шугич Елизавета

Маня кивнула, наш ряд потихоньку трогался, Киа не отставала.

– Такая флейта со многими трубочками. Может, видел при жизни.

Я призадумался.

– Как у фавна? Из «Хроников»? – от энтузиазма я подскочил на сидении и повернулся в пол оборота к водителю. Девушка дёрнулась, но сохранила самообладание.

Она мельком отследила моё положение и расслабила напряжённые плечи при осознании дистанции.

– Я не понимаю о чём речь.

– Ка-а-ак? – мою интонацию в пору назвать детской, потому что эмоции у меня хлещут через край. Я уже говорил, что последние три года я прибывал в глубочайшей депрессии. В середине этой истории я даже не мог встать

с кровати ради «облегчения». Стыдно признавать, но я купил себе мобильный горшок. Это была не лень, а всепоглощающее чувство усталости и уныния, которые так умело руководили моим состоянием. Я не был расстроен чем-либо, мне было плевать на бывшую и на всё происходящее в принципе. Если у меня была возможность остаться дома – я это делал. Потом немного отпустило, но на смену этому этапу, пришёл другой: алкоголь. Ну в общем, история длинная.

А сейчас я чувствовал себя, словно мне вновь одиннадцать.

Это я к тому, что времени у меня было предостаточно. Я пересмотрел и перечитал всего «Поттера», «Хроников» и даже некоторые манхвы. Быть можем, у моей новой знакомой просто нет столько свободного времени – Так ты правда не видела «Хроники Нарнии»? А читала хоть?

Мария помотала головой и снова включила поворотник. Мы съезжаем на пригородную дорогу. Тут уже нет пробки и более спокойное «течение» машин.

– Же-е-есть… – протянул я и вызвал явное недовольство Машки. Она как-то слегка съёжилась и сильнее вцепилась в руль. Хотя… Может, это смущение? – Я не хочу сказать, что это плохо, правда. Я имел ввиду, что это для меня удивительно. Ты не смотрела такую картину… А «Гарри Поттера»?

Машка улыбнулась и расслабила плечи:

– Смотрела! – гордо заявила она. Мне даже показалась, что она кокетничает, но резкий рывок вперёд отвёл такие мысли. Машина начала набирать ход.

– И кто любимый персонаж? – мой инстинкт самосохранения внезапно решил проявиться, и я посильнее вжался в кресло, но старался виду не подавать. Я же мужчина в конце концов.

– Хагрид. – девушка бросала беглые взгляды на зеркала заднего вида и боковые, аккуратно маневрируя меж машинами, вела своё авто очень уверенно. Маня постепенно сбавила скорость на светофоре и приостановила транспорт, когда цвет сменился на красный – На меня похож.

Я улыбнулся, почувствовав себя в «живом» диалоге. Молча кивнув, я снова отвернулся к своему окну. Моё удовлетворенное настроение настойчиво растекалось по груди.

– Матвей Александрович сказал, что ты зазря растрачивал свою жизнь последние года. Расскажи мне об этом. – машина снова двинулась. А ей явно не занимать деликатности при темах разговора.

Глаза мои расширились, и я повернулся с удивлённым лицом к водителю:

– Зачем?

Девушка начала заворачивать:

– Я взяла тебя под свою ответственность. Вопросы задаю я. – она не отнимала взгляда от двора.

Спустя десять минут мы поднимались по подъездной лестнице в довольно удушающем молчании. Только мы, казалось, нашли общий язык и вот опять. Я чувствовал вину.

Мы зашли квартиру на первом этаже. Переступив порог, я почувствовал, как тело начинает сильно и больно обжигать. Крик мгновенно вырвался изо рта.

Маня быстро спохватилась и бросив расшнуровку кроссовок, что-то прошептала себе под нос, попутно выпрямляясь. Жжение рассеивалось, словно «стекая».

