Несущий Ночь

Макнилл Грэм

Разум Несущего Ночь прикоснулся к мозгу Космодесантника с яростью, от которой некогда гасли звезды, и Уриэль впустил её, почувствовав, как чудовищное неистовство Несущего Ночь пронзает все его тело, ощущая, как эта ярость придаёт ему силы.

Ненависть Уриэля к этому существу слилась с его яростью, и он использовал возникшую вследствие этого силу, употребив её всю, чтобы извлечь металлический крест из плиты.

Крест зазвенел по полу усыпальницы, и Несущий Ночь зарычал в невыразимом бешенстве, когда была прервана связь с его убивающим звезды кораблём. Этот корабль

вновь был отброшен в призрачные, нематериальные глубины варпа. Схватив блистающий металл, Уриэль отполз назад. Он вцепился в свой гранатный раздатчик, в то время как Пазаниус прыгнул на Несущего Ночь.

Небрежное движение лапы с кошмарными когтями и Пазаниус растянулся на полу, но атака сержанта-ветерана дала Уриэлю тот шанс, в котором он так нуждался. Когда Несущий Ночь ринулся к нему, Уриэль поднял вверх сияющий крест с прикреплённой к нему гранатой.

Уриэль сомневался, что Несущий Ночь имел какое-нибудь представление о том, что такое мелта-граната, но он поймёт, что эта граната способна сделать.

Существо поднялось во весь свой рост, широко растопырив чудовищные лапы, его жёлтые глаза уставились на Уриэля.

Уриэль расхохотался в лицо монстру, ощущая, как кошмарная сила чужака давит на его череп. Видения смерти бурлили в его сознании, но это не ужасало воина Императора. Он почувствовал, что существо оцепенело. Значит, одержать над ним победу было в силах Ультрамаринов.

Вокруг тела кошмарного существа вновь закружилась тьма, но Уриэль безжалостно протянул свободную руку к руне взрывателя. Несмотря на боль и мучительные видения, он улыбался.

— Ты быстрый, — прошептал Уриэль, — но не настолько.

Несущий Ночь навис над капитаном Ультрамаринов, сгибая когтистые пальцы в такт рокочущему биению своего сердца. Уриэль ощущал, как сила и ярость монстра физически сжимаются вокруг него, но он также почувствовал и кое-что ещё.

Тревогу? Сомнение?

Та связь, которую установил между ними Несущий Ночь, дала Уриэлю возможность немного — самую малость — понять это совершенно чуждое существо, и он внезапно осознал, что, несмотря на ту бойню, которую оно устроило, это была лишь ничтожная часть его подлинного могущества. Оно всё ещё было очень слабым и нуждалось в питании. Капитан понял, что каждая проходящая секунда вливала в тело Несущего Ночь свежие силы, а силы он черпал в жизненной энергии, которой изобиловало это место.

У него есть возможность одолеть чужака. Он понял это и спокойным голосом произнёс:

— Это место наполнено взрывоопасными газами, и, если я взорву это устройство, ты окажешься похороненным под десятикилометровой толщей камня. Я не знаю ни кто ты, ни откуда пришёл, но одно я знаю точно: ты ещё недостаточно силён, чтобы пережить это. Ты можешь представить себе ещё шестьдесят миллионов лет в ловушке под поверхностью этого мира, без ничего, что поддерживало бы тебя? Ты будешь уничтожен. Ты этого хочешь? Если ты можешь проникать в разум людей, знай это. Я уничтожу нас всех, прежде чем позволю тебе заполучить корабль.

Давление на разум Уриэля усилилось, и он ослабил мысленный барьер, позволяя твари увидеть

свою непоколебимую решимость. Когти чудовища скребли воздух, тьма вращалась вокруг смутно угадываемого тела, а ярость его сотрясала залу. Стены покрылись трещинами, сквозь которые сыпался красный песок Павониса.

Уриэль смотрел, как покров тьмы вихрем закрутился вокруг тела Несущего Ночь, взметнувшись вверх и над ним, словно тёмный кокон, собирая по зале и втягивая в свою свирепую орбиту вдребезги разбитые останки его стражей.

В последний раз Уриэль увидел Несущего Ночь, и жёлтые глаза поглотила расползающаяся тьма его призрачного савана. Зала наполнилась чудовищным шипением, чёрный вихрь рванулся вверх, ударив в золотую верхушку потолка и расколотив её на тысячу кусков.

Затем он исчез.

Уриэль опустил руку, его разум был ясен, как погожий летний день, — гнетущая тяжесть чудовищного разума Несущего Ночь исчезла. Ультрамарин улыбнулся, хотя видеть искромсанные тела своих боевых братьев ему было совсем не весело, но первозданная чистота и прозрачность его разума, освобождённого от кошмарных видений, была столь прекрасна, что светлая улыбка невольно озарила лицо Ультрамарина.

Уриэль Вентрис опустил крест, поверхность которого теперь была холодной и безжизненной, и пополз к Арио Барзано, который неподвижно лежал в большой луже крови. Встав на колени перед инквизитором, Уриэль взял его за руку в поисках пульса и чуть не засмеялся от облегчения, почувствовав его слабое биение.

— Приведите апотекария Селенуса!

Веки Барзано затрепетали, глаза открылись, и он улыбнулся — его обострённые чувства также были свободны от видений Несущего Ночь.

— Он исчез? — сквозь раздирающие его лёгкие кашель спросил инквизитор.

Уриэль кивнул:

— Да, он исчез. Ты удерживал его столько, сколько нужно.

— Нет, Уриэль, я лишь указал способ. Ты одержал над ним победу. — Барзано содрогнулся — жизнь покидала его тело. — Вы здорово все сделали, я горжусь всеми вами. Вы…

Инквизитор зашёлся в новом приступе кашля, и его тело содрогнулось, кровь брызнула из раны с новой силой.

— Апотекарий! — вновь крикнул Уриэль.

— Губернатор… — выдохнул Барзано сквозь стиснутые зубы. — Присмотри за ней, она доверяет тебе. Она послушает тебя… Другие тоже… Ей понадобятся твои советы и поддержка. Сделаешь это для меня, Уриэль?

— Ты же знаешь, я всё сделаю, Арио.

Инквизитор Барзано кивнул, медленно закрыл глаза и умер на руках Уриэля.

Забрав с собой тела павших боевых братьев, Ультрамарины покинули усыпальницу Несущего Ночь. Кроме них единственным выжившим в этой бойне был Вендаре Талун, вовремя потерявший сознание. Только это спасло его от безумия, в которое повергли бы его видения Несущего Ночь. Уриэль лично отконвоировал предателя к подъёмнику. Но сила, в общем, и не понадобилась — Талун был совершенно разбит. Как это ни раздражало Космического Десантника, ему пришлось протянуть предателю респиратор, чтобы тот не отдал концы, наглотавшись газов и избежав таким образом справедливого наказания за свои гнусные деяния.