Неомифы
Шрифт:
– Тебя радио не отвлекает?
– Нет, босс, наоборот – развлекает.
– Прекрати так меня звать! Что за пошлое словечко?
– Ну, ты же босс…
Старший по охране областного госпиталя недовольно фыркнул и направился к лифту.
Упитанный Лёня, дежуривший у входа, вернулся было к прослушиванию новостей. Но тут к дверям, что вели на улицу, подошла молоденькая стройная медсестра. Лёня давно положил на неё глаз. Мужчина встал из-за стола и подступил к медсестричке – несколько неловко, учитывая его габариты.
– Привет, Настя.
– Легчилов,
– Да не, я не к тому… Короче, чё с той дамочкой? – Видя непонимание на лице Насти, Лёня пояснил: – Ну, с той, которую привезли пару часов назад. Беременный снорк.
– Во-первых, не твоё это дело – врачебная тайна всё-таки… – грозно начала Настя.
– Да ла-адно тебе… Не выпендривайся. Первый день, что ли, знакомы? А потом, какая, к ядрене фене, тайна?
– Ну, хорошо, Легчилов. Если я тебе расскажу, ты от меня отстанешь и дашь спокойно поесть?
– Обещаю.
Настя вздохнула.
– Тогда слушай, только внимательно. Эта деваха отнюдь не снорк…
– Не понял. Ты ничего не путаешь? Я ведь сам видел: вся в шерсти, когти как гвоздищи…
– Ты меня перебивать будешь? Не снорк, говорят тебе. Процесс пошёл в обратную. Шерсть выпадает, и, похоже, уже давно. Когти отвалились, когда её на операционный стол клали…
– Кесарево?
– Кесарево.
– Всё нормально прошло?
– Как ты за неё волнуешься, – иронически произнесла Настя.
Лёня подколки не заметил.
– Да я не волнуюсь. Просто скучно здесь… одному…
– Ах, ты, бедняжка… Да, всё прошло нормально. Поправится твоя дамочка…
– Не моя она! – возмутился Лёня.
Пропустив это замечание мимо ушей, Настя продолжила рассказ – кажется, диалог с сослуживцем ее заинтересовал-таки.
– Этой крале повезло, что в снорка превратилась. Они, знаешь, какие живучие. Вообще много в её жизни везения: сначала Разлом прекратил Волны испускать (как раз вовремя), затем еда нашлась… Ну, что ты на меня смотришь удивлённым сусликом? Жила она – а вернее, существовала – на отшибе, в заброшенной лаборатории. Там холодильники и склад ломились от жрачки… Хотя, подозреваю, питалась она не только консервами… А самое главное, спецназовцы, когда прочёсывали район – глухой, надо сказать, райончик… так вот, спецназовцы нашли в покинутой лаборатории эту бабу. Беременной, на девятом месяце. От запасов провизии к тому времени мало что осталось. Если б не случайность… точнее даже, вереница случайностей, не видать ей белого света. Отдала бы богу душу: или от родов, или от голода. Видимо, ангел-хранитель её постарался… А ещё я слышала, – шёпотом добавила Настя, – что изголодавшиеся снорки детишек своих…
Лёня поднял руку в предупреждающем жесте.
– По-моему, пора тебе остановиться.
Настя спохватилась.
– И правда. Заговорил ты меня…
– А с ребёнком-то что?
– Да здоровый ребёнок. Крупный, горластый. Только странный немного: густой пух на ручках с ножками и зрачки вертикальные, точно у зверя какого… Ладно, побежала я: может, успею-таки перекусить до конца перерыва.
– Ага,
Лёня покачал головой, дескать, чего только не бывает на свете. Жизнь – штука сложная и непонятная. Интересная. Но больно запутанная…
Он вернулся на рабочее место, поудобнее устроился в вертящемся кресле.
Не так давно, когда волновая активность уже прекратилась, Украинское Содружество возобновило продвижение спорта в массы. Впервые после Катаклизма. Безусловно, прежних масштабов спортивное движение пока не достигло, однако развивалось оно активно. В столице, Киеве, проводились первые футбольные матчи. На итог одного из них Лёня поставил немалую сумму: заключил с шефом пари на победителя. Как раз сейчас по радио должны были объявить результат игры…
Чтобы не упустить ни слова, охранник потянулся к ручке настройки, увеличил громкость и, откинувшись на спинку кресла, стал расслабленно слушать знакомый, неторопливый голос диктора.
Клетка открыта
(Соавтор – Сергей Решетняк)
Когда дверь мостика закрылась, капитан Выхин закурил. Сработала автоматика, унося сигаретный дым в вентиляцию.
– Не залить горючку! – воскликнул он. – Театр абсурда… А впрочем, стоит ли удивляться после случая с 75-м?
Старший помощник Алексеев беспомощно развёл жилистыми руками.
– Хорошо хоть ракетой по нему не попали, – попытался найти он положительную сторону.
– Да, – иронически согласился Выхин. – Просто здорово, что в космопорту работают не только пьяницы, но и люди с ужасным глазомером.
– Юра, лучше, если бы сбили?
– Лучше, если бы залили!
Капитан «Грузолёта-31» вспомнил осоловелые глаза заправщика.
– Ладно. – Выхин постарался отвлечься. – Где ближайшая КЗС?
– В соседней галактике, – вяло отозвался Алексеев. – Мы туда не долетим. А свободных дозаправщиков у них нет: уже узнавал.
Командир, рослый плечистый мужчина, прошёлся взад-вперёд. Горючее в основном баке на исходе, а в дополнительном, благодаря халатности работников космпорта, с самого начала пусто. Но откуда взялась «пробка»?
– Насчёт того затора не выяснил? – спросил Выхин.
– Кошта общался с другими «водителями». Вроде бы там звезда взорвалась, и для безопасности движение остановили.
«Десять часов на одном месте, – с негодованием подумал капитан. – Десять! Хотя мы отключили двигатели, регистратор и парочку систем, остальные-то всё равно работали на горючке. Свет, столовая, медицинский отсек, туалет с душем… А потом ещё крюк пришлось делать, тратя скудные, как выяснилось, топливные резервы».
– Эх, обратились бы к космической полиции, – вслух рассуждал Выхин. – Глядишь, сделали бы для нас исключение.
– Угу. Но кто ж знал?
В этом-то и проблема: никто никогда ничего не знает.