Неомифы
Шрифт:
– Я те дам, глюк, недоросль! Ты вообще понимаешь, что натворил, выложив свою прогу в Сеть?!
– Э… – Саня понемногу приходил в себя, способность мыслить возвращалась. – А что такого? Это ж моя прога, не ломаная. Сам написал!
Полупрозрачный вскочил, совсем по-человечески забегал по комнате, заложив руки за спину.
– Сам написал! Моя прога! – неожиданно похоже передразнил он Саню. – А Имя Господне – тоже твоя собственность? Ты хоть понимаешь, чип ты моторолловский, что наделал?
– Не-а. Чё?
Гость вновь плюхнулся в кресло, сгреб со стола дымящуюся чашку кофе – Саня не
– Ладно б еще сам пользовался находкой, втихую, так нет, на весь мир раструбил.
– Да что я сделал-то!? – наконец взорвался Саня: причитания незнакомца пробили брешь в его ступоре. – Ты ваще кто такой? Приперся в мою квартиру, сидишь в моем кресле, носишься по моей комнате и пьешь мой кофе! Да еще на меня же и верещишь!
На миг прозрачный силуэт наполнился вопросительными знаками, а потом махнул рукой.
– Ладно, чувак, был конкретно не прав. Проехали. Попробуем начать с начала. Итак, я, ну… пусть Верховный Программист, во. Кибербог, но для краткости можешь называть просто Кибер. Кто ты такой, я знаю.
– И чем обязан визиту, Кибер? – оторопь сменилась язвительностью.
– Видишь ли, молодое дарование, зря ты написал программу для изыскания подлинного имени Бога. Очень зря.
– Угу, типа, кто его прознал, тот всемогущим становится.
– Не типа. Вот ты, например, после того как программа выдала результат, ничего не заметил? Странного, необычного. Никаких улучшений в жизни?
Саня взбил подушку и сунул под спину, прислонившись к стене. Вставать с кровати категорически не хотелось, колени мелко дрожали. Он глядел на мерцающего Кибера, а в голове крутилась только дурацкая фраза из фильма «)(отт@быч»:
«Это ты взломал сервер Господень?!»
– Есть маленько.
– И это самое – только начало, парень. У тебя теперь дикая пруха по жизни пойдет.
– Вау, круто!
– Что ты ваукаешь, как ребенок? Думаешь, легко жить, когда все твои желания тут же выполняются? Никаких сюрпризов, никаких неожиданностей… Жизнь очень скоро пресной станет.
– Ничего, переживу, – буркнул Саня, прикидывая, чего бы этакого пожелать.
– Ты-то переживешь. А человечество? Твоя прога за несколько часов по всей планете разлетелась. А теперь прикинь, что будет, если истинное Имя Всевышнего будут знать отпетые негодяи? Можешь себе представить реализацию желаний кровавого маньяка? А мечта военных об оружии, стирающем звезды в космическую пыль? И ведь получат. Но и это не всё. Помнишь, с чего Библия начинается?
– Смутно. Слушай, Кибер, я ща на кухню за кофейком, чё-т голова не варит.
– Сиди уже, я сам.
Кибер щелкнул кнопкой мыши, и на коленях у Сани появился поднос с большой чашкой крепчайшего ароматного кофе, кувшинчик сливок, четыре кусочка сахара и тарелочка бутербродов с колбасой.
– И это еще не самое плохое, – продолжил компьютерный бог. – Самая же кака в том, что, когда человек сыт, доволен и всё получает без труда, он неизбежно деградирует. Зачем изобретать колесо, если по желанию можно перенестись куда угодно? К чему архитектура, если стоит
Саня осторожно откусил от бутерброда. Вкусно. Кофе так вообще нечто, яркий насыщенный вкус с легкой ореховой ноткой и тонким ароматом корицы.
– Хорошо, я понял основную идею. Человек должен добиваться желаемого, не надеясь на халяву. Верно?
– Именно так. Кстати, по той же причине всякие там каббалисты с талмудистами не могут найти Имя Бога. Ибо низзя. Но вдруг произошло незапланированное чудо – у тебя получилось. И вот теперь я вынужден устранять последствия этого «чуда». Потому как оно нарушает природный ход вещей. Мало того, закона сохранения энергии никто не отменял, даже Сам. Если где-то что-то прибавилось, значит, где-то что-то убыло. То есть если ты пожелал яхту, у кого-то непременно будет отнято: удача, здоровье. Или судьба сломается. За всё надо платить, и если платишь не ты, то платят за тебя. К примеру, за спокойный сон американцев заплатили жизнями города Хиросима и Нагасаки. Вот как-то так, понимаешь…
– Я-то чем помочь могу, если даже не знаю, почему прога вырубается через полчаса?
– Это как раз объяснимо, – в низком голосе Кибера почудилась улыбка. – Она выполняет свое предназначение и становится более не нужной. Достаточно один раз прикоснуться к тайне. Беда в том, что я не знаю, как остановить распространение программы, и сломать ее не могу.
Саня встал, подошел к окну. В стекло бился заблудившийся мотылёк. Перед молодым человеком лежал, сияя огнями, вечерний город. («Это что ж я, целый день проспал?!»)
– Раз ты Божий посланник, может, сделаешь так, чтобы программа не была написана? Чтоб сама идея ее мне в голову не пришла?
– Поздно, – теперь голос собеседника приобрел оттенок грусти, – Событие произошло, и вмешиваться в ткань времени нельзя: это опять же нарушит естественный порядок вещей. Говоря нашим с тобой языком, любое вмешательство в прошлое вызовет системный сбой в матрице настоящего и, вероятно, приведет к коллапсу сущего. Короче, ты кашу заварил – тебе и расхлебывать. Думай, как остановить программу. Для связи со мной оставляю кнопку на клаве. Как появится дельная мысля – вызывай. Но сильно не затягивай: времени у нас мало, неделя, где-то так… опять… Ну, покедова!
За спиной Сани раздался тихий мелодичный перезвон, а когда айтишник отвернулся от окна, Кибер уже испарился из комнаты. И только ядовито-зеленая кнопка «КБ» на клавиатуре свидетельствовала, что всё не приснилось. Кнопка, которой раньше не было…
Сперва он ничего не хотел делать. И действительно, кто в здравом уме примет за данность, что его собеседник – бог? Кибер или какой другой – неважно. А если спятивший в самом деле спятил, тем более нет причин беспокоиться: случившееся лишь сон, глюк, фантазия, которая не способна изменить мир ни к лучшему, ни к худшему.