Несущий Ночь

Макнилл Грэм

Мятежники из ПСС, окружённые войсками картеля Шонаи, сейчас препровождались на только что прибывший специальный корабль для преступников, направляющийся в военные зоны Сегментум Обскурус.

Будущее Павониса было обеспечено, но планета больше не будет автономно управляться картелями. Правительственная система Павониса была признана несовершенной, и теперь он будет находиться под бдительным присмотром Администратума.

Уриэль понимал разочарование

Шонаи. Она прошла через худшее испытание в своей жизни, и теперь, когда ей удалось одержать окончательную победу, она лишилась всего.

— Я собиралась прийти сюда раньше, — объяснила Шонаи, глядя на могилу, — но не была уверена в том, что я почувствую что-нибудь.

— Почему?

— Тем, что мой мир выжил, я обязана вам и Арио, но, если бы всё сложилось по-другому, он уничтожил бы Павонис и убил все, чем я дорожу.

— Да, но он этого не сделал. Он отдал свою жизнь, защищая вас и ваш мир. Помните его за это.

— Да. Поэтому я пришла сюда сегодня. Я чту его память и сделаю так, чтобы его, как героя Павониса, запомнили на моей планете навсегда.

— Думаю, ему бы это понравилось, — усмехнулся Уриэль. — Это потешило бы его тщеславие. А оно у него, если вы помните, было велико.

Улыбнувшись, Шонаи потянулась, чтобы поцеловать Уриэля в щеку:

— Благодарю вас, Уриэль, за всё, что вы сделали для Павониса. И для меня.

Уриэль кивнул, польщённый столь тёплыми словами губернатора. Заметив серьёзное выражение на её лице, он спросил:

— Чем вы займётесь, когда подойдёт к концу ваше время в должности губернатора?

— Пока я не думала об этом, Уриэль. Наверное, чем-нибудь спокойным, — засмеялась она, вставая и протягивая руку Вентрису.

Капитан тоже поднялся со скамьи и принял протянутую ему руку. Тонкие пальцы Шонаи утонули в его ладони.

— Прощайте, Уриэль. Желаю вам всего хорошего.

— Благодарю вас, губернатор Шонаи. Да пребудет с вами Император!

Микола Шонаи улыбнулась и ушла, исчезнув в разбитом здании дворца.

Оставшись один перед могилой Барзано, капитан Вентрис резко встал по стойке «смирно». Он отдал честь могиле инквизитора и дважды ударил кулаком в нагрудную пластину.

Потом он повернулся на каблуках и зашагал к выходу из сада, где Пазаниус ожидал своего капитана, сгибая незнакомые сухожилия своей новой, механической руки. Огромный ветеран смотрел, как приближается его командир.

— Все ещё не те ощущения, — пожаловался он.

— Скоро ты привыкнешь, друг мой.

— Полагаю, что так, — проворчал Пазаниус.

— Люди готовы к отправлению? —

спросил Уриэль, меняя тему.

— Да, твои воины готовы к возвращению домой.

Уриэль улыбнулся тому, как Пазаниус бессознательно произнёс «твои воины». Положив руку на эфес энергетического меча Айдэуса, он сжал кулак над его золотым черепом.

Когда с мятежом было покончено, он обыскал поле боя возле тюремного комплекса, разыскав в конце концов сломанный меч. Он собирался отремонтировать оружие, но почему-то не сделал этого. До сих пор он не понимал почему.

Раньше это оружие было символом, материальным воплощением одобрения его назначения на должность командира Четвёртой роты капитаном Айдэусом. Но теперь, в суровом испытании битвой, Уриэль доказал свою отвагу и больше не нуждался в таком символе. Это был последний дар Айдэуса Уриэлю, и Вентрис знал, что этот меч найдёт почётное место в усыпальнице Ордена.

Командир Четвёртой роты Космических Десантников капитан Уриэль Вентрис выкует свой собственный меч — так же как он выковал в бою свою Роту.

Теперь это его Рота. Он больше не находился ни в тени Айдэуса, ни в тени своего прославленного предка, он шёл своим путём.

Капитан Ультрамаринов Уриэль Вентрис повернулся на каблуках и вместе с Пазаниусом зашагал к городским стенам, где Ультрамаринов ожидал «Громовой Ястреб».

— Пойдём, друг мой. Пора отправляться домой, — сказал Уриэль.

Эпилог

А в это время в семидесяти тысячах световых лет от Павониса звезда, известная имперским звёздным картографам как Сайкло, вошла в последнюю фазу своего существования. Это был красный гигант порядка девяноста миллионов километров в диаметре; он светил более восьмисот миллионов лет. Он мог бы гореть, наверное, на протяжении ещё пары сотен миллионов лет, если бы не огромная чёрная фигура, силуэт которой чётко вырисовывался на фоне огненной фотосферы звезды. Этот монстр, словно гигантский спрут, выкачивал из звезды остатки её колоссальной энергии.

Обычно звезда вырабатывала сверхмощную энергию, сжигая водород с гелием в ходе реакции ядерного синтеза глубоко в своих недрах, но её ядро больше было не в состоянии генерировать необходимые элементы.

Электромагнитные поля и струи плазмы образовали колышущийся ореол блистающего света, который лился со звезды пульсирующими волнами.

Поглощая его, Несущий Ночь вновь обретал силу на орбите умирающей звезды.