Непоседа
Шрифт:
– Я читал в летописи, что Маркель Разумный остановил войска вблизи Дахриана и заключил мир только по своей доброте и нелюбви к кровопролитию! – ахнул Трикс.
Дракон только фыркнул.
– А третий раз? – спросил Трикс.
– А он случится после того, как Алхазаб придет к власти, – сказал Элин. – Мы все отправимся воевать. У нас другого выхода нет, долг чести, сам понимаешь. Мы вас всех пожжем, а вы нас всех убьете. И останется только Алхазаб со своей армией.
– Так надо что-то делать! – воскликнул Трикс. Ему очень ярко представилась жуткая картина – тысячи драконов,
– Конечно, надо! – поддержал его Элин. – Вот потому я и решил позвать на помощь Щавеля. Ну, не получилось со Щавелем – получилось с тобой. Тебе и придется что-то придумать.
2
Тягостнее всего было лететь последний день. Они мчались над пустыней, широкие крылья дракона ритмично молотили воздух. Трикс, конечно, уже не прятался в мягкой шерсти под чешуей – он сидел на спине Элина и наслаждался теплым воздухом, бьющим в лицо. Впрочем, солнце грело уж слишком тепло, на голову пришлось нахлобучить капюшон мантии.
– Далеко еще? – разглядывая проплывающие под ними белые руины, затерянные в дюнах желтого песка, спрашивал Трикс.
– Я же тебе говорил – недалеко!
На некоторое время Трикс умолкал, но после очередной дюны или очередной одинокой руинки не выдерживал и спрашивал:
– А теперь?
– Ближе!
– Почему здесь так пустынно, Элин?
– Потому что это пустыня!
– Как же здесь жить?
– А здесь и не живут. По пустыни ходят – от оазиса к оазису.
Трикс вздохнул. В его представлении Самаршан был страной жаркой, но при этом зеленой, заросшей таинственными густыми лесами. Пустыни представлялись ему чем-то вроде полянок в лесу, только покрытых не травой, а песком. На самом же деле пустыня оказалась похожей на море. Море сухого горячего песка, с барханами – волнами, с редкими островками-оазисами и древними руинами – останками забытых кораблекрушений...
– Тебе не нравится Самаршан, – не спросил, а заявил дракон.
– Не очень! Я люблю, когда деревья. Когда речки, трава...
Трикс сказал это и загрустил. Приключения – это хорошо, и когда тепло – тоже здорово. Но пустыня навевала на него тоску.
– Не переживай, – сказал дракон, помедлив. – Здесь не так уж и плохо. Ты не видел, как пустыня оживает весной. Как вечером, на закате, поют дюны. Как по утрам солнце красит барханы в розовый цвет. Как по ночам, когда налетает холодный ветер, выбегают из нор зверьки, двигаются в путь караваны, устраивают свои набеги разбойники...
Трикс немного приободрился.
– Видишь впереди темное пятно? – спросил дракон.
– Да.
– Это Три Колодца. Оазис, где тысячу лет живет моя семья... – дракон неожиданно вздохнул. – Ох... что сейчас будет...
– Что? – насторожился Трикс.
– Да ты не волнуйся... тебе-то что... Проблемы мои. Я отправился за волшебником без разрешения. Это была исключительно моя инициатива.
Что-то в интонациях
– Я же тебе говорила, драконы вечно недоговаривают! – шепнула из-под воротника Аннет. – Поверь моему чутью – нас ждут большие неожиданности!
Трикс покрепче сжал в руках магический посох и приготовился встретить любые неожиданности во всеоружии.
И неожиданности не заставили себя ждать. От темного пятна оазиса взмыли вверх и стали стремительно приближаться навстречу Элину два дракона, один оранжевый – как и Элин, а другой зеленовато-желтый. Драконы были огромные, раза в два длиннее Элина, и выглядели очень угрожающе!
– Как ты нас напугал! – проревел оранжевый дракон, закладывая вираж и пристраиваясь к Элину с правого бока.
Зелено-желтый дракон пристроился к Элину слева и со всхлипом произнес:
– Никогда больше так не делай! Запомни, малыш, никогда!
Трикс отчетливо понял, что именно происходит. И ему крайне не понравилось это понимание.
– Я принес мага! Смотрите, это маг! Великий волшебник! – отчаянно прокричал Элин. – Это ученик Радиона Щавеля, должного нам по законам чести! И я привел его на помощь!
Две здоровенные головы (у Трикса появилось неприятное ощущение, что эти драконы могли бы проглотить его даже не разжевывая) вытянулись к Триксу. Внимательно изучили. Потом оранжевый дракон заявил:
– Это детеныш, Элин. Даже лучшие людские волшебники слабы, а детеныш вообще ни на что не годится.
– Ну, он не совсем уж детеныш, – рассудительно добавил зелено-желтый дракон. – Полагаю, ровесник нашего дурачка. Но это дела не меняет.
– Ты попал, братец, – рассудил огромный оранжевый дракон и быстро помчался к оазису. Зелено-желтый с криком: – Нет, я расскажу! – рванулся следом.
– Элин! – завопил Трикс. – Элин Абулла Мумрик! Заклинаю тебя твоим истинным именем – ответь, сколько тебе лет?
– Сто пятьдесят! – крикнул дракон и в его голосе послышалось что-то похожее на слезы.
– А по человеческим меркам это сколько?
– Пятнадцать!
– Врет! – пискнула Аннет. – Врет и не краснеет! По человеческим ему и десяти не будет. Я же говорила – обманет!
– Я ни в чем не обманул! – оправдывался Элин, снижаясь. – Вы же не спрашивали, сколько мне лет! И какая разница? Какая разница, в конце концов?
Но Трикс его уже не слушал. Он в ужасе смотрел на оазис.
Три Колодца представлял из себя маленькое озерцо, окруженное тремя скалами. С каждой скалы сочились в озеро родники. Озеро и скалы кольцом окружали пальмы и еще какие-то незнакомые южные деревья – некоторые темно-зеленые, некоторые белесые, будто пухом покрытые, некоторые цветущие. Это было даже красиво.
Но вот что точно не показалось Триксу красивым – так это два дракона, стоящие на берегу озера. Один был оранжевый, и если бы какой-то герой сумел его измерить – он бы точно оказался длиннее полусотни метров. Второй, желтоватый, был чуть поменьше, но поплотнее, покряжистее. Драконы смотрели на Элина очень неодобрительно. А вокруг суетились, подпрыгивая, два встретивших их дракончика.