Нельсон

Как-то адмирал Альфред Тайер Мэхэн, выдающийся историк и теоретик, заметил, что «морские деяния всегда менее

заметны, чем звон оружия». С обидой сказал, но ведь и правда.

Возьмите эпоху Наполеоновских войн. Почти любой человек навскидку назовет минимум три великих сражения: Аустерлиц, Бородино, Ватерлоо… А на море? Наверняка только Трафальгар. И вспомнят лишь адмирала Нельсона.

Горацио Нельсон… Он ведь знаменит не только своими победами, но и одним из самых известных романов в истории. Нельсон – герой очень необычный.

…Сразу после того, как он получил свое первое адмиральское звание, Нельсон практически перестал носить гражданское платье. Всегда и всюду появлялся в адмиральском мундире. Обильно украшенном наградами. Для внушительности? Вполне возможно.

Рано поседевший, худенький, маленький… Да я сам себе противоречу! В книге про Наполеона упорно доказывал, что император, с его 169 сантиметрами, для своего времени совсем не маленький. У Нельсона то ли 164, то ли 165. Он уже маленький?!

Да. Наполеон со временем обрел вес, в прямом смысле слова. Стал выглядеть, по крайней мере, внушительно. Нельсон в весе не прибавил. Один глаз почти не видит, правой руки нет. Тщедушный человечек в адмиральском мундире…

Маленький. Но какая сила в нем жила! Какие страсти бушевали! Скандалов не меньше, чем громких викторий. Отчаянно храбрый и невероятно тщеславный, истово верующий и вульгарный… Как это все помещалось в маленьком Нельсоне?

Вот так. Он – один из самых ярких персонажей эпохи, в которой даже чуть-чуть засверкать непросто. Нельсон сверкал. Не только орденами на адмиральском мундире.

«Моя уверенность в собственных действиях не поколеблена, я не вижу в них ни единого изъяна». Эта книга – об очень самоуверенном человеке. О грешнике, который всегда рассчитывал на Бога…

…Их было много, таких попрошаек. В Англии первой трети XIX века – очень много. Сколько тебе дадут, если просто сидишь с протянутой рукой? Придумай что-нибудь! Они придумывали.

«Я нес раненого адмирала Нельсона!», «Эй, одну руку я потерял при Трафальгаре, но это я перед битвой поднимал тот сигнал на бизань-мачте!» Кто-то останавливался, уточнял: «Действительно? Тот сигнал?» Попрошайка бил себя в грудь культей: «Да, клянусь Богом! Тот самый сигнал!»

Тот самый сигнал. В Англии все знали какой.

…Карьера контр-адмирала Джона Паско не была впечатляющей. По многу лет на половинном жалованье, без корабля. Но в историю Джон Паско вошел. И как! С помощью всего лишь одного слова.

7 апреля 1803-го первый лейтенант Паско получил назначение на флагманский корабль Королевского флота «Виктори». 20 октября 1805-го, за день

до Трафальгарского сражения, адмирал Нельсон назначил его офицером по связи.

Офицер по связи должен, прежде всего, отлично разбираться в сигнальных флагах. Незадолго до начала битвы, 21 октября, лорд Нельсон вызвал Паско к себе и сказал, что хочет передать флоту особое сообщение. Паско выслушал адмирала и предложил, в целях экономии времени, заменить только одно слово.

Нельсон не стал возражать. «Хорошо, Паско. Делайте, и как можно скорее». Так появился тот самый сигнал…

В 12 лет Горацио Нельсон попал на флот, в 47 – погиб в битве при Трафальгаре. Советские биографы Нельсона очень любили подчеркивать тот факт, что Нельсон, дескать, пробился наверх «из самых низов» и потому в высшем, аристократическом обществе никогда не чувствовал себя «своим».

Насчет того, был или не был он «своим» для аристократов, можно поспорить. Однако Нельсон – точно не из «самых низов». И влиятельный дядя ему сильно помог. А потом он стал Нельсоном. Сам.

Талант? Разумеется. Но прежде всего – характер. Он с ним родился и никогда не забывал благодарить Бога за это.

Сегодня главный паб в местечке Бёрнем-Торп в графстве Норфолк, где родился прославленный адмирал, называется «Лорд Нельсон». А как еще он должен называться? Во времена, когда в паб заходил сам Нельсон, название было другое, «Плуг».

В те годы Бёрнем-Торп был захолустной дырой, сейчас он… родина Нельсона. Дома, в котором адмирал родился и вырос, уже нет. Но! Стоит у обочины дороги табличка. «Здесь…» Все как полагается. Есть церковь, в которой крестили Нельсона. Есть что-то еще. Прямо по дороге, потом направо… Вот и закончился Бёрнем-Торп.

Родина одного из величайших национальных героев Англии. Местечко… очень английское. Скалы, сопки, соленые болота. Жизнь такая скучная, сонная, что хорошая погода Бёрнем-Торпу просто не к лицу. Она и была по большей части плохой.

И вот он, «лучик надежды»! Половина биографов Нельсона пишут, что 29 сентября 1758 года – день ясный и солнечный. Другая половина про погоду не вспоминает. Как-то не по-английски. Хотя в жизни лорда Нельсона погода значила многое. Хорошо, пусть не погода в целом, но ветер, ветер… А вот про ветер в день рождения Нельсона не пишет никто. Никто и не знает.

…Как я всегда говорю, историки обожают совпадения. Некоторые из них, мягко говоря, так себе, но все же. Супруги Буонапарте на Корсике дали своему первенцу имя Наполеоне. Мальчик умер в младенчестве, однако еще одного из сыновей снова назвали Наполеоне.