Неравный брак
Шрифт:
— А вы не могли бы немного прогуляться со мной? Если у лорда Редланда свои планы? — поинтересовалась Джейн. Девушка с явным недоумением взглянула на нее. — Я имею в виду, не могли бы вы показать мне, где именно находится цветочная оранжерея?
— Боже правый, мисс, это означало бы немедленное увольнение со службы!
— Только за то, что вы со мной прогуляетесь?!
— Нет, я могу, конечно, прогуляться на свежем воздухе. Но только не в сторону оранжереи и вообще не там, где меня могли бы видеть. Так что благодарю покорно!
— Где вас могли бы видеть — кто?
— Ну, в первую очередь ее светлость, мисс.
— Но это какая-то архаика! Никогда не слышала ничего подобного! И вам самой, что же, это кажется нормальным?!
— Тут всегда были такие порядки.
Джейн не нашлась что сказать. Все-таки эта девушка живет совершенно в ином мире, не похожем на мир лондонских больниц.
— Да, мисс, сегодня будет праздничный ужин. Не помочь ли вам уложить волосы?
— Уложить волосы?! — Джейн машинально провела рукой по голове. — А что вы можете предложить?
— Ну, я бы предложила взбить их, сделать что-то вроде большого шиньона. У вас такие длинные, такие красивые волосы.
— Вы так считаете? Впрочем, делайте все, что угодно. Главное, чтобы новая прическа не причиняла мне неудобств. — Джейн улыбнулась. — А остальное — на ваш вкус.
— Договорились, мисс. Поверьте, все будет в лучшем виде. Обещаю вам. Вообще-то я с удовольствием работала бы прислугой у кого-нибудь одного. А так у меня практически нет возможности поупражняться. Гостьи обычно приезжают со своими служанками. Кстати, мисс, не забудьте про ванну: вода остынет.
Вернувшись в комнату после ванны, Джейн не могла удержаться от улыбки: Мэй не только убрала постель, но и вообще навела полный порядок, все сложила, а постельное белье так и вовсе унесла. Одевшись, Джейн по совету Мэй спустилась в столовую к завтраку.
К ее радости, столовая оказалась пуста. Оставив без внимания ряды аккуратных серебряных кастрюль, в которых было все что душе угодно — от вареных яиц до копченой рыбы и яично-лукового салата, Джейн налила себе кофе. Рядом на столике лежали свежие газеты. Конечно, хорошо просмотреть прессу, однако Джейн не рискнула разворошить стопку.
Открылась дверь, и в столовую бесшумно вошел Бэнкс. Еще вчера вечером она обратила внимание, что дворецкий не ходит, а как-то скользит по полу, словно на роликах.
— Доброе утро, мисс Рид.
— Доброе утро, мистер Бэнкс.
Дворецкий одарил ее своей редкой улыбкой, правда, не преминув заметить, что тарелка ее пуста.
— Вам ничего более не нужно, мисс? Может, принести еще чего-нибудь? — В голосе его слышалась некоторая озабоченность.
— О нет, благодарю вас, мистер Бэнкс. Великолепный кофе, — поспешила добавить она, чтобы, не дай Бог, дворецкий не почувствовал себя оскорбленным. Поднявшись из-за стола, она в нерешительности перевела взгляд с одной двери на другую. Заметив ее замешательство, Бэнкс распахнул одну из них.
— Я предложил бы вам пройти в Длинную Галерею, в это время там особенно хорошо.
— Длинная Галерея? А как туда пройти? — улыбнувшись, поинтересовалась Джейн.
— Позвольте, я вас провожу. — Дворецкий молча повел ее по длинным коридорам. Наконец они остановились перед двойными дверями. Бэнкс, чуть рисуясь, объявил:
— Вот это, мисс Рид, и есть Длинная Галерея.
Джейн от
— Надо же, как восхитительно! — невольно вырвалось у нее. При этом Джейн даже захлопала в ладоши.
— Да, эта зала имеет 116 футов в длину, мисс. Зимой окна занавешивают шторами, а летом их всегда снимают.
— Понимаю, мистер Бэнкс, понимаю… Такое чувство, что тут господствует не дерево и побелка, а кристально чистый свет.
— Именно. — Дворецкий явно питал тайную симпатию к Галерее. — Обратите внимание на потолок, мисс. — Она задрала голову и увидела, что он был украшен искусной, хотя и несколько тяжеловесной лепниной. — Сюда специально приезжали итальянские специалисты по лепным потолкам, и не один год. Если бы вы, мисс, подошли к окну и взглянули на противоположную сторону, то наверняка заметили бы, что каждая панель украшена сценой из Библии. Вот тут, скажем, Адам, Ева и Змий.
— Эта зала используется для танцев, мистер Бэнкс?
— Время от времени. Вообще-то она была задумана как помещение, где все дамы, живущие в доме, могли бы прогуливаться в пасмурную погоду. — Где-то в глубине особняка зазвонил телефон. Извинившись, Бэнкс неохотно оставил девушку.
Длинная Галерея, по всей видимости, служила чем-то вроде настоящего музея. Тут стояли изящные ларцы с иероглифами. В одном из них Джейн обнаружила расшитые перчатки и носки с тиснением, что эти вещи принадлежали королеве Виктории и Елизавете I. «Какие же странные люди эти самые королевы, — подумала Джейн. — Сколько особняков они посетили за всю свою жизнь и в каждом доме старались оставить хоть что-то на память. Интересно, они что же, забывали эти вещи? Или специально дарили хозяевам?» Внимание девушки также привлекли большие фарфоровые часы: ее так и подмывало подойти и повернуть ключ заводного механизма. Не будучи в состоянии справиться с этим искушением, Джейн повернула ключ, и тотчас же кукла подняла свою крошечную руку и провела по клавиатуре крошечного пианино: зала наполнилась звуками механической мелодии.
У кого-то из прежних владельцев особняка была явная страсть к коллекционированию различного рода часов, у кого-то — ко всему африканскому. Красовался тут и индийский ларец, на крышке которого драгоценными камнями были выложены скрещенные сабли, а в центре из пластинок слоновой кости собран миниатюрный Тадж-Махал. Немало здесь хранилось и разного оружия: пики, ножи, дротики… Все безделицы отличались отменными формами и неоспоримым изяществом.
Наконец Джейн добралась до самого дальнего конца залы и уселась перед нешироким окном на вышитую подушечку. Отсюда открывался прекрасный вид на всю Галерею. Джейн без труда представила, как тут прогуливаются нарядно одетые дамы в длинных платьях, смеясь, сплетничая и деланно восхищаясь собачками. Тут же крутятся неугомонные дети, забавляясь на скользком паркете.