Немилость
Шрифт:
– Чем именно?
– Ну, не знаю... Дайте ему беспилотных разведчиков. У вас же есть беспилотные разведчики?
– Есть.
– Так вот дайте ему этих беспилотных разведчиков!
– Как скажете...
– И еще... – Симур остановился, чтобы подчеркнуть важность своей мысли: – Когда парень вернется в гостиницу, накормите его хорошенько. Дайте ему приличный номер, подстелите под него самую красивую шлюху, какую сможете разыскать. Пусть почувствует, что мы ценим таких специалистов...
– Понял.
Симур возобновил движение, на ходу
– Рашим, я бы не хотел, чтобы на вверенной мне территории ползали какие-то змеи!
– Понял.
– И если к нам прислали профессионала, мы должны принять его как следует.
– Я все понял.
– Вы со мной? – позвал его администратор в темное, уютное нутро машины.
– Нет, мне нужно заехать в штаб.
– Ну, как знаете, – администратор откинулся на спинку кресла, но вдруг вспомнил о чем-то и поманил к себе начальника.
– Рашим, я читал ваше письмо следопыту... Вы умышленно занизили потери среди военных, зачем?
– А зачем ему всё знать? – ответил тот вопросом на вопрос.
Администратор недовольно цокнул языком и крикнул водителю: «Поехали!»
Начальник отошел в сторону, и вездеход тронулся на выход, прилаживаясь к узкой колее дороги. Проводив удаляющуюся машину глазами, Рашим направился к стоявшему в сторонке транспортному диску. Он наступил на него ногой, и диск тут же выбросил в стороны свои короткие паучьи лапки. Резко, но аккуратно подняв своего водителя над землей, транспорт быстро засеменил по тропинке, оставляя за собой сероватую при лунном свете пыль. Со стороны казалось, что человек необычайно резво бежит, едва касаясь земли ногами.
Тем временем, автожир набрал рабочую высоту, и приятным женским голосом запросил координаты посадки:
– С вами говорит автодиспетчер, прошу назвать пункт назначения!
– Деревня Сломка, аэродром, – продиктовал следопыт. Его голос заметно дрожал, ему это не понравилось.
– Задание принято! Есть какие-то особые указания?
– Минутку, – следопыт замялся на секунду, оглядываясь назад, в транспортный отсек. Он посмотрел в полутьме на свой багаж. Что-то прикинул в уме и громко повторил:
– Указаний нет!
– Поняла вас, приятного полета!
Следопыт откинулся на спинку и закрыл глаза. Он недавно вернулся из отпуска, только-только вошел в рабочий ритм, и тут же получил срочное задание. Весь день он провел в обычном для такого дела возбуждении, изучая отчеты и составляя план действий. И весь полет в модуле тоже прошел нормально, несмотря на страшную болтанку. Но почему-то сейчас, заключенный в тонкую прозрачную капсулу, следопыт стал будто разваливаться на части. Пролетая над своей огромной страной, над узловатой дельтой рек у побережья, он вдруг испытал неведомые ему доселе чувства. Кто-то однажды сказал, что так приходит старость, и стучится в его двери будущая немощь. Если это правда, то Савва впервые попал в его объятия – в объятия вязкого как смола, отчаяния.
Чувствуя, что расслабиться не получиться, он отвернул
Повинуясь команде с земли, аппарат выбрал точку посадки и резко накренился, ускоряя снижение. Через минуту он мягко запрыгал по сероватой неровной площадке, покрытой самоподсвечивающимся составом.
– Вы – следопыт? – послышалось из бортовой рации.
– Да!
– Мы видим вас! Сейчас прибудем!
Маленький командирский вездеход резво подъехал к аппарату. Из машины выскочил офицер и остановился в ожидании.
Савва тоже выбрался из кабинки. Пока военный шел в его сторону, он распахнул транспортную дверцу.
– У вас много вещей? – спросил офицер.
– Думаю, поместимся, – сказал следопыт, глядя на вездеход.
Из машины вышел еще один военный. Без всяких приветствий, они перетащили вещи следопыта.
– Садитесь назад, – попросил офицер, открыв заднюю дверцу. После холодной темной кабины автожира, салон вездехода показался следопыту теплым уютным прибежищем.
Они объехали полосу, не включая фонарей, и на скорости покинули аэродром. Видимо, вездеход освещал дорогу ультразвуковым прожектором.
– Мы не знали, что вы прилетите прямо сейчас, – сказал офицер, оглядываясь назад. – Вы будете ночевать у нас, или доставить в гостиницу?
– Чем быстрее мы пойдем в горы, тем лучше.
– Тогда милости просим к нам. Кстати, меня зовут Беррум.
– А я – Савва, – следопыт пожал протянутую руку.
Через десять минут, за окном стало светлее. Они проехали главную деревенскую улицу, освещенную гелиевым шаром, болтавшимся где-то на высоте ста метров. Шар ясно выделялся на черном полотне неба, среди пары-тройки случайных мазков облачности. Следопыт заметил, что стоит нетипичная для тропиков тихая ночь. Не было слышно ни насекомых, ни обычного для таких мест собачьего лая.
– Вы применили отпугивающий газ? – спросил он, глядя в окно.
– Да, пришлось, – отозвался Беррум. – Во всей округе ни одной мухи не осталось.
– А как отреагировали местные? Недовольны?
– Да они всегда недовольны, – вздохнул Беррум.
– Отпугивающий газ снижает рождаемость скота, – заметил следопыт.
– Знаем-знаем, – парировал Беррум. – А что нам еще делать? Для их же безопасности...
Вездеход резко дернулся, съезжая с ровной дорожной колеи.
– Ну все, почти приехали!
Они остановились перед высокой, сетчатой оградой. Из тесной коробки караульного помещения выглянул солдат. Он посмотрел на машину и снова убежал обратно. Железные ворота тут же распахнулись, открывая дорогу в расположение части.