Шрифт:
Виктор Тыж
Необычная находка
–
Первого июня одна группа археологов меняла другую на раскопках кургана в степи. В экспедицию ехали четыре преподавателя, лаборант и несколько студентов, специализирующихся на кафедре археологии, древней и средневековой истории.
– Вы хотели меня видеть? – антрополог заглянул в кабинет завкафедрой археологии.
– Да. Проходите, Игорь Александрович, – завкафедрой сделала пригласительный знак рукой.
Антрополог прошел внутрь и сел на стул напротив начальницы.
– Игорь Александрович, у меня к вам дело.
– Внимательно слушаю.
– У Бутенко заболела жена. Не могли бы вы побыть исполняющим обязанности начальника экспедиции, пока я не приеду?
– Но ведь я не археолог, - возразил Игорь Александрович. – Справлюсь ли я?
– Вы уже три года работаете на нашей кафедре. Лена вам поможет, если что. А я приеду пятого июля. За пять дней ничего не должно случиться.
– Но почему я, Анастасия Романовна?
– Никитин слишком увлекающийся. Он может позабыть обо всем разом. Даже поесть.
– Знаю, – антрополог вспомнил, как его вышеупомянутый коллега погружается в исследования, стоит только что-нибудь откопать.
– Лена не подходит по должности.
– А Коробкова?
– Надежда Эольдовна слишком мягкосердечная. У нее студенты будут на ушах стоять. А вы – начальник антропологической лаборатории. Пять дней. Всего лишь пять дней.
– Хорошо, уговорили, – согласился Лебедев, скрепя сердце.
Игорь Лебедев был врачом-судмедэкспертом и работал в морге. Чуть более трех лет назад он развелся с женой и был в подавленном состоянии. Сердобольные друзья, среди которых был муж лаборантки Лены, решили ему помочь. И нашли … работу. В то время в возрасте 70 лет скоропостижно скончался антрополог Дьячков. Надо было срочно найти ему замену, поскольку уже шла середина сентября, и маленькие первокурсники остались без антропологии. Так судмедэксперт Лебедев стал антропологом на истфаке на полставки. И вот теперь ему еще предстоит возглавлять целых пять дней экспедицию, пока не приедет завкафедрой.
– Твоих рук дело? – спросил Лебедев у Лены, когда вышел из кабинета Крюге.
– На этот раз – нет, – честно призналась лаборантка.
– Надеюсь, что ничего не произойдет, – с этими словами Игорь попрощался с Леной и ушел. Он еще раз взглянул на радующуюся поездке студентку и пошел по своим делам.
Когда вторая группа археологов прибыла на смену первой, те уже успели докопаться
На следующий же день после прибытия археологи взялись за работу. Разобрали перекрытия, и наконец перед их взорами предстало содержание могилы во всей красе. Захоронение датировалась III веком до н.э. В нем лежала хорошо сохранившаяся женщина в погребальной одежде и обуви. На ней было много золотых и серебряных украшений с драгоценными камнями, а в руках обнаружен свиток. В могиле не увидели жертвоприношений, еды, вина, оружия и предметов обихода. Только женщина и свиток. Для той поры захоронение было не типичным.
Сразу же после того, как покойницу извлекли из могилы, антрополог принялся ее исследовать.
– Удивительное дело, – сказал он своей студентке, когда та пришла посмотреть на найденные останки.
– Она сохранилась просто идеально! Это необычно для нашего региона. Здесь нет ни пустыни, ни вечной мерзлоты. Очень странно. А ты посмотри на ее нос и уши! Даже они не разложились!
Студентка слегка сморщилась.
– Даже глаза сохранились! Зубы в идеальном состоянии! У меня такое ощущение, что она только что из морга. Такого не бывает! – Лебедев в восхищении скакал перед покойницей.
– Игорь Александрович, – студентка подошла к трупу ближе, – а вам не кажется, что у нее какие-то странные уши?
– Да, Васнецова, уши у нее, действительно, странные, – согласился антрополог. – Мне не известно о таких аномалиях ушной раковины. Надо будет ее показать специалисту.
– А, это, Игорь Александрович, она не испортится случайно?
– Даже не случайно, а закономерно. А мы ее в холодильник положим! Материал на анализы я уже отобрал. Инна, у тебя еще что-то есть?
– Нет, – девушка помотала головой.
– Тогда иди займись делами. Мне ты тут сейчас не поможешь, а скорее помешаешь.
– Хорошо, – Васнецова немного обиделась. Как что-то интересное, так ее тут же отсылают. Лебедев любит работать без студентов, даже те, кто у него специализируется.
– Так я ничему не научусь! – в возмущении жаловалась Инна своей подруге – лаборантке Лене. Их связывала удивительная дружба. Лаборантке исполнилось 30 лет, и она была замужем. А Инна – двадцатилетняя студентка, притом не самая блестящая, но исполнительная. Ее научный руководитель Игорь Лебедев никак о ней не отзывался. А когда Лена и Анастасия Романовна спросили у него, возьмет ли он Васнецову в аспирантуру, Лебедев скривился.
– Лебедева модно понять, – ответила Лена. – А вдруг студенты что-нибудь сломают или испортят? А ему отвечать. Знаешь, сколько всего испортили при Дьячкове? Правда, при Игоре в антропологической лаборатории больше не пьют.
– А раньше, что, пили? – удивилась Инна.
– Да Дьячков и сам любил это дело. Видишь, как на Лебедева смотрят?
– Как?
– С неприязнью. Он не позволяет выпивать. Говорит, как Крюге приедет, так – пожалуйста. Переживает очень.
– А Анастасия Романовна когда приедет?