Нельсон
Шрифт:
В общем, Горацио Нельсону в очередной раз повезло. Локер очень привязался к молодому лейтенанту, особенно после случая, о котором тоже обязательно рассказывают в любой книге о Нельсоне.
«Во время моей службы на фрегате произошел эпизод, во многом показательный для моего характера. И поскольку ничего постыдного для его участников в нем нет, я поведаю о нем».
Скромен. Как всегда – необыкновенно скромен. Других не обидел, себя – выделил. Дело было так. «Ловестов» преследовал американские каперы. Частные суда с вооруженной командой, а иногда и с некоторым количеством пушек.
«Когда
Нельсон, каков он есть. Свои большие и маленькие подвиги объяснял исключительно характером. И ведь правда, характером его Бог наградил неустрашимым. То, что он сам постоянно вспоминал про свой характер… Нельсон – настоящий моряк. А моряк, который не любит и не умеет хвастаться, не моряк, а так, недоразумение какое-то.
…Вся команда наблюдала за тем, как шлюпку бросало на волнах. Впечатляло!! Нельсон сумел подняться на борт американского капера и стал любимцем Локера. Точнее даже – другом, несмотря на большую (27 лет) разницу в возрасте. «…Вы научили меня, как брать французов на абордаж. В чем моя единственная заслуга? Лишь в том, что я оказался хорошим учеником. Только смерть может положить конец нашей дружбе».
…Летом 1778 года Нельсон узнал о смерти своего дяди Мориса Саклинга. Он разрыдался – и правильно. Другому своему дяде, Уильяму Саклингу, он написал: «Безмерно жалею о том, что не был у смертного одра своего дяди. Но мне кажется, окажись я там, он бы сказал мне: “Мой мальчик! Я оставляю тебя своей стране. Служи ей верно – и она никогда не оставит тебя!”»
У него появятся и новые покровители. Капитан Локер познакомит Нельсона с контр-адмиралом Питером Паркером, назначенным командующим флотом на Ямайке. Паркер и его жена были буквально очарованы молодым лейтенантом. Нельсон стал частым гостем в их доме, любимцем адмирала. Отношения между ними вполне можно назвать и дружескими, и снова – несмотря на огромную разницу в возрасте. Именно адмирал Паркер будет одним из главных организаторов церемонии похорон Нельсона, в 80 с лишним лет!
«Вскоре после прибытия на Ямайку в 1778 году сэр Питер Паркер… пригласил меня на должность третьего лейтенанта на “Бристоль”, свой флагманский корабль, где со временем я дослужился до первого лейтенанта. После вступления Франции в войну на стороне американских колоний “Бристоль” по большей части патрулировал северо-западное побережье Гаити, так что ничего примечательного за время моей службы на нем не произошло».
«Ничего примечательного». Следим внимательно, Нельсону все еще только двадцать лет.
«8 декабря 1778 года я был назначен (адмиралом Паркером) коммандером на бриг “Бэджер”».
С «Бэджером» кое-что примечательное все же произошло. Служба тоже в основном рутинная, но есть и «героический эпизод». На корабле «Глазго» случается
Коммандер – промежуточный чин между лейтенантом и капитаном. Коммандер может командовать и безранговым кораблем, и, при необходимости, небольшим военным. Как правило, коммандер ждет, когда освободится капитанская вакансия. Ждать можно долго, но Паркер обещает Нельсону, что ближайшая вакансия – его.
В июне 1779 года случайным выстрелом был убит капитан фрегата «Хинчинбрук». «Мы все продвигаемся наверх благодаря чьей-то смерти. Выстрел, поразивший капитана “Хинчинбрука”, дал мне эту должность. Полагаю, что и я так покину мир…» Адмирал Паркер сделал своего любимца капитаном. Нельсону все еще двадцать!
Да, ждать адмиральского чина ему придется долго, тоже почти двадцать лет. Но стать капитаном в столь юном возрасте – нечто невиданное. «Геройские поступки» у Нельсона были, но, в конце концов, он даже белого медведя прикладом не убил! Шучу, конечно. Горацио очень сильно помогали.
Сначала – дядя Морис Саклинг, потом – Питер Паркер, относившийся к Нельсону как к сыну. Протекционизм в чистом виде? Формально – да. Однако и Саклинг, и Паркер были людьми весьма неглупыми и в «кадрах» хорошо разбирались. Вредить себе точно не стали бы. Оба увидели в Горацио Нельсоне что-то особенное. И ведь не ошиблись!
Что же касается реакции других офицеров на стремительный взлет Нельсона… Сейчас в моде разнообразные «теории лидерства». Один из лидеров (простите за тавтологию) в этой области – английский ученый Джон Адаир, автор 40 книг! В одной из них, невероятно популярной, Адаир много говорит о Нельсоне. Вот цитата: «Нельсон обладал замечательной способностью приобретать положение и славу, не вызывая зависти коллег или начальников».
Сказано красиво, да и нужно же было найти лидера с подобными качествами. Не просто лидера, а из «самых-самых». В чем-то профессор Адаир и прав, только я бы сформулировал немного по-другому. Нельсон действительно обладал редкой способностью вызывать меньше зависти, чем другие.
Как у него это получалось? Могу лишь предположить. Он был крайне высокого мнения о себе, но – не высокомерным. Он умел разговаривать на одном языке с матросами и адмиралами, а главное – очень быстро понимал, когда сказал что-то «не то». Он – вот что поразительно – даже хвастался так, что это практически не раздражало. Он постоянно напоминал про геройство, так ведь почти все и считали его героем! Когда человеком так восхищаются, зависть выглядит какой-то нелепой. Вслух, по крайней мере, ее лучше не высказывать.
О природе лидерства Нельсона мы еще поговорим. Пока отмечу одно, важное, на мой взгляд, его качество. Нельсон очень быстро вызывал доверие к себе. Я говорю лишь о его соотечественниках, и в первую очередь – о матросах и офицерах флота. С политиками, с военными союзниками уже могли возникнуть сложности. Нельсон – английский адмирал, о чем он никогда не забывал. У своих – вера в него невероятная. Не только вера, но и восхищение, и любовь.
В того же Веллингтона солдаты тоже верили безоговорочно, но любовь? Да никогда! Веллингтон никогда даже не пытался никого очаровывать, у Нельсона это получалось само собой. Основное различие между двумя национальными героями – в искренности. Веллингтон, как настоящий аристократ, свои чувства прятал, Нельсон – их не скрывал.
Конец ознакомительного фрагмента.