Шрифт:
Annotation
ЗАБРАЛА НА ВЫЧИТКУ!!!
Возьмите лист и ручку, сядьте за стол и ответьте честно на два простых вопроса.
1) Думаете быть профессиональной свахой легко?
2) Найти невезучему пареньку невесту - это так, раз плюнуть?
Ответили? Вот и хорошо, а теперь сравним наши ответы!
Ответ на первый вопрос: сваха - это увлекательная и интересная работа, если вы женщина, а так как я - представитель сильного пола, то дела у меня не то, чтобы не идут, они временно приостановлены из-за полного отсутствия клиентов. Поэтому эта профессия не вызывает в моём сердце никаких тёплых чувств и воспоминаний.
Ответ на второй вопрос:
Плагина Юлька
Глава 1.
Глава 2.
Плагина Юлька
Невеста на одно место
Невеста на одно м е сто
Иногда счастье сваливается так неожиданно,
что не успеваешь отскочить в сторону...
(из личного дневника Майи Пшеничкиной,
изредка делавшей скудные записи, когда её все достанут)
Пролог
в котором, как известно, всё только начинается
За три месяца до основных событий...
Старинная деревянная церквушечка, чуть ли по швам не трещала - такое количество праздного народа хотело посмотреть на бракосочетание красавицы Елизаветы и младшего графа де Лаберо. Журналисты были абсолютно везде! Нагло затесались среди разношёрстных гостей, профессионально маскировались под кадки с живыми цветами, и даже свисали вниз головой со второго этажа, по-обезьяньи цепляясь подтяжками
Издевательски роскошная гирлянда из белых роз висела над входными резными дверьми, которые были окружёны большими кадками с кроваво-красными георгинами. Красная ковровая дорожка с белыми витиеватыми вставками пролегала от выложенного плиткой дворика до внутреннего помещения церкви. По краям от неё стояли специально обученные девушки, которые с милыми улыбками на симпатичных личиках посыпали брачующихся лепестками роз. Призванная сдерживать людской натиск стража была обряжена в нежно-розово-сиреневые камуфляжные костюмы, спроектированные самим гуру портного дела - Габанини.
Внутри церкви было всё чинно, именно так, как и положено степенному храму с многолетним стажем - разнообразные иконы в деревянных рамах, стоящие на иконостасах, золотистые лампады, свечи, высокие канделябры и церковный хор, плюс, что, кстати говоря, очень удивительно, замечательная акустика.
Перед празднично одетым уже немолодым батюшкой стояли брачующиеся: стройная, словно тростиночка, девушка в пышном свадебном платье с длинной фатой, и импозантный молодой человек в чёрной маске, закрывающей верхнюю часть лица. Невеста по традиции неистово сжимала красивый букет из орхидей и нервно хихикала, а жених цепко держал за руку свою, без пяти минут, как жену и так же неврастенически улыбался - видимо, для этого таки были обоснованные причины.
– Согласен ли ты, Бернардо де Лаберо, взять в жёны эту замечательную девушку -Елизавету Копейкину?
– Степенно вопрошал батюшка, придерживаясь традиционного плана бракосочетаний.
– Да, - без запинки возвестил жених, и женская половина толпы нервно сглотнула, так у него был чувственен голос.
– Согласна ли ты, Елизавета Копейкина, взять этого прекрасного мужчину в мужья - Бернