Неисправимый повеса
Шрифт:
Она протянула руку, но Сент зашел ей за спину.
— Позвольте мне.
У Эви перехватило дыхание и щеки вспыхнули ярким румянцем, но прежде чем она успела хоть что-нибудь сделать, маркиз обвил холодной цепочкой шею и застегнул замочек. Он склонился ниже.
— Отлично проделано, Эвелина Мария, — прошептал он, касаясь губами ее волос. — Сейчас же улыбнитесь и скажите: «Спасибо, Сент», — или я поцелую вас в ухо.
Сердце едва не выскочило у нее из груди. Она приветливо улыбнулась в пространство.
— Еще раз благодарю
— Вы возбуждаете меня, — прошептал он. — И вам придется за это ответить. — Затем он отпустил Эвелину и отступил назад.
«Урок», — в бешенстве напомнила она себе, закрыв на мгновение глаза, чтобы прийти в себя.
— Лорд Сент-Обин, вы не видели мою мать? — обернувшись, спросила она. — Я уверена, она тоже будет рада поблагодарить вас за столь добрый поступок.
Он замер на мгновение, затем обернулся к ней.
— Вы хотите, чтобы я увиделся с вашей матерью? Впервые она видела его выбитым из колеи.
— Да. А почему бы нет?
— Я могу назвать тысячу с лишним причин. А в самом деле, почему бы нет? Пока вечер протекает довольно-таки скучновато.
Да, если не считать, что ей едва не разрушили репутацию и она уже близка к обмороку.
— Тогда вперед, милорд.
— Сент, — тихо напомнил он, шагая рядом с ней, и, к ее ужасу, предложил руку.
— Но…
— Раз я веду себя как полагается, значит, вы тоже должны.
Не ожидая ответа, он взял ее руку и положил на свою.
Когда они покинули бальный зал и направились в салон, где собирались в основном матери семейств, чтобы посплетничать и полакомиться сластями, Эви поняла, какую огромную ошибку она только что совершила.
— Сент, — прошептала она, когда мать показалась в поле зрения. — Она не знает, что я работаю в приюте. Пожалуйста, не говорите ей ничего.
Какое-то время она думала, что он не услышал ее, поглощенный разглядыванием ошеломленных дам, потерявших при виде его дар речи. Затем он взглянул на нее, и его зеленые глаза заискрились циничным весельем.
— За поцелуй, — прошептал он.
— П…простите?
— Вы меня слышали. Да или нет?
Женевьева Раддик, от которой немедленно отшатнулись все остальные матроны, изобразила оскорбленную улыбку на утонченном лице.
— Эви, что, ради всего святого, ты де…
— Мама, позволь представить тебе маркиза де Сент-Обина. Он нашел мое утерянное ожерелье в чаше для пунша на балу у Хансонов. Милорд, моя мать, миссис Раддик.
— Миссис Раддик, — любезно сказал он, взяв ее руку. — Думаю, мне следовало представиться еще несколько дней назад, когда мы с вашей дочерью…
О нет!
— Да, — прошептала Эви.
— …танцевали вальс на приеме у Хансона, — спокойно закончил он. — Она очень смелая юная леди.
Выражение бледного лица матери сменилось на хмурое, что выглядело более натурально.
— Скорее импульсивная.
Эвелина задержала дыхание в ожидании ответа маркиза на замечание матери.
— В самом деле.
Ну что ж, это хорошо. Возможно, это была его первая попытка, но он ухитрился быть вежливым целых три минуты. И ей достаточно повезло для одного вечера.
— О, это, кажется, кадриль? — весело спросила она. — Я обещала этот танец Франсису Хеннингу. Извини меня, мама. Вы не откажетесь проводить меня, лорд Сент-Обин?
Он не сказал ничего лишнего, так что Эви сочла за благо удалиться и понадеялась, что он пойдет следом. Ей почти удалось выйти за дверь, как вдруг сильная рука сжала плечо и затолкала Эвелину в ближайший альков.
— Что все это значит? — спросил Сент, мрачно глядя на нее.
— Ничего. Мне только хотелось посмотреть, сможете ли вы это сделать. Теперь, если позволите, у меня…
Сент преградил путь рукой, чтобы не дать ей убежать. Отлично зная, что портьера только частично заслоняет их от коридора и соседнего зала, Эвелина сглотнула вставший в горле комок. Ведь подруги предупреждали, как опасно давать уроки Сент-Обину, да и сама она это прекрасно знала. Однако, как ни странно, казалось справедливым, что, если он собирается погубить ее, она должна постараться его исправить.
— Пожалуйста, пустите.
— Поцелуйте меня.
— Сейчас?
Шагнув вперед, он вплотную подошел к ней, так что Эвелине пришлось вскинуть подбородок, чтобы взглянуть ему в глаза.
— Да, сейчас.
Эви вздохнула, чтобы скрыть внезапно участившееся сердцебиение.
— Хорошо.
Сент оставался на месте и смотрел на нее. Она задумалась, что такого он увидел в ней, что заставляет его так издеваться? Маленькую женщину с золотистыми волосами и серыми глазами, с пылающим от румянца лицом. Что еще? Считает л и он ее такой же наивной и бесполезной, как думают подруги?
— Ну? — прошептала она спустя мгновение. — Покончим наконец с этим.
Сент покачал головой:
— Нет поцелуйте меня. — Полузакрыв глаза, он провел пальцем по коже, очертив вырез платья. — Поцелуйте меня, Эвелина, или я найду что-нибудь более интимное, чем мы сможем заняться.
Ее кожа горела под его прикосновениями. Внезапно Эви осознала, в чем состоит проблема — ей хотелось поцеловать его. Хотелось вновь пережить те чувства, которые она испытала впервые, когда он поцеловал ее в приюте.
Он медленно сдвинул платье с одного плеча и ласковым движением проник пальцами под ткань.
— Поцелуй меня, Эвелина Мария, — повторил он еще тише.
Еле дыша, она поднялась на цыпочки и коснулась губами его губ. Жар охватил Эвелину, когда его губы ответили на ее нежное прикосновение с такой страстью, что она словно поплыла в тумане. Ничьи поцелуи никогда не дарили таких ощущений, такой дрожи и томления внутри.
— Как, к дьяволу, могу я уследить за ней каждую чертову минуту? — раздался гневный голос брата совсем рядом.