Неомифы

Неделько Григорий Андреевич

– Как вернёмся домой, – мрачно проговорил Выхин, – предложу комитету отменить межгалактические трассы и дороги. Пусть корабли свободно летают по космосу.

– Поддерживаю. Где подписаться?

– Привет, ребята, – с французским акцентом сказала подошедшая тихо Жюли. – Чем озабочены?

Алексеев подтолкнул капитана локтём и шепнул на ухо:

– Повезло нам всё-таки с новым экспедитором.

Выхин лишь отмахнулся.

– Горючее заканчивается, – известил он.

– Как это? – удивилась Жюли.

– А

вот так: не залили.

– Странно…

– Нет, очень даже обычно. – «Это меня и бесит больше всего!» – пронеслось в голове у Выхина.

– А кораблезаправочных станций в этой галактике нет, – добавил Алексеев.

– Проблема. – Экспедитор замолчала, но вскоре продолжила: – А что если сесть на какой-нибудь планете поблизости и заказать экспресс-доставку топлива с Земли-7? Горючее нам должны даром отдать, я считаю.

– И я тоже. Но важно, как считают они сами. – Выхин вздохнул. – Ладно, хватит трепаться. Гена, сообщи экипажу «приятную» новость. Груз давно на месте, так что, Жюли, отдыхай. А я на капитанский мостик, сажать корабль. Надеюсь, хоть тут судьба нам подножку не подставит.

Единственная планета, которая находилась в пределах досягаемости, оказалась не занесена на звёздную карту. Корабль уже дважды летал этим маршрутом, но экипаж не обращал внимания на маленький, по космическим меркам, шарик. Во время их приземления планету укутывали тёмно-серые кучевые облака, отчего та напоминала футбольный мяч, покрытый густым слоем грязной пены для бритья.

– Ни черта не видно! – пробормотал смуглый пилот Кошта.

Громко запиликал регистратор: система обнаружила в стратосфере мощное излучение.

– Техника какие-то лучи засекла, – обратился Кошта к Выхину. – Сейчас определяется с классом.

– Радиоактивные?

– Пока не знаю, но обычно прибор их моментально распознаёт.

– Тогда не заморачивайся.

Кошта снова взглянул на обзорный монитор. Облака, сплошные облака. Толстые, словно бегемоты, и такие же ленивые – с места не двигаются. Пилот хотел разогнать их с помощью встроенного в корпус «Грузолёта» оборудования. Однако оно тоже функционировало на топливе, и португалец передумал.

Корабль продолжал плавно снижаться, с каждой сотней метров всё медленнее. Регистратор показывал, что до поверхности немногим более двух километров. Теперь не врезаться бы в гору, если здесь, конечно, есть горы.

– Полтора километра, – оповестил Кошта, следивший за показаниями приборов.

Выхин просто сидел ровно, чтобы не нагнетать обстановки.

– Молодец, парень, – пытаясь рассмотреть на мониторе что-нибудь, помимо облаков, произнёс капитан. – Не дрейфь.

«И ты, Юра», – мысленно успокоил себя Выхин.

Озеро в их случае – идеальное место для посадки. Можно и на равнину приземлиться.

Только бы не на скалу.

– Юрий Максимыч, пятьсот метров… О боже!

Звездолёт тряхнуло, и Выхин чуть не свалился с кресла. Стены закачались, будто пьяные. Слабый толчок, ещё одна встряска. Громкая и явно нецензурная португальская речь. Очень сильный толчок. Мигнувший свет и на сей раз ругательства русские. Свет погас окончательно, но вспыхнул через пару секунд… А следом всё прекратилось.

Кошта, с шумом выпустив из лёгких воздух, обернулся к капитану.

– Сели. – Он расплылся в довольной улыбке. – Даже топливо осталось, на донышке.

Переведя дух, Выхин молча пожал пилоту руку. И потянулся к коммуникатору.

Главный космопорт Земли-7 ответил далеко не сразу.

– 31-й, вас понял, – подтвердил диспетчер. – Координаты получены. Топливо будет доставлено через 48 часов.

– А нельзя ли побыстрее? – уточнил Выхин.

– Учитывая расстояние, это вряд ли возможно.

– И всё же постарайтесь, ведь, напомню, не по своей воле мы застряли… неясно где.

– Понял, 31-й. Свяжемся с вами.

– Хорошо, а… – Выхина прервали треск и шипение. – Земля-7. Земля-7, приём.

Диспетчер не отвечал.

– Видимо, проблемы со связью, из-за которых они и не слышали вызова, – предположил Алексеев.

Вся команда была на капитанском мостике: командир корабля, старший помощник, пилот, экспедитор Жюли Котияр, механик Вася, которого по-дружески называли Арнольдычем, врач Семён Райбман и начальник безопасности Юджин Смитсон.

– Наши планы, Юр? – поинтересовался Алексеев.

– Гуляем, Гена. Гуляем и не беспокоимся. Судя по полученным данным, состав атмосферы очень напоминает воздух старушки Земли-1. Даже в сутках почти столько же часов – двадцать пять.

– А как насчёт природы? – прозвучал вопрос от смотревшего в иллюминатор Арнольдыча. – Я вижу только голую землю да камни.

– Вот и выясним заодно, – старался подбодрить команду Выхин. – Айда за мной, ребята. На освоение мира, где не ступала нога человека!

Капитан уверенным шагом покинул мостик. Экипаж потянулся за ним, дружно, но без особого энтузиазма.

Со слабым интересом команда озирала окрестности. Космонавты, одетые в спецкостюмы, на всякий случай прихватили бластеры.

– Ну и дыра, – уныло произнёс Райбман. – Лучше бы на орбите зависли.

– И сдохли бы к утру от нехватки кислорода, – лыбясь, прокомментировал вечно весёлый Арнольдыч.

Ничего не ответив, судовой врач поплёлся в сторону мощной фигуры Смитсона. Американец прогуливался на некотором отдалении.

– Давайте посмотрим, что тут и как, – доставая сигарету, пробубнил Выхин.