Never Back Down 2
Шрифт:
Нет, она бы не забрала Петтигрю. Если бы тут была замешана Кларисса, труп Питера наши бы на заднем дворе Малфой-Мэнора. С лишним балластом у неё разговор короткий. Да и я ощутила бы её следы, если бы она появилась возле поместья. Нет, это не она.
Пожиратели? Но зачем? Да и под горячую руку прибывших Авроров они бы не сунулись — не дураки же. А даже если и они, то, опять же, зачем? Очередная приманка? Полагаю, после Боунсфайр-стрит и осады поместья Розье они сами всё ещё зализывают раны, так что сил им не хватило бы.
Кьялар? Нет-нет, он давно получил, чего хотел, так что можно
Неужели среди наших врагов появился кто-то ещё? Таинственный «осведомитель» Министерства? Или кто-то, кто всё время держался в тени? Очередной умелый кукловод? Или просто придурок, решивший выслужиться перед Лордом?
Осознав, что моя паранойя может довести меня до самого настоящего стресса, я вздохнула и попыталась взять себя в руки. Сейчас главное — отыскать Эда. Кто и зачем его похитил — разговор отдельный. Но как найти человека, который может оказаться где угодно?
Я ломала над этим голову, когда передо мной появилась чашка с дымящимся чаем. Изумлённо подняв глаза, я встретилась взглядом с улыбающимся Ремусом.
— Что ты здесь делаешь? — Удивилась я, беря в руки чашку.
— Не за что, — хмыкнул он, намекая на то, что я забыла его поблагодарить. — Ты со мной так и не связалась, ребята — тоже. Я пытался дозваться вас через зеркало, но вы свои куда-то все подевали. А мне же интересно, что происходит. Так что я снова отпросился у Болка, пришёл к тебе, увидел записку на двери и аппарировал сюда.
— Как только Болк тебя отпустил? — Пробормотала я, делая глоток чая. Изумительно… Как будто глотнула кусочек тепла, чуть кислого и вместе с тем сладковатого, отдающего апельсином и имбирём.
— Прочёл в газете о произошедшем в Малфой-Мэноре, — усмехнулся Ремус. — И… о тебе.
— Обо мне? — Переспросила я, продолжая млеть от чая.
— Ага. Пишут, что ты угрожала расправой одному из журналистов «Еженедельника».
— Не думала, что Болк читает жёлтую прессу, — буркунула я.
— Он всё читает, — пожал плечами Ремус. — Он же должен быть в курсе событий. К тому же, он благодарен тебе за рекламу, так что по одному только твоему зову меня отпустит хоть на край света, ещё и приплатит. — Я фыркнула. — А теперь будь добра, расскажи, что происходит.
Я поведала Ремусу всё, что произошло с того момента, как я сбежала от него через камин в магазине. Рассказала о Министерстве, о звукоизолированной камере, о пропаже Эда и Питера, о моём посещении Малфой-Мэнора. Я как раз начала излагать все свои теории относительно того, кому мог понадобиться Эд, когда раздались хлопки аппарации и крик Молли: «Мой дом что, проходной двор?!», а после — гневные вопли Лили и Марлин. Я хотела пойти посмотреть, что же там творится, но поняла, насколько всё это неинтересно: ничего из того, что не сказала бы я сама, девочки парням не поведают. Разве что Марлин не погнушается отвесить своему парню смачный пинок под хвост, но, опять же, ничего нового.
— И что ты намерена делать? — Серьёзно спросил Рем, игнорируя вопли, доносящиеся со двора.
— Понятия не имею, — я устало провела руками по лицу. Слишком много впечатлений для одного дня. — Я даже не знаю, с чего начать. В смысле, какова вероятность, что Эд сейчас вообще в Англии? Или что он
От этой мысли к горлу подкатил предательский ком. Сдерживая слёзы, я отвернулась, надеясь, что Рем ничего не заметит. Уловка не сработала.
— Марс, — успокаивающе-тепло сказал он. — Всё хорошо, я уверен. Эда прикончить не так просто.
— Думаешь? — Пробурчала я, стараясь скрыть волнительную тоску.
— Конечно. Вы с ним те ещё экземпляры. Так просто в мир иной не попадёте, — нарочито-бодро произнёс Рем, накрывая ладонью мою руку. — Не переживай.
— Я и не переживаю, — буркнула я, по-детски сморщившись. — Вот ещё. Переживать!
Взгляд упал на сумку, которую я оставила ещё при первом посещении «Норы». Я потянулась к ней и достала из недр сверкающий хрустальный шар с замершей внутри неё принцессой. Глядя в живо сверкающие искусственные зелёные глаза, я с грустью подумала о том, что Лина наверняка уже что-то придумала бы. И наверняка не один вариант, и не два, а сотню. И из них хотя бы пять были бы действенными. Но теперь единственное, что было достижимо — её образ, немыслимо как запечатанный в шар, или воспоминание о ней, живущее в парке «Имаджинериум».
Догадка была столь внезапной, что я охнула и чуть не выронила шар. Ремус, задумчиво наблюдавший через окно, как Лили и Марлин продолжают орать на Джима и Сириуса, вздрогнул и посмотрел на меня. Я вцепилась пальцами в подлокотник, вырабатывая схему, которая вполне могла сработать.
— Сон! — Воскликнула я. — Я могу дотянуться до Эда через сон!
— Я не вполне понимаю, о чём ты, но более чем уверен, что это что-то опасное? — Уточнил Люпин, строго глядя на меня.
— Нет! То есть, да, но в определённой степени и… Не суть! Зато я уверена, что если сумею присниться Эду, то смогу с ним поговорить и узнать, где он!
— И как же ты это сделаешь? — Изогнул бровь Люпин. — Ты даже не знаешь, где он, как ты сможешь дотянуться?
— Заклинание Сноходца! — Лихорадочно пробормотала я. — Так же, как Кьялар выслеживал своих жертв, когда был Ищейкой. Он проникал в их сны, не выходя из собственной спальни! Я своими глазами это видела! Ну, то есть, глазами Клариссы…
— Марс, Кьялар был Ищейкой долгие годы, — попытался урезонить меня Рем. — Полагаю, он долго оттачивал мастерство проникновения в чужие сны. У тебя же только один раз это вышло, и то вы в одной кровати лежали! — Краем глаза я заметила, как у Рема порозовели уши. — Сейчас вас могут не то, что города разделять, а целые континенты!
— Но мы же связаны уже, — возразила я. — Песня Сноходца отметила Эда тогда, так что вероятно, что связь ещё не оборвалась. А насчёт расстояния, то оно роли не играет. Подсознание, по сути, это отдельная Вселенная, так что земные мерки к Снохождению не применимы.
— Марс, это может быть опасно, — горячо произнёс Ремус, подаваясь вперёд. — Ты сама говорила, что после развоплощения у тебя есть только пара мгновений, чтобы проскользнуть в сознание Сновидца. Если что-то пойдёт не так…
— Я не собираюсь полностью развоплощаться. Просто проникну в его сон. Это как… слияние подсознаний. Я не могу тебе объяснить, у нас нет таких слов в языке, чтобы это было понятно. Да ни в одном языке нет.