Неожиданность

Попов Борис

Я рассказал про свои новости, и подытожил: на твоей выучке заработал уже гораздо больше. Знания ведунов в этот раз не помогли. Поэтому прими в знак благодарности. Потом отсыпал гораздо больше, чем он просил.

Затем вышел и внимательно оглядел крышу. Гнилая солома впечатляла. У себя и у пильщиков сделал из осинового лемеха. Обдумывал делать из гонта, но дощечки показались слишком тонкими.

Насчет осины выразил было сомнение, считая ее слабоватым деревом, но плотники мое заблуждение опровергли. Осина стоит очень долго — несколько жизней человеческих, не

гниет и не трескается. Намокая в сильный дождь, только плотнее прилегает к основе и делается единым панцирем. В долгую сушь между подсохшими лемехами появляются незначительные зазоры. Так как лежат они в перехлест, течи все равно нет, а весь чердак продувается. Эта крыша не течет никогда! Берется только богатыми людьми, очень дорога. Постояв некоторое время под дождями, делается серебристой.

Иностранцы поражаются русскому богатству, думая, что дома у бояр и зажиточных купцов покрываются благородным металлом. Покрывать крышу железом не целесообразно — сгниет довольно-таки быстро, как ни крась. Поэтому я велел во все крыши забивать дубовые пробки. Гвозди тоже сгниют махом. Нержавейка еще не изобретена.

— Завтра плотников пришлю. Сделают нормальную кровлю. Денег им не давай, я все оплачу. Заодно придут и стекольщики.

Померил кистью руки (размер ее был известен — 20 см. Мало ли что надо было померять, а рулетку с собой в кармане не носишь) окна.

После всего этого мы с волхвом пошли учиться. Первым делом он научил меня лечить венерические и прочие инфекционные болезни. Объяснил, как повысить либидо у любого человека. Как убрать внутренние запреты и комплексы. В общем проблемы ушкуйника были решаемы.

Поставил мне защиту от различных неожиданных воздействий: от летящей стрелы, арбалетного болта, падения на меня дерева, внезапных ударов ножом, мечом, топором.

Тут мое любопытство не выдержало.

— А как же князь убил кудесника?

— Я их не знал. Или волхв был защищен очень плохо, или у князя были похожие на наши способности. Заговоренное оружие, это, наверное, только в сказках. Реально никогда не знал человека его видевшего или державшего в руках.

Потом научил видеть, когда мне лгут и на что нужно воздействовать, чтобы сам признался, зачем или кто его этому подучил. Освоили методику быстрого заживления ран и переломов. Защитил меня от любого чужого влияния. Предсказывать погоду на сегодня и завтра. Больше у меня ничего не получалось: погоду дальше и судьбу человека никак не видел.

Найти в глухом лесу или в пещере, увидеть утонувшего и сказать, где найти, пожайлуста, обращайтесь. Влиять на погоду — не ловок. Язык животных и птиц: с трудом. Любой иностранный освою по двум-трем фразам.

Уверенно вылечу генетические нарушения плода, пока он в утробе матери, найду любую вещь и поймаю вора. Вижу воду, полезные ископаемые, клады. Защищен от любых ядов, сглаза, заклинаний злых колдунов, влияния любого человека, пусть авторитетного или любимого. Приворот на меня не подействует, зато всегда буду знать, кто сделал, и кто осмелился дать.

Вспомнил телевизионную «Битву экстрасенсов» и спросил Добрыню:

— А

вот если поставить десять закрытых железных сундуков, а в одном будет спрятан человек, я его найду?

Он немного удивился замысловатой задаче, но долго не раздумывал,

— Махом сыщешь! И любому человеку можешь сделать оберег и просто изгнать злые силы и чары и из него, и от него. А вот творить какие-либо чудеса, как боги, это нет, не дано. Слабоват ты еще. Вот проживешь еще лет десять или двадцать, тогда и посмотрим. Чем старше будешь, тем умелей.

— А ты все это умеешь?

— Да уж немножко половчей тебя. Хотя до вершин тоже еще далеко. Чуть не забыл: ты теперь будешь болезни доподлинно видеть.

— А в чем отличие? Вроде и сейчас вижу?

— Ты линии видишь, и их и правишь. А теперь будешь видеть нужную часть тела как бы изнутри и наквозь.

Это я не особенно понял, но мы оба устали, и передвинули все беседы на завтра. На прощание спросил:

— А спиртное мне можно? Ведуны, в тот день, когда лечат, перед этим не пьют.

— Ну, нам с тобой можно. Правда у тебя защита от ядов стоит, как почувствуешь подташнивает — бросай. Защита включилась. Водка стала отравой. Дальше будет только рвать. И прежнего-то выпитого лишишься.

Да, не жили разгульно, нечего и начинать. Прискакал в город, поставил коня, поел, отдохнул. Решил сегодня отличиться — спеть, потанцевать, рассказать кучу анекдотов. Накинул на одно плечо ремень от домры, на другое сумку (прихвачу выпивки и харчей на выбор — отмечу повышение в кудесничестве. Второй уровень после богов!) подался на торг.

Заказ был в наличии. Ребятишки восхитились моим рвением к работе — одним им платили очень скромно, и уже, даже договариваясь, и узнав, что меня не будет, больше трешки и не давали. И с каждым днем их автономное пение и анекдоты ценились все ниже и ниже.

— Конечно, у тебя голос…

— А какой же вам голос для анекдотов нужен?

— Ну, за эти историйки денег тоже дают все меньше и меньше.

Да уж, падение рейтинга ансамбля «Поющие дятлы» было налицо. Пришел заказчик, невысокий и суетливый. Увидев меня, просто расцвел от радости.

— Ты здесь! Соловей наш!

Я, пораженный его речевыми оборотами, аж фыркнул. Конечно, золотой голос новгородских помоек вдруг объявился! Строго сказал:

— Меньше, чем за пять рублей, мы с места не тронемся!

Тут он окончательно обозначил приоритеты местного купечества.

— Да их хоть всех здесь оставь! От них проку все равно никакого, только стучат и дудят. Зачем ты их держишь? Пойдем вдвоем, деньги будут те же.

Музыканты стояли как оплеванные — полет ниже плинтуса удался… Конечно, народ совершенно без инициативы. Немного получают, выстроить свой дом на заработанные рубли пока не получится, но сыты, одеты, обуты, все снимают приличное жилье. А купить еще одну домру, или хоть облегчить мне жизнь: поиграть на том, что есть инструменте, пока я пою — такой и мысли нет. В общем, дружно присесть за широкой спиной певца и ласково полизывать его пониже поясницы.