Несущие грозу
Шрифт:
Меня насторожила его речь. Он говорил и вел себя не так, как это делают наемники южноамериканских наркотических баронов. Даже пистолет был неподходящий. Мне казалось, они обычно пользуются большими и шумными пушками, как минимум, тридцать пятого калибра. Я опять потрогал свой затылок, сморщился от боли и сказал:
– Конечно, я счастлив, что никто серьезно не пострадал. Но почему вы просто не постучали в дверь и не объяснили, что вам нужно? Мы бы прекрасно договорились.
– Конечно. Сядьте туда.
Я встал и, с трудом протащившись несколько футов, осторожно сел в указанное
– Белинда, приведи ее.
Дверь между номерами открылась, и Руфь вошла, сопровождаемая пухленькой миссис Акерман. У нее в руке был пятизарядный дамский Смит-и-Вессон тридцать восьмого калибра с накладками на рукоятке из красного дерева. Руфь, похоже, не пострадала никак. Но видно было, что она вне себя от ярости.
– Мэтт, она ворвалась ко мне и начала размахивать у меня перед носом своим дурацким пистолетиком, а потом открыла дверь в коридор этому придурку, который сразу же начал щупать меня. Мэтт, ты ранен? Что этим ублюдкам нужно? Она облапала меня всю, когда что-то искала, черт бы ее побрал! Что им нужно?
– Небольшой ущерб моему черепку, - сказал я Руфи.
– И очень большой - моей гордости. Садись, дорогая. Я уверен, этот приятный джентльмен все нам объяснит.
– Да, миссис Штейнер, пожалуйста, сядьте. Белинда, смотри в оба за ними.
Акерман опустил пистолет и сказал мне:
– Миссис Акерман - отличный стрелок, поэтому я надеюсь, мистер Хелм, вы не будете строить планов, как бы поменяться с нами местами.
Я сказал:
– У меня нет никаких планов на настоящий момент.
Я посмотрел на Белинду Акерман.
– Вы меня очень обидели. Вы мне всегда так мило улыбались. Я думал, что я вам нравлюсь. Она засмеялась.
– Конечно, нравишься, дорогой, конечно! Но так редко получается совмещать приятное с полезным.
Акерман подошел к двери и, приказав кому-то поторопиться, сам занял свой пост у двери возле нас. В дверях появилась знакомая фигура. Я встречал этого парня только раз, но хорошо его запомнил. Дэнис Мортон - молодой герой, которому старики до сих пор читают нотации.
Акерман оглянулся.
– Ты закончил?
Дэнис Мортон сказал:
– Я сделал все, что мог, но у нее не очень мощный компьютер, сэр.
По тому, как он посмотрел на меня, я понял, что он не забыл ни меня, ни нашу последнюю встречу.
Акерман спросил:
– Мортон, что ты там нашел?
– У нее маленький переносный компьютер со встроенным жестким диском. У него очень большой объем, и он может работать с достаточно серьезными программами. У нее стоит какая-то шифровальная программа, люди в Вашингтоне безусловно ее сломают, но я пока не могу. Есть отдельный дисковод, она может копировать материалы на дискеты. У нее есть две коробки с пустыми дискетами, а в косметичке я нашел две дискеты, которые, если верить наклейкам, являются копиями потерянного оригинала и включают главы с 27 по 34 книги мистера Штейнера. Я пытался прочитать дискету, но мне нужен код.
Акерман нахмурился.
– Ты сказал, оригинал потерян? Ты обыскал все?
– Да, сэр! А Белинда обыскала миссис Штейнер. Но на ней ничего нет.
Акерман сказал:
– Вот
– Да, сэр!
Когда Мортон ушел в комнату к Руфи, Акерман посмотрел на меня и сказал:
– Ну, мистер Хелм! По вашему лицу видно, что вы начинаете понимать, что происходит. Вы знаете, кто я такой?
– Вы, наверное, босс этого милого паренька, который только что вышел, мы однажды с ним мило побеседовали в Санта-Фе. Кстати, скажите ему, что нехорошо брать чужое. А его старший офицер, я думаю, должен понимать, что не стоит ссориться со старыми опытными людьми, у которых больше влияния.
Я пытался вызвать реакцию, которую и получил. Этот степенный седовласый человек подошел ко мне и влепил мне пощечину. Потом он отступил назад и уставился на меня.
– У этого старого козла больше влияния? Я организовал это все. Васкес мой. Я несколько лет вел это дело. У него нет никаких прав...
Он осекся, тяжело дыша, не осознавая, как круто он изменил ситуацию. Секунду назад мы были в какой-то мере коллегами и работали над одним и тем же - Грегорио Васкесом. И у нас был один хозяин - дядя Сэм. То, что Акерман обманул меня, чтобы завладеть ситуацией, было вполне простительно в нашем кругу. Я на него даже не обижался. Но пощечина, которую он мне отвесил в гневе, была совсем другое дело. Такое не позволяется. Это значило, что только что он сам открыл охотничий сезон на себя. И на этот счет я больше не волновался. Я потрогал ладонью щеку и сказал:
– Вряд ли Акерман - ваше настоящее имя, и вряд ли Белинда - ваша жена.
Этот седовласый мужчина сказал:
– Назовем это партнерством по работе, так же, как и у вас с миссис Штейнер. А имя Акерман ничуть не хуже, чем любое другое.
Секунду он говорил спокойно, но потом снова начал кричать:
– Этот старый паук, сидя в своем вонючем офисе, посылает своих людей на убийство, так же, как и Старый Горец.
Руфь сказала:
– Вы и ваши люди заботились о нас только потому, что думали заполучить эту книгу и что она даст ответ на ваши проблемы с наркотиками. Мне наплевать на ваши дурацкие проблемы, я хочу, чтобы убийцы Марка были найдены и наказаны, и поэтому я обратилась в организацию, где люди могут мне помочь. Я - вдова, мой муж мертв, а ваш мальчик Дэнис только и может думать, что об этой дурацкой рукописи. Я думаю, он просто выполняет ваши инструкции, но скорее в джунглях будут снеговые заносы, чем вы получите эту книгу, мистер Роджер Акерман.
Акерман шагнул к ней и влепил ей пощечину.
Глава 17
Мне всегда было интересно, как эти ребята ухитряются жить так долго. Нормальная человеческая реакция на пощечину, по крайней мере, это моя человеческая реакция, провести ему если не вскрытие, то хотя бы ампутацию руки.
– Белинда, смотри за ней!
– рявкнул Акерман, отступая назад.
Но Руфь не пыталась броситься на него. Она потрогала губы, увидела кровь, достала платок и прижала его к разбитой губе.