Необычная находка

Тыж Виктор

– Нет уж. У меня работы с покойницей достаточно, чтобы еще и экспедицию возглавлять.

– Ладно, идемте, – Крюге рассмеялась.

– Это уже не смешно! – на следующее утро Лебедев наблюдал уже двух больных студентов с теми же симптомами. – Знаете, что я скажу, Анастасия Романовна?

Крюге была взволнована и бледна. Рядом с ними стояла не менее бледная и встревоженная Лена.

– Таких совпадений не бывает, – Лебедев поставил жирную точку. – И думаю, что нам нужен эпидемиолог.

– Но, Игорь Александрович! – взмолилась Анастасия Романовна.

–

Общая соматическая слабость, низкое давление, компенсаторная тахикардия, тошнота, боли в желудке. И уже четыре человека. И это за пять дней. Может это вирус какой-то.

– Вы звонили в больницу?

– Конечно. Врач сказал, что пока ничего не понятно. На отравлении не похоже. Остается нервное или вирусное. Но все эти люди разные. У них даже возраст разный. Коробкой – 40 лет, Никитину – 57, а студентам – 20 и 21.

– Игорь Александрович, как вы думаете, это опасно?

– Не могу сказать.

– А может их какое-то насекомое укусило?

– Я не нашел следов укусов. И сколько насекомых живет в нашей области, укус которых приводит к таким последствиям?

– Что мы будем делать? – спросила Крюге.

– Карантин. Я предлагаю карантин.

– А что делать с детьми?

Игорь задумался.

– Их надо в больницу. Я вызову «скорую». Даже если это было банальное отравление, то в степи их все равно нормально не вылечить. Тем более даже не зная от чего. Лена, никому не говори о том, что слышала.

– Могила, – твердо ответила Лена.

– Не говори так, доченька, – с опаской сказала ей Анастасия Романовна.

– Больше не буду, мама.

На удивление Лебедева студентам к вечеру стало лучше, но он все равно не позволил им работать. И весь следующий день ребята тоже лежали. День прошел спокойно, без происшествий. А вечером опять пошел дождь.

В ту ночь Васнецова плохо спала. В одноместно палатке было душно, и девушка решила вылезти подышать свежим воздухом. Дождь уже кончился, в воздухе пахло озоном и степным разнотравьем. Молодой месяц отражался в еще не успевших высохнуть лужах. Инна вытащила раскладной стульчик на улицу и уже хотела было присесть, как увидела какую-то странную тень, похожую на человека. Васнецова вздрогнула, словно ее объял могильный холод. Оцепенев от ужаса, она стояла некоторое время на месте. Тень, видимо заслышав шорох, быстро исчезла за палатками в стороне лаборатории. Инна с трудом пришла в себя, сердце колотилось, и она с трудом отдышалась, как после эстафеты на время.

«Что же делать? – спросила саму себя девушка. – Надо сказать кому-нибудь. Анастасии Романовне? Нет, плохая идея будить завкафедрой ночью. У нее еще инфаркт приключится! Лене? Что мы с ней вдвоем сделаем? Студентов звать бесполезно. Лебедев? Неудобно как-то к мужику ночью в палатку взламываться», – Инна захныкала, но все же переборов страх, направилась к палатке своего научного руководителя.

– Игорь Александрович, – Инна влезла в палатку, боясь поставить весь лагерь на уши своими криками. – Игорь Александрович! – видя, что Лебедев не просыпается, она принялась его бесцеремонно тормошить.

– Что случилось? – Лебедев подскочил. – Кто-то заболел? Умер?

– Нет, Игорь Александрович. Извините, пожалуйста, - Инна была очень

напугана. – Я видела кого-то в лагере.

– Когда? – Лебедев сел в постели.

– Только что. Я вышла подышать воздухом и увидела человека, а он убежал.

– Пошли, – скомандовал антрополог. – Только я оденусь. Подожди снаружи, я быстро.

Инна сбивчиво рассказала Лебедеву, что видела и слышала, пока они ходили проверяли сохранность находок.

– Слава Богу! Все на месте, – Игорь присел на стул возле лаборатории. – Ты не замерла? – он посмотрел на трясущуюся девушку в спальной одежде.

– Немного, – ответила та, поежившись.

– Пошли чая попьем, – предложил он. – Время четыре часа утра, – небо уже начала светлеть. – Только иди оденься сначала, пока не простыла.

– Я боюсь.

– Кто бы это ни был, он вряд ли вернется, – после этих слов Инна, опустив голову, пошла одеваться.

Лебедев налил чай в кружки и, поставив одну перед Инной, сказал ей:

– Не болтай никому, что видела. Будет паника. Хоть студентов немного, но все же. Договорились?

– Да, Игорь Александрович. Но кто это мог быть?

– Пойдем следы посмотрим, как станет светлее.

Инна уселась поудобнее и взяла в руки кружку с чаем. Опять пошел дождь. Девушка с тоской взглянула на бледнеющее небо из-под навеса.

– Погода нам не благоволит, – задумчиво проговорил Лебедев и глубоко затянулся. Инна посмотрела на него и окончательно пожухла.

Игорь Лебедев был высоким мужчиной с весьма приятной наружностью. Ему было 33 года. По нему сохла половина девчонок факультета. И это было даже неудивительно. 190 роста, худощавый, темные волосы, серо-зеленые глаза, прямой длинный нос и приятный овал рта. Как преподаватель Лебедев был обычный. Читал лекцию без лирических отступлений, не поддавался на провокации. И всегда за собой таскал кучу костей. Первокурсники шарахались от черепов, особенно, когда на семинарах препод заставлял наглядно демонстрировать ту или иную кость. Васнецову это тоже миновало. Она даже чуть сознание не потеряла, когда ей предложили это сделать.

А дождь уже не просто шел, он лил как из ведра, покрывая все возможные следы глубокими лужами.

– Вот и еще один день работы накрылся медным тазом, – весело сказал Игорь. – Слушай, Инка, а как ты это делаешь? – спросил он вдруг.

– Что, Игорь Александрович? – Васнецова еще сильнее вжалась в стул.

– Волосы. Ты их накручиваешь?

– Нет, – Инна потрогала свои вьющиеся рыжие волосы, закрывающие половину ее шеи.

– Нет, серьезно.

– Я не знаю, как мне избавиться от этого проклятья вьющихся волос и сделать их прямыми.

– Ну, можно просто побриться на лысо. Нет волос – нет проблем.

Инна сникла еще сильнее и готова была растечься унылой лужицей под стулом, когда Игорь отправил ее спать.

– Еще один незапланированный выходной, – проговорила Лена. Прячась под навесом от дождя. – Видимо, мы проведем здесь времени больше, чем планировалось.

– А разве никто не приедет нас сменить? – спросила Инна.

– Уже нет, – Лена поставила чайник. – Работы тут практически подошли к концу. Первогодки поедут на другие раскопки. Больших отправят с ними.