Неомифы
Шрифт:
Нет, я не ошибся: именно 31-е и именно июня. Сам не сразу поверил в подобное фэнтези.
Ну и вот, пока я пялился на экран фона, где приятным зелёным светом горела дата, ко мне в голову вторгся надоедливый дельфин. Я хорошо-о запомнил его голос.
– Привет, Джейд.
– Отвали.
– Всем необязательно знать, что ты общаешься с говорящим животным, поэтому давай вести диалог мысленно.
«Тогда так: отвали».
– Хм.
Я повертел фон в руках, пытаясь понять, с чего он вдруг начал глючить. Вроде я его не ронял. Или приборчик замкнуло? Плохо, если дело в этом: нести фон в мастерскую небезопасно.
– Не хочешь меня послушать?
– Вот попаду в психлечебницу, там и наговоримся.
– Мысленно, Джейд, мысленно.
Я глубоко вздохнул.
«Ну, ЧТО тебе от меня надо?»
– Наконец-то ты стал думать о действительно важных вещах.
«И?»
– Если кратко: мне нужна твоя помощь. По этой самой причине мы встретились в дельфинарии…
«Ты так говоришь, словно всё было заранее тобой подстроено».
– В целом, да.
«И как только тебя туда занесло?»
– Я инопланетный спецагент. Ребята вроде меня следят за большими территориями и живут в водоёмах. Некоторых из наших специалистов ловили или убивали, но в этом случае у вживлённых устройств включался механизм самораспада-самоуничтожения, не позволявший людям обнаружить… то, что им не следовало бы обнаруживать. А дельфины в дельфинарии – местячковые смотрители, им не очень-то нужна развитая телепатия, информацию у них «забирают» специально отряжаемые работники. Я редкое исключение. Скажем так, руководитель местячковцев.
Это всё прекрасно: и неправдоподобные объяснения, и употребляющее неологизмы животное. Но я вдруг ощутил острый приступ злости.
«Если ты – без обмана – спланировал нашу встречу… хочу спросить: с какой, блин, стати ты врываешься в чужую жизнь, диктуешь условия…»
– Я ничего не диктую – лишь пытаюсь объяснить. Чип, находящийся у тебя в голове, усиливает ментальные возможности…
«Чё-о?! Какой ещё чип?»
– Который «ношу» и я. Который я вживил с твоего же согласия.
«А вот за подобные инсинуации неплохо бы морду начистить. Или рыло. Или как дельфины свои физиономии называют».
– У нас нет физиономий – мы расцениваем тело любого существа в качестве своеобразной вариации содружества. Целое, состоящее из частностей. Кроме того, мы зовёмся не дельфинами, а дельфами – по крайней мере, сторонники межгалактических лингвореформ настраивают на введении этого новообразования во все языки. Тут есть резон: наше первичное название довольно труднопроизносимое…
«Да мне плевать! Какого… дельфа ты копался в моей голове?!»
– Успокойся, Джейд, не веди себя как баба.
«Понахватался земных фразочек… Плагиатор несчастный!»
– Объясняю: чип, помещенный под кожу в область лба, помогает нам поддерживать телепатический контакт на больших расстояниях. Устройство крайне невелико по размеру. Оно полностью автоматизировано…
«Счастье-то какое!..»
– …погружаясь внутрь мыслительного органа, чип проделывает отверстие необходимого диаметра, одновременно впрыскивая в организм реципиента обезболивающее. После завершения фазы «дислокация» ранка ликвидируется. У представителей твоей
Я потрогал лоб: инопланетяшка не обманывал – совсем незаметный бугорок. Точечка.
– Мысли дельфов и людей, – продолжало вещать говорливое млекопитающее, – распространяются идентичным образом. В принципе ментальные волны любого разумного существа схожи по структуре и способу передачи. Исключения редки. Тебе повезло…
«Ещё бы!»
– …и сам не догадываешься насколько. Так что прекращай истерику, одевайся и пошли.
«Истерику ещё припомню тебе. А куда мы направляемся?»
– В одно интересное место – расскажу по дороге.
Тайны, тайны… Кругом тайны. Терпеть их не могу!
«Как тебя зовут-то хоть? Привык, понимаешь, обращаться к собеседникам по имени. Даже к рыбообразным. Даже, не исключено, к выдуманным».
– Я существую взаправду… А называть меня можешь обычной земной кличкой Шарки.
Обычной земной кличкой… Час от часу нелегче!
«А как насчёт 31-го июня? Что за фокус?»
– Об этом тоже по дороге.
«Угу. Неужто и вселенную спасать придётся?»
– Придётся. Не вселенную, возможно, но как минимум Пандору, в смысле, Землю.
Кажется, я сказал в ответ что-то резкое и непечатное.
Шарки утверждал, что надо проникнуть в секретный-пересекретный институт и выкрасть… ладно-ладно, позаимствовать прибор, восстанавливающий пространственно-временную ткань. Нет, точно, был бы этот дельфиномордый здесь, придушил бы гада! Уж не знаю каким макаром…
«А девчонка?» – подумал я, внимательно глядя перед собой и бодро шагая по длинному тротуару.
– С Джилой всё улажено, не беспокойся. Она должна очутиться на месте к тому моменту, когда мы прибудем.
«Красивая хоть, Джила эта твоя?»
– Тебе понравится.
Я хмыкнул: очень уж самоуверенное водоплавающее попалось. Неужели все дельфы такие?..
…До ИИПВФ (пф, дурацкая аббревиатура! Эдакую не грех и засекретить)
– Не преувеличивай, всего-то 5,7.
Здание института располагалось, как и положено сверхсекретному объекту, на отшибе и маскировалось под неотремонтированное, никому не интересное, нафиг не нужное одноэтажное строение. Однако подозреваю, что облик ИИПВФа соответствовал вниманию, которое правительство уделяло жизненно важным, вселенской значимости разработкам. Проще говоря, «шишки» давно позабыли о затерянной в пригороде хибаре. Место глухое, машин нет, людей нет… Даже не по себе как-то. Что это со мной? Ах, ну да, впервые же спасаю мир…
Охранников у въездных ворот не наблюдалось. По крайней мере, я не разглядел привычных толстых дядек в форме и с лазерным оружием.
– Блин, тут и спрятаться-то негде!
– Чё ты орёшь да ещё вслух?!
А мой лучший друг Шарки – способный ученик. Ботает на земном, как на своём родном.
– Хватит метаться – сейчас перемещу тебя.
«Ку…»
Слог «…да» растворился там же, откуда прилетел в сознание, – в ноосфере, надо полагать.
А я застыл с разинутым ртом посреди внушительных масштабов помещения. Квадратного. Сверкающего экранами, лампочками, подсветками кнопок и рычагов. Опутанного проводами. Уставленного техникой. И – совершенно чуждого.