Неумолимый
Шрифт:
...Самолет врезался в землю главным шасси и подпрыгнул, высоко задрав нос и скользнув хвостом по кустам. На миг он вновь поднялся в воздух, затем сел – и они не вылетели из кресел только потому, что были пристегнуты ремнями. Деревья побежали им навстречу, обступая самолет. Правое крыло было охвачено огнем, колеса цеплялись за корни и камни, расшатывая заклепки в обшивке; какая-то здоровенная ветка царапнула по всей длине фюзеляжа. Промоина впереди приближалась с ужасающей быстротой, поэтому Уолкер вдавил в пол кабины правый ножной тормоз, заставив машину вертеться на месте. Она сделала два полных
Уолкер сидел, жадно глотая ртом воздух, потом потянулся к ручке огнетушителя и начал качать. Пена затушила пламя по правому крылу.
Бараклоу хрипло молился.
Уолкер отстегнул ремни и начал проверять – все ли кости целы.
Майор ровным голосом заметил:
– Так себе посадка, мистер ас.
– Да уж повезло, – невпопад ответил Уолкер и вдруг обнаружил, что ухмыляется как идиот. – Майор, любая посадка, после которой можете уйти своими ногами, считается удачной.
Бараклоу уставился на него мутными глазами:
– Уйти – но куда?
Глава 3
Какой-то городской полицейский сидел, скрестив ноги в углу, рассматривая веревку, подобранную на шоссе возле оборванных проводов. На полу вокруг него были разложены и другие предметы – улики.
– Сколько сейчас времени? – осведомился Бак Стивенс.
– Без двадцати четыре, – ответил Вашмен. Прошло около полутора часов с тех пор, как они обнаружили брошенный "бьюик".
– Проклятие!
– Терпение, белый человек!
Стивенс полыхнул на него глазами:
– Похоже, тебе все до лампочки?
– Нет. – Он думал о старом Джаспере Симали. – Просто не стоит тебе так уж горячиться, Бак.
Спутанные провода от микрофона рации лежали на захламленном письменном столе. Вашмен стоял возле окна, опершись локтем сверху на коричневый сейф. Джейк Каннингем, весь обмякнув, сидел за столом, подперев подбородок рукой, и следил за Стивенсом, который сердито мерил шагами кабинет. Веснушчатое лицо Каннингема ничего не выражало.
Динамик рации начал потрескивать – на связь вышел диспетчер дорожного патруля в Кингмене. Из-за приближающейся бури слышимость была хуже некуда. Вашмен подошел к столу, взял микрофон, нажал кнопку "прием" и начал говорить и слушать. Новостей не было. Гражданский воздушный патруль поднял по тревоге самолеты в трех штатах, и поступило сообщение с радара в Неллисе о том, что на короткое время на их экране возник "зайчик", а затем исчез где-то в горах в восьмидесяти милях от Сан-Мигеля. Возможно, ионизированное облако – буря частенько играет такие шутки с радарами.
– Агент из ФБР еще не у вас? – поинтересовались по рации.
– Ответ отрицательный, – сообщил Вашмен.
– Организуйте встречу. Он должен был уже приземлиться в Кейнабе – вылетел на "лире" из Финикса и далее до Сан-Мигеля добирается вертолетом.
– Ума не приложу, что он думает сделать такого, чего мы еще не сделали.
– Просто сотрудничайте с ним, Сэм. Нам не хватает еще заиметь недругов в этом
– Ну, я не собираюсь плясать под его дудку.
– Хотя бы не ставь ему палки в колеса. Да вот еще... Бен только что передал мне: мы добыли данные на этот самый "бьюик". Машина принадлежит малому по имени Суини, который содержит кафе во Фридонии. Он даже не знал, что у него увели машину, пока Бен не позвонил ему.
Да, существенная помощь – ничего не скажешь!
– А как насчет Бараклоу?
– Из Вашингтона – ничего. Мы послали телекс ребятам, которые ведают военными досье в Сан-Луи. Может, накопаем на него хоть что-нибудь, если он когда-либо служил в армии.
Возможно, это и была ниточка – долгий, трудный путь: выяснить биографию Бараклоу, выйти на всех его знакомых и постепенно с помощью ФБР воссоздать картину преступления. Но на это могли уйти месяцы. Пока же прошло не более полутора часов с тех пор, как бандиты покинули банк. Как говорится, по горячим следам...
– Пока все! Даю отбой, – донеслось из рации.
Вашмен положил микрофон и вернулся к окну.
Стивенс с вызовом вперил в него взгляд:
– Что толку протирать здесь штаны, надо действовать – только вот не знаю как.
За столом Каннингем подобрал карандаш и начал рассеянно играть им, как ребенок.
Из Вашингтона – ничего. Мы послали телекс в ФБР. Двое помощников констебля все еще опрашивают в банке свидетелей. Это добавит новые подробности к уже имеющимся сведениям, но у Вашмена было чувство, что овчинка выделки не стоит. Этой шайке в сообразительности не откажешь – они предусмотрели все до тонкостей, если не считать чистого невезения: один из них засветился на превышении скорости. Но все равно – где-то они должны быть!.. Почему никто до сих пор не засек самолет? Может, они, в конце-то концов, и не улетели особенно далеко. Возможно, они сообразили, что их легко будет обнаружить, если они долго пробудут в воздухе? Нельзя исключать, что все это окажется блефом, и они просто сели минут через пятнадцать лета на заранее подготовленной полосе возле какого-нибудь ранчо и спрятали самолет в амбаре? А теперь сидят в доме в пятидесяти милях отсюда, подсчитывая добычу и посмеиваясь?
Или же они решили рискнуть и пытаться пробиться через приближающийся буран. Затея опасная, но игра стоит свеч: лучшего способа скрыться не придумаешь – а если пилот ас?..
Слишком много "если" и "может быть". В такой ситуации остается только ждать.
Зазвонил телефон – и Бак Стивенс дернулся. Каннингем снял трубку, буркнул что-то, выслушал, буркнул снова и дал отбой.
– Они восстановили телефонную связь с востока. На другом конце работы пока еще продолжаются.
Хоть немного, но легче. Вашмен поинтересовался:
– Не возражаешь, если я попытаюсь дозвониться до Флага?
– Служебный звонок?
– Личный. Я же исправный налогоплательщик.
– Ладно, звони! – Каннингем встал и начал выбираться из-за стола. Вашмен прошел мимо Стивенса, выглядевшего при этом, как разъяренный бык Брахмы, и занял место Каннингема во вращающемся кресле. Он снял трубку, дождался гудка и начал набирать коричневым пальцем номер на диске.
– "Моголлон гифт шоп"! Чем могу быть полезна?