Неукротимое сердце
Шрифт:
Она поспешно откинула волосы за спину. Индеец проследил за ее движением. Кэндис подумала, что он никогда не видел таких волос и, возможно, размышляет о том, как бы заполучить ее скальп.
– Кто ты? – спросил он.
– Я… Кэндис Картер.
– С ранчо Картеров «Хай-Си»? – Когда Кэндис кивнула, он спросил: – Как же тебя занесло сюда?
– Я… я сбежала. Моего мужа, Вирджила Кинкейда, убили. Во время ограбления. В Аризона-Сити.
Кровь неистово пульсировала в висках от столь чудовищной лжи. Что, если за ее поимку назначена награда? Вдруг
Она бросила взгляд на индейца, невозмутимо взиравшего на нее.
– Как ты оказалась в пустыне?
– Я была потрясена. Это случилось сразу после свадьбы, – прошептала Кэндис. – Я… я вернулась в нашу комнату… и увидела его… на полу.
Она заплакала. И хотя Кэндис не собиралась пускать слезы, чтобы остановить поток вопросов, на которые у нее не было ответов, это сработало.
Он издал раздраженный возглас и отошел. Кэндис увидела, что он улегся на земле, уставившись на звезды. Она шмыгнула носом и вытерла глаза, поглядывая на индейца. К ее изумлению, он, казалось, заснул.
В небе висел бледный серп луны. Ветра не было, и тишину ночи нарушал лишь отдаленный вой койота. Индеец не шевелился, Кэндис знала, что у нее нет выбора. Нужно только подождать, пока он крепко заснет. Пошарив вокруг, она нашла камень. Сжав его в руке, Кэндис нащупала острый выступ. Хладнокровно убить человека, даже апачи…
Придерживая одной рукой одеяло, она зажала в другой камень и, крадучись, двинулась к индейцу.
Глава 5
Будь Кэндис даже в миле от него, он все равно бы услышал. Девушка не умела двигаться бесшумно. Джек от души бы повеселился, если бы то, что она задумала, не было слишком серьезно. Поэтому он ждал. Грудь его мерно вздымалась, густые ресницы отбрасывали тени.
Оказавшись в футе от его правого плеча, девушка помедлила. Дыхание с шумом вырывалось из ее груди. Она явно трусила. «И правильно», – с мрачным удовлетворением подумал Джек. Дождавшись, когда девушка придвинулась ближе, он метнулся к ней со скоростью пантеры.
Только что Кэндис сидела на четвереньках, а в следующую секунду оказалась на спине. Индеец навалился сверху, придавив ее к земле своей тяжестью, зажав запястья в громадной ладони. Их лица находились в нескольких дюймах друг от друга. Камень выпал из ее руки.
Джек смотрел в ее глаза и видел в них страх. Каким-то чудом Кэндис удалось остаться в одеяле, но оно не скрывало женственные округлости и изгибы. Колени его находились между ее ногами.
– И у тебя хватило бы совести убить человека, который спас тебе жизнь?
Девушка только всхлипнула, приоткрыв дрожащие губы. Выругавшись, Джек сжал ее запястья.
– Отвечай.
– Я не хотела.
– Ах, вот как. – Он сжал ее лицо свободной рукой, прихватив несколько сверкающих локонов. – Ты, оказывается, еще и лгунья? – Мне очень жаль.
– Мне тоже. – Сдержав безумное желание поцеловать ее, он приподнялся, опираясь на
Девушка заплакала. Джек вскочил на ноги.
– Мне что – связать тебя?
Она села, прижимая одеяло к груди. – Нет, прошу вас, не надо.
– Ладно. Но учти, я сплю вполглаза и вполуха, как все апачи. Так что не пытайся выкинуть очередную глупость.
Девушка поднялась и побрела назад к костру. Джек остановил ее, схватив за волосы.
– Нет, – тихо произнес он, указывая на то место, где лежал сам.
Ее глаза расширились. Он за волосы притянул девушку к себе и уложил на землю. Затем лег рядом, обхватив рукой ее талию, и закрыл глаза. Но сон, разумеется, не шел.
Ему придется отвезти ее домой. Джек представил себе, какой прием ей окажут, и почти пожалел девушку. Сколько будет разговоров, что ее спас полукровка. Впрочем, вместо того чтобы беспокоиться о ней, ему следует подумать о том, какой прием ждет его самого. То, что он доставит девушку в целости и сохранности, едва ли защитит его от ненависти белых. А столкновение с жаждущей крови толпой было ему не по душе.
Хотя, насколько Джек слышал, Картер слыл справедливым человеком. Несмотря на отдельные столкновения с апачами, он, кажется, понимал, что, угнав несколько голов скота, индейцы вовсе не объявляют войну – просто таков их образ жизни.
Пожалуй, можно рискнуть и доставить девушку домой.
Джек подумал о своем доме, от которого находился в двух шагах. После трех лет отсутствия он испытывал противоречивые чувства. С одной стороны, он хотел увидеть мать, брата и весь клан. Господи, как же он соскучился по ним!
С другой стороны, возвращение только разбередит ему душу. За три года Джек привык к назначенному ему судьбой пути, по которому шел один, разрываясь между двумя взрастившими его культурами.
Он оставил племя после рейда, в котором в последний раз участвовал как воин. Тогда ему исполнился двадцать один год. Отряд из двенадцати апачей отправился на юг, чтобы добыть скот; это позволило бы племени продержаться до весны. Наткнувшись на трех бычков с клеймом Пита Китчена, они тут же забили их и начали разделывать туши. Подоспевшие работники Китчена застали их на месте преступления. Завязалась схватка. Тогда Джек и убил первого белого в своей жизни.
Они сошлись врукопашную, а когда все кончилось, Джека, залитого кровью противника, вывернуло наизнанку. Никто не видел его слабости, но это ничего не меняло.
Джек понял, что не может сражаться на стороне людей, которые его вырастили, убивая тех, чья кровь течет в его жилах. Ночью он сказал своей жене Дата, что уходит.
Тусон был первым городом, который встретился на его пути. Услышав, что его назвали полукровкой, Джек вытащил нож и бросился на мужчину – кстати сказать, белого – с намерением перерезать ему горло. Однако, находясь один на вражеской территории, он вовремя опомнился. Осторожность восторжествовала, и Джек отпустил обидчика.