Неправда
Шрифт:
– Да ну тебя!
– махнула она рукой и опять серебристо, словно лесной колокольчик, засмеялась.
– Чаю еще налить?
– Давай. Жажда пока так и не проходит.
– Лешка понимал, что она ему не поверит, а потому не особо и расстроился. Вот иконку... Иконку было очень жаль!
– Хорошо, ты пей пока, а мне выйти надо, сейчас станция будет. Вряд ли кто-то сядет, но так положено.
– Какая станция?
– Шахунья. До Кирова пять часов осталось. Стоянка семь минут, но тебя она не касается.
–
– спросил Лешка, когда Настя принесла ему стакан с кипятком, а также пакетики сахара и чая.
– Спит. Вчера ее смена была. Ты завари себе сам, хорошо? А я побежала! Да вот еще что, я тебя закрою все таки, извини.
– Да ладно.
– Ответил Лешка, помешивая сахар в горячущем стакане.
– Я бы вообще на твоем месте не открывал бы меня до самого Кирова.
– Угу, чтоб ты все обгадил тут за двое суток без утки? Пей давай!
– воскликнула девушка.
– Настена, а ты очень красивая.
– Неожиданно сказал Лешка, грустно глядя на милую девчонку.
– В другом месте и в другое время я бы за тобой приударил.
Она сначала опешила, а потом звонко рассмеялась:
– В другом месте и в другое время я бы на тебя и не посмотрела бы! Умойся сначала!
– А потом она захлопнула дверь, скрипнула ключом и умчалась в рабочий тамбур.
"Ну-ну!" - одернул себя Лешка.
– "Ты еще влюбись! Этого тебе еще не хватало!"
"А хорошую идею ты мне подсказал!" - возник внезапно ехидный голос в голове.
Лешка зажмурился от отчаяния. Началось! И только бы Настю он не тронул!
– Какую еще идею?
– сказал он в пустоту.
– Насчет влюбиться?
"Насчет чая!" - ехидно произнес Володя-Белиал, а это бы несомненно он. Кто ж еще?
Правая рука, все еще размешивающая сахар, вдруг уронила ложку на стол. По ее мышцам пробежали знакомые судороги и Лешка перестал ее чувствовать. Она сама по себе поднялась, обхватила стакан и медленно понесла его к лицу. Боли от горячего стекла студент не чувствовал, только заныли опять плечевые мышцы.
"Сейчас я тебя красавцем сделаю!" - раздался колоколом шепот в голове. "Все хирурги твои будут!"
Леша понял, что собирается сделать Белиал. Студент напрягся изо всех сил, чтобы остановить свою же руку, но это было бесполезно - стакан с кипятком все ближе приближался к лицу.
И только сейчас вспомнил он совет Митрича - "Молись!" Но слова той простой, совсем коротенькой молитвы совсем вылетели из головы.
"Господи, Боже мой!" - взмолился тогда Лешка своими словами.
– "Помоги мне, пожалуйста, если Ты есть, не оставь меня! Ну, пожалуйста! На Тебя одна надежда!"
"Бесполезно".
– Ответил ему уверенный в своей силе Белиал.
– "Ты
После этого бес остановил руку и начал медленно-медленно лить кипяток на правую ногу Лешки.
Дикая, кошмарная боль с такой силой пронзила Лешкины нервы, что он заорал и выгнулся дугой. Заставляя себя не кричать, он прокусил губу и кровь медленно закапала на одежду. Когда стакан опустел, Белиал выпустил его из руки и мелкие осколки звонко разлетелись по всему купе.
Правая нога жутко, пульсирующее нарывала от середины бедра до кончиков пальцев. А левую била непрекращающаяся, холодная дрожь.
"Нравится?" - прошипел Белиал. Несмотря на боль Лешка каким-то шестым чувством почувствовал легкое разочарование в его голосе - "Помаши папе ручкой". Сквозь слезы Лешка разглядел черную тень, отражающуюся в дверном зеркале.
Тогда студент встал и замахнулся послушной рукой на зеркало. Но тут открылась дверь, и вместо непроницаемой тьмы Белиала, перед ним возникла Настя.
При виде окровавленного лица Лешки она испугалась, но быстро взяла себя в руки и спокойно, как будто сталкивалась с этим каждый день, сказала:
– Началось? Сейчас укол сделаю!
– И вихрем исчезла в служебное купе.
Правая - чужая!
– рука немедленно выхватила из замочной скважины так неосмотрительно оставленные проводницей ключи и захлопнула дверь, закрыв ее на все возможные защелки и цепочки. И вновь перед студентом возник в зеркале расплывчатый облик беса.
И тут тело окончательно перестало слушаться Лешки, хотя сознания на этот раз он не терял.
Оно медленно и деревянно повернулось, сделало пару шагов на негнущихся ногах и подошло к окну.
Затем его руки обхватили горизонтальную деревянную ручку и с такой силой дернули вниз, что Лешка услышал жалобный скрип своих сухожилий и треск суставов. Окно распахнулось, поезд оказывается уже набирал ход, проезжая последние домики станции.
Тело же шагнуло на стол, затем вцепившись до белизны в костяшках стало вылазить в черную дыру распахнутого окна.
В этот момент задергалась ручка двери и голос Насти глухо закричал: "Открой, открой же немедленно!"
Но Лешка уже висел на руках за окном. Бешеный ветер бил по лицу, стараясь высушить его глаза, свистели пролетающие мимо столбы, и гул проводов над крышей вагона надсадно ввинчивался в уши студента.
"Теперь я буду тебя убивать! Медленно-медленно! Вот только поезд скорость наберет, я тебя и сброшу!" - беспощадно шипел голос Белиала.
"Господи!" - вновь взмолился Лешка. "Ты Господь мой, ты Бог, а значит все можешь. Ты един, а значит, Ты сильнее всех, Ты можешь все! Спаси меня!"