– Что это было?! – я «тушил» свои руки и ноги похлопывающими движениями, пытаясь ускорить процесс.

– Защита от духов. – Маша была абсолютно спокойна, даже бровью не повела. Пожав плечами, она сняла сумку и отыскала пушистые розовые

тапочки. Ловко просунув обе ножки, девушка прошаркала на кухню – Идёшь? – казалось, она стала более дружелюбной, чем была до этого. Я проследовал следом. Короткий коридор с старыми обоями, по стенам которого располагались туалет и ванная комната. В самом конце – кухня.

Маленькая комнатушка, довольно уютная по своему устройству, но от того не менее захламленная. Везде весят сушёные цветы и какие-то травки. Запах божественный, удачно подобранное сочетание душистых растений, давало знать о ознакомлённости девушкой по части ароматов. В раковине гора грязной посуды: пара кастрюль, тарелка, с уже приевшейся гречкой и сковорода с остатками яичницы. Стол полностью завален газетными свёртками с неизвестным содержимым, на подоконнике одиноко стоит кактус. Если бы я не помнил свою квартиру, уверен, подумал бы, что эта местность – мой родной уголок, ну или уголок любого уважающего себя холостяка.

Я заметил, как СВ ставит цветастый чайник на плиту. Ловким движением поджигает конфорку и начинает перебирать весящие над плитой травы.

– Присаживайся. – не поворачиваясь, скомандовала она. Достав какую-то сиреневую веточку, девушка бросила её в стеклянный чайник для заварки.

Я послушно присел на ближний стул.

– Так, ты собираешься игнорировать мой вопрос? – Маша наконец повернулась ко мне.

– Вопрос? – я уже и правда забыл про её интерес к моему прошлому – А, вопрос. А выбор у меня есть?

– Нет.

Я скривил лицо, словно меня заставляли есть ненавистный рыбный суп. Она очень настойчива.

– Что тебе успел рассказать Матвей Александрович?

Маша приподняла бровь, скрещивая руки на груди.

– Какое это имеет значение? Расскажи мне всё, полностью.

– С чего такой интерес?

Девушка сохраняла спокойствие:

– Я уже говорила про вопросы.

Я инерционно сузил глаза, но быстро их расслабил, понимая шаткое своё положение.

– Я был в депрессии три года. Фактически, умер я три года назад, месяцем ранее я лишь подтвердил статус официально.

Маня кивнула:

– И? – я удивлённо на неё посмотрел.

– И?

– Ну, что дальше было и что было до этого? Расскажи мне ВСЁ. – последнее слово она специально выделила интонацией, не оставляя мне шанса «съехать» с темы.

Я закатил глаза.

Чайник начал издавать привычный свист, закипая. Мане пришлось отвернуться, чтобы залить растение кипятком.

По причине звука чайника, секундой я оказался в родительском доме, на такой же маленькой кухне, разве что, более прибранной. Мама с какой-то неестественной усидчивостью оттирает и так чистую плиту, ну, так мне казалось во всяком случае. Маленький я, то и дело роняет рис с ложки, отец без устали над этим посмеивается и раз за разом передразнивает попытки полностью донести еду до рта. Тогда я злился и обижался, сейчас ностальгически посмеиваюсь, разглядывая Манины пушистые розовые тапки.

– Прикольные потапуськи. – попытка отвлечь хозяйку от темы моей жизни «при жизни» не уставала быть.

Девушка перелила мутную жидкость из чайника в прозрачную кружку. Размешав стебельки растения, она наконец «приземлилась» напротив меня.

Отхлебнула:

– Спасибо. Так, что на счёт моего вопроса?

Улыбка с моего лица спала, я нахмурился.

– Да не хочу я тебе рассказывать! – наконец взорвалось терпение. – Что ты, как из банка, чес слово!

Мария подняла на меня взгляд исподлобья, это заставило усмирить нарастающее раздражение. Я откашлялся, выгоняя ком из горла.