Неофит Мглы
Шрифт:
Некоторые их повадки очень напоминали волчьи, по своей хитрости и уму, хотя на волков они были похожи внешне меньше всего. Мутно-серый игольчатый покров, как у дикобраза, оканчивался своеобразным жабо из таких же толстых игл, в середине которого находилась голова, единственным достоянием которой была огромная пасть, усеянная тонкими ядовитыми зубами в несколько рядов. Тварь была совершенно слепа, но от этого не менее опасна и непредсказуема. Как она умудрялась ориентироваться и знать, что вокруг происходит, оставалось загадкой. Ночницу можно было убить только магией,
Девушка поудобней перехватила рукояти, и не сводя глаз с твари, медленно сделала еще шаг назад, лихорадочно пытаясь просчитать свои действия. То, что ей совершенно точно не справиться, было ясно, и сейчас лишь возникал вопрос: куда отступить, чтобы остаться живой.
Ночница была очень быстра. Лиэль едва успела увернуться, но в последний момент тварь смогла зацепить плечо девушки хвостом, оставив глубокий кровоточащий порез. Ночница играла со своей жертвой и, казалось, упивалась беспомощностью девушки.
Хвостом эти существа владели, как иные погонщики плетью, которые на спор держали по несколько монеток, подброшенных в воздух, не давая им упасть. А парализующий яд, который щедро выделяло жало на конце, не оставлял жертвам ни единого шанса.
«Ну вот и все!» — подумалось девушке, когда из левой, безвольно повисшей руки, выпал меч, звякнув о каменный ковёр площади. Перед глазами поплыло, но Лиэль, упрямо сжав второй меч, снова попыталась разорвать дистанцию.
— Хгарх! — в стороне прозвучал гортанный выкрик, а в следующее мгновенье Ночницу ударило воздушной волной в бок, смяв топорщащиеся иглы, и протащило, с хрустом впечатав в каменный домик, принадлежавший городской страже и выполнявший роль караулки. Выскочившие из мостовой каменные шипы насквозь пробили костяные пластины, нанизав на себя Ночницу, чтобы сразу же разлететься крошевом, вперемешку с останками твари, под ударом исполинского воздушного пресса
— Поляна!? — изумленно воскликнула Лиэль, увидев свою нежданную спасительницу, но не удержавшись на ногах, припала на одно колено.
Такой её Лиэль видела впервые. От Поляны сейчас веяло мощью. Это была совсем не та ворчливая старушка-травница, которую девушка знала и любила. Сейчас перед ней находилась властная женщина, глаза которой полыхали багровыми углями, а подрагивающий воздух вокруг её фигуры, создавал видимый ореол силы. Такое дрожание маленькая Лиэль видела лишь однажды, когда к её отцу приезжал маг из самого Ковена, у которого с Рамоном были какие-то дела.
— Ты магесса? — от удивления глаза девушки расширились.
— Все вопросы потом! — Поляна с несвойственной ей жесткостью ответила, затем взяв девушку за плечо, где красовался порез, коротко спросила, указав головой на останки, — Она?
— Да, — прошептала пересохшими губами Лиэль, начав заваливаться набок.
* * *
— И что вы собираетесь предпринять? — голос пропитан раздражением.
— Понимаете, это зона, не включённая в локацию, именно из-за своей «забагованности». Изначально, она проектировалась, как «данж» на получение некоторых гоблинских
— Леонид Маркович, ты понимаешь, что ты мне сейчас говоришь? Какие, к чертям, непонятные вещи? Может в следующем докладе уже на «порчу» будешь все валить? Вы отдел тестирования, или класс школьников на информатике? Что у вас там происходит в конце то концов? — прошипел седовласый.
Начальник отдела тестирования, нервно протер мятым платком с желтоватыми пятнами, внезапно вспотевший лоб, в очередной раз пытаясь объяснить:
— Иван Валентинович…
— Послушай, я уже сказал раз. Почему я должен повторяться? Ты же сам понимаешь!
— Да, конечно, я понимаю!
— А мне кажется, что не до конца! Почему у меня еще нет данных по его игровым сессиям? — седовласый вперил испытывающий взгляд в Марковича, который от такого внимания не знал куда себя деть, — Сколько мне еще ждать?
— Иван Валентинович, там не все так однозначно!
— Только не вздумай сказать, что снова причина в «непонятном»!
Леонид Маркович покаянно молчал, а потом, вздохнув, как перед прыжком в холодную воду, начал торопливо говорить:
— «Логи» его сессии расшифровали, но полученные данные внесли еще большую сумятицу. Было выявлено воздействие, как я уже докладывал, которое оказалось божественным вмешательством. Естественно внутриигровым. Ему помогли, сейчас это совершенно ясно.
— Можете, же когда хотите! — воскликнул седовласый, — Ну, и кто у нас отличился с вмешательством?
— Пока непо… Простите. Мы не можем определить…
— Чего? Повтори, что ты сейчас сказал, — седовласый, подняв брови, ошалело посмотрел на Марковича.
— «Логи» подчищены, причем сделано это вполне грамотно. Понять, откуда был вход, не представляется возможным.
Седовласый устало закрыл глаза и потёр виски кончиками пальцев, продолжив спокойным голосом, будто не было вспышки эмоций:
— Значит так, Лёня! У тебя ровно семьдесят два часа, чтобы полный, я повторю: полный доклад, лежал передо мной на столе. По истечению этого времени, мне придётся подключить к расследованию Корпоративную Службу Безопасности, доложив об этом инциденте. Мне объяснять, чем это чревато? Нет? Вот и хорошо. Если мы не справимся, то на спокойную старость, Лёня, можешь не рассчитывать!
* * *
С разбегу перепрыгнув широкий ручей, экономя дыхание, я старался быстрей добраться к виднеющемуся подлеску, в котором я надеялся сбросить «хвост», затерявшись. Я не знал, какие следопыты из гоблинов, но твердо знал, что из меня — он, как из туфлей — наушники. Благо я не страдал топографическим кретинизмом, более ли менее ориентируясь на незнакомой местности.
Черные изломанные пальцы деревьев, топорщились, выглядывая из мёрзлой земли. Рывок на пределе возможностей, я вбегаю в редкую поросль, которую подлеском то и назвать — значит похвалить с запасом, но ничего другого мне в голову не пришло. Пусть будет подлесок, все едино.