Непоседа Дотти
Шрифт:
Вот она взбирается по перекладине, пробегает по длинному бревну и в самом начале спуска собирается спрыгнуть на землю.
— Нет, Дотти! Рано!
Дотти касается лапой желтого квадрата.
— Хорошо, Дотти!
Первый тоннель.
— Молодец, Дотти! Хорошая девочка!
Прыжок через барьер. Качели. Подъем, плавный спуск, контрольная метка.
Змейка.
— Осторожно,
С трибуны что-то кричали, но Нил ничего не слышал. Его внимание было полностью сосредоточено на собаке: он был весь комком нервов. Однако Дотти оставалась совершенно спокойна: она играла и наслаждалась своей игрой.
Нил не слышал даже, что говорил комментатор. Интересно, набрала ли Дотти штрафные баллы? И в том ли порядке она выполняет упражнения? Он не знал. Его мысли были заняты только одним: поскорее дойти до финиша.
И вот последнее препятствие.
Дотти запрыгнула на стол и собиралась уже перескочить желтый квадрат.
— Лежать! — успел крикнуть Нил.
Дотти рухнула как подкошенная. Она затаилась, почти не двигаясь, в ожидании следующей команды.
Секунды текли ужасно медленно. Нил не дышал.
Только бы Дотти не соскочила раньше времени! Судья уже поднял руку, глядя на секундомер, чтобы дать отмашку. Оставалось несколько секунд.
Но фортуна неожиданно отвернулась…
Дотти резко подняла голову и вскочила.
— Лежать! — крикнул Нил, но собака уже не слушала его. Она спрыгнула со стола и кинулась куда-то в сторону.
— Стоять! Ко мне! — орал Нил, но Дотти была уже далеко. Одним махом она перескочила через заграждение и скрылась в толпе зрителей.
Рокот недоумения и сожаления прокатился по трибунам.
— Какая жалость! — воскликнул комментатор. — Вы только что видели, как Дотти по неизвестной причине сошла с дистанции! Перед самым финишем! Очень и очень досадно, ее результаты были весьма хорошими!
Нил бросился догонять Дотти, расталкивая толпу. Он что-то кричал, пытаясь остановить ее, но она не обращала на него внимания.
Нил не мог в это поверить. Он боялся этого больше всего. Но что вдруг на нее нашло?
Дотти неслась впереди с радостным лаем. Нил увидел издалека, как она подлетела к миловидной темноволосой женщине, которая, судя по всему, была на последнем месяце беременности, и принялась прыгать вокруг нее, норовя лизнуть в нос. Рядом с женщиной стоял средних лет мужчина. Он наклонился, чтобы обнять Дотти.
Нил еще не мог как следует разглядеть их лица, но сразу же догадался, кто это люди. Мистер Хамли и его жена. Дотти каким-то образом увидела их в толпе.
— Добрый день, сэр! Добрый день, мадам! — проговорил он, тяжело дыша. — Извините меня.
— Привет, Нил! — улыбнулся учитель. — Познакомься, это моя жена Рейчел.
Миссис Хамли протянула руку и вежливо поздоровалась с мальчиком.
— Тебе не за что извиняться, — улыбнулась она. — Я была почти уверена, что Дотти выкинет что-нибудь
— Но мы видели, как прекрасно она выступала, пока не заметила нас, — добавил Пол Хамли. — Мы не верили своим глазам, это просто фантастика!
— Да, она была великолепна! — с гордостью ответил Нил. — Признаться, я даже сам не ожидал такого результата, — тут он запнулся и опустил голову.
— Не огорчайся, — улыбнулся учитель. — Ты отлично поработал и достоин самых высоких похвал! В том, что произошло, нет твоей вины. Скорее, это мы виноваты. Но признаться, мы и подумать не могли, что так получится.
Нил снова воспрянул духом. Может быть теперь, когда они все увидели и поняли, как изменилась Дотти, они передумают ее продавать? Он поглядел на учителя с надеждой.
Дотти продолжала звонко тявкать и прыгать на грудь мистеру Хамли, толкая его своими грязными лапами.
— Фу, Дотти! Стоять! — слегка раздраженно прикрикнул он.
Дотти мгновенно приняла стойку, и застыла у его ног. Лишь подергивающийся кончик хвоста выдавал ее нетерпение.
У Хамли отвисла челюсть. Они с женой изумленно переглянулись, не зная, что и сказать.
Неизвестно, на сколько затянулась бы пауза, но как раз в этот момент к ним подошли Паркеры.
— Ты в порядке, Нил? — поинтересовался отец. — Добрый день, Пол! — и он протянул руку мистеру Хамли. — А это, я так понимаю, Рейчел. Рад познакомиться!
После того как все друг другу представились и поболтали о том о сем минут пять, было решено всем вместе где-нибудь перекусить, а заодно и обсудить кое-какие вопросы.
Пока они пили кто чай, кто кофе, Боб Паркер рассказал Хамли, как было дело: о том, как переживали его дети, что Дотти отдадут в неизвестные руки; и о том, как они во что бы то ни стало решили перевоспитать ее, чтобы вернуть домой; и о тренировках, и обо всем остальном.
— Я догадывался о чем-то таком, — усмехнулся Хамли. — Когда ты, Боб, спросил у меня разрешения на участие Дотти в соревнованиях, я сразу понял, к чему все идет. За то короткое время, что я знаю твоего сына, я успел понять, что собаки — это вся его жизнь. Я видел, с какой любовью он относится к Дотти. Не нужно быть ясновидцем, чтобы догадаться: Нил будет делать все, чтобы мы с Рейчел изменили наше решение.
Нил почувствовал, как он краснеет. «И что же?! — хотелось ему спросить. — Что же вы решили?!» Но это было бы невежливым. Чтобы скрыть смущение, он наклонился и стал гладить Дотти. Ему не терпелось услышать, что еще скажет мистер Хамли.
— Мы с Рейчел очень рады, что Дотти стала такой послушной. Это даже выше наших ожиданий! Но, к сожалению, мы не можем изменить своего решения. Как ни жаль нам расстаться с Дотти, но увы, ничего не поделаешь! Я уже договорился со своим другом Робертом, — завтра он приедет, чтобы забрать ее к себе в Лондон. Я попрошу вас принять его и рассказать, как лучше ухаживать за Дотти.