Немилость
Шрифт:
Военный администратор снова опустился на стул, закинув ногу на ногу. Пару раз качнул блестящим начищенным сапогом.
– Ну и сидели бы себе в своей столице, зачем вам это?
Следопыт почему-то ожидал такого вопроса. Когда двадцать минут назад он вошел в помещение военного склада, где Беррум подбирал ему постельные принадлежности, то увидел в углу стопку солдатских касок. Обычные титановые каски, потертые, с нацарапанными именами владельцев, с искусно выгравированными фигурками голых женщин и всякой другой ерундой. Глядя на них, он впервые почувствовал, что над этим местом определенно витает дух горя и человеческих
Савва тогда наклонился и посмотрел на ремешки. Было видно, что каски тщательно почищены, но запах крови и разорванного эпителия все еще присутствовал в воздухе.
– Я не собираюсь геройствовать, – сказал он спокойно.
Полковник кивнул, и не стал дальше развивать эту тему. Они сидели молча, пока не вошел вестовой, держа в руках поднос с кофейником и маленькими ручными термосками. К каждому термоску была прилажена откидная крышка, где лежало печенье.
– Наверное, вы не пьете крепкие напитки, но этот кофе довольно слабый, попробуйте, – предложил полковник.
– Благодарю, – следопыт пригубил горячий напиток.
– Чувствуете? – спросил полковник.
– Что именно?
– Корицу чувствуете?
– А-а, – следопыт понюхал напиток. – Да, чувствую.
Вскоре к ним присоединился штабной аналитик. Это был грузный широкоплечий человек с красными от недосыпа глазами. Следопыт хорошо знал схему организации военного штаба, поэтому его не удивило, что аналитик оказался из числа гражданских наемников.
Видно было, что его подняли прямо с постели. Не здороваясь ни с кем, аналитик взял свою порцию кофе, но тут же отложил кружку в сторону.
– Господин полковник, господин следопыт, я подробно описал это в отчете, но повторю еще раз... – по команде аналитика, карта уменьшила масштаб, приблизив к зрителям самую пологую часть горной подковы.
– Вот здесь, в шести километрах от горной цепи, находится эпицентр землетрясения, которое произошло пять лет назад.
– А причем тут землетрясение? – спросил полковник.
Аналитик незаметно поджал губы, точнее только ту часть мышц, которая была повернута к следопыту.
– Господин полковник, я изложил это в отчете, – повторил он монотонно, снова обращая внимание собеседников на экран визора. – В результате многократных подземных толчков силой в шесть баллов, часть породы, прикрывающей предгорье, сдвинулась и сошла вниз, видите?
– Да, вижу, – подтвердил Савва, рассматривая увеличенную картинку горного излома.
– Вот здесь находится группа больших пустот, образовавшихся на месте подземных озер, – аналитик сдвинул карту в сторону и вызвал какую-то сложную схему, состоявшую из множества наслоенных друг на друга разноцветных полос. Следопыт догадался, что перед ними схема разреза земной коры.
– В результате землетрясения, горная плита образовала множественные сдвиги, обнажив одну из пустот. Проще говоря, мы сейчас имеем несколько пещеристых выходов на склоне горы.
– Значит, эта тварь вышла из этих пустот? – спросил полковник.
– Надо полагать, да.
Аналитик
– Опять с корицей, – и недовольно отложил кружку.
3
Начальник сил самообороны Рашим встретил на полпути ночной патруль. Один из армейцев взялся его сопровождать. Вместе они прибыли в мобильный штаб округа, располагавшийся в трех часах езды от зоны карантина. Место здесь было довольно пыльное, рядом стоял обширный пустырь, который был распахан когда-то под озимые, но впоследствии, видимо, заброшен.
Охранник раздвинул ворота и проследил, чтобы начальник прошел через детектор личности. Рашим наступил на специальный коврик и простоял там положенное время, пока шла проверка. Затем направился в узкий тамбур, чем-то похожий на большой водопроводный шланг. Ощущение сходства усиливалось за счет стойкого запаха огнеупорной резины, которой был выложен пол.
Генерал без промедлений направился в зал планирования операций, который, кроме своего громкого названия, не представлял из себя ничего серьезного. Здесь обычно проводились совещания между различными родами войск. Привычными пассами рук усадил обратно на стулья всех, кто поднялся с его приходом.
– Что там со следопытом? – спросил он, заняв место в самом углу.
– Штаб полка молчит, все тихо, – ответил дежурный.
– Есть свежие версии на тему змеи?
– В разработке версия о повстанцах, – проговорил кто-то.
– Подробнее? – приготовился внимать начальник.
Но ничего нового он не услышал. Версия о повстанцах мусолилась с самого первого дня, постепенно усложняясь и обрастая явными и неявными домыслами. Никаких подтверждений в пользу того, что разрозненные одичавшие группки людей могут иметь отношение к неуловимому хищнику не было.
Начальник устало стащил с головы пилотку и потер ладонью стриженную макушку.
– Вот что, майор, – обратился он к своему офицеру связи, – подготовь приказ об отправке в деревню двух беспилотных разведчиков.
– Прямо сейчас?
– Да, прямо сейчас.
Майор отлип от визора и взглянул на своего начальника.
– Рашим, у нас нет ни одной лишней машины.
– Это просьба администратора, – сказал генерал с некоторым усилием в голосе.
– А-а, понятно...
Начальник подождал еще минут пять, наблюдая за действиями своих людей. Часы показывали полночь, никаких новостей от полковника не было.
– Ладно, я у себя, – сказал он, поднявшись со стула. – Если будут важные новости, обращайтесь.
Он вышел из зала и направился в свою комнату. Дверь бесшумно закрылась за ним, обеспечивая полную герметичность помещения.
Начальник лег на кровать, не раздеваясь. Закинул руки за голову и попробовал заснуть. В тишине комфортабельного жилого бокса он чувствовал себя намного лучше, чем в любом другом помещении, даже в родном доме. Может, поэтому он не любил ездить в отпуск. Раз в год, чартерным рейсом он вылетал в северное полушарие, где его ждала престарелая мать. Всю жизнь он был один, из всех женщин хранил верность только ей одной. «Все-таки судьба передается от человека к человеку, как по цепочке, – подумал он. – Мать никогда не доверяла мужчинам, и никого к себе близко не подпускала. Теперь ее сын не доверяет женщинам».