Неполоманная жизнь

Гордиенко Александр Николаевич

– Няма, ты мне невозможного не приписывай. Скажешь тоже – осознать… – Железнов иронично улыбнулся. – Я же – пол-ков-ник! В недалеком прошлом, справедливости ради. И в соответствии со сложившимися стереотипами, думать мне не положено, вернее, нечем. И эмоции мои должны быть сосредоточены в одном месте – в виде ненависти к врагу. Да ладно, Ням, – Железнов понизил тонус разговора, – я и вправду, сам не ожидал, что все так срастется. Неожиданно. И быстро. За полдня каких-то. Давай после этого сабантуя – ко мне. Надо все это обсудить. Хорошо?

– Договорились.

Уже

ближе к выходу из зала плотность танцующих заметно упала, и Железнов облегченно вздохнул – наконец-то ему удалось выбраться из этого астероидного пояса, именно такая ассоциация возникла у него в голове, по-видимому, вследствие непредсказуемости движения каждой отдельной пары и всей их совокупности в целом. Но не тут-то было: когда до спасительных дверей оставалось всего метров пять, из них стремительной походкой появился Рокотов Александр Борисович – генеральный директор телекомпании, который, увидев Железнова, совершил сразу две неожиданные для последнего вещи: во-первых, заговорщически подмигнул ему – типа, мы с тобой знаем то, что остальные пока не знают, а во-вторых, изменил траекторию движения в сторону Железнова (в общем-то, они оба знали, кто есть кто, но так как компания большая, всё их предыдущее общение сводилось к односложным деловым фразам профессионалов при подготовке и подписании самых крупных договоров):

– Добрый вечер, Саша!

Ошалевший на мгновение от нежданной реакции на него Генерального директора Железнов на автомате протянул руку для рукопожатия:

– И вам работу не менять, Александр Борисович! Рокотов рассмеялся:

– Не ожидал, Саша. Честно признаюсь – не ожидал. Чтобы финансист предложил формат… Да еще такой смелый и яркий – выбирать красивейшую женщину России среди обычных женщин, без участия профессиональных моделей…

– На объективной, а значит, достоверной основе.

– Как вам такое в голову пришло?!.

– Дак чистый эгоизм, Александр Борисович.

– У вас есть протеже на титул красивейшей женщины?

– Совсем наоборот. Я же – закоренелый холостяк…

– Я в курсе…

– …уже больше двадцати лет. Вот я и подумал, а как мне, человеку, большую часть жизни проводящему на работе, – Железнов широко улыбнулся, – собрать большую кучу красавиц к себе…

– И не отходя от места…

– Именно так – не искать по городам и весям самую-самую…

– А собрать их здесь…

– Да! Собрать здесь самых красивых женщин России. И прямо в рабочее время…

– Выбрать лучшую из них. И предложить ей…

– Не-е, Александр Борисович. Насчет предложить, это уж вы махнули… Рокотов вновь рассмеялся.

– Саша, подумайте, раз вы автор, вам обязательно нужно участвовать в проекте.

– В качестве кого? – Железнов был совершенно не готов к подобному предложению.

– Придумайте. Вы же человек с большой фантазией, как оказалось.

– Скорее, с жизненным опытом.

– Вот и придумайте себе должность. Во всяком случае, креативную часть проекта я поручаю вам. Удачи вам, Саша, – Рокотов протянул руку.

– Служу

целевой аудитории! – Железнов по-военному щелкнул каблуками и шутливо-демонстративно кивнул головой (типа «Всегда!»).

Внутренне улыбаясь, Железнов наконец-то выбрался в холл.

По периметру всего огромного холла располагались очень удобные глубокие кресла и диваны вокруг небольших столиков, украшенные фирменными пепельницами.

Железнов окинул взглядом холл и, оценив, что плотность «местного населения» достаточно высока на периферии (на диванах), а центр, где стояли высокие фуршетные столики – практически пуст, направил свои стопы в центр холла, равноудалено от всех присутствующих, где можно было вдали от шума и гама, царившего в зале, не спеша ощутить букет хорошего красного испанского.

*** (1)(1) Маша

Гостиница «Рэдиссон Славянская»

За 12 месяцев до выхода в эфир финальной игры «Она мне нравится»

Закурив и сделав пару глотков, как выяснилось, прекрасного вина, Железнов осмотрелся.

Ага, всё как и всегда: представители производящих программы и сериалы компаний крутятся вокруг программного департамента – цены растут; «продажники» – рядом с рекламными агентствами; пиарщики – с журналистами. Кто-то отдыхает, а кто-то работает. Всё – по-честному.

А это что за персонаж? На диване, откинув в сторону руку с телефоном, восседала (нога на ногу) очень ухоженная, тридцати трех – тридцати пяти лет женщина с тонкими чертами лица. «Лицо не очень красивое, но волосы – шедевр», – мелькнуло в голове у Железнова – у нее была шикарная рыжая грива. «И лицо – холодное и властное. Типичная стерва. Проверим?» Чувствуя, что сегодня ему настроение не испортит никто и ничто, Железнов затушил сигарету и, прихватив бокал, направился к незнакомке.

– Вы не из дворян?

– А что, налицо признаки вырождения?

«Стерва… Но, реакция какова! Моментальная. Оценка – «отлично». И голос, голос – просто обворожительный, низкий, с легкими элементами хрипотцы.

– Не хотелось бы быть невежливой, но вам что, места мало? – рыжая подняла глаза, которые оказались голубыми.

«Не классика, по классике у рыжей стервы глаза должны быть зелеными».

– Меня зовут Саша, а вас?

Женщина как-то удивленно усмехнулась.

– Мария Николаевна, – и, после паузы, – Александр.

– Значит, Маша. Маша – звучит красивее и теплее. Но вам оно как-то не идет. вам больше подошло бы – Маргарита, у вас твердый, я бы даже сказал – жесткий взгляд.

– Вы со мной знакомитесь или как?

– Знакомлюсь. А что, незаметно?

– Чересчур. Вы считаете это нормальным? Вот так подойти к незнакомой женщине и сходу дать оценку взаимосвязи ее имени и характера?

– Ну, во-первых, только к незнакомым женщинам и подходят для того, чтобы познакомиться. А, во-вторых, видно, что вас трудно чем-либо смутить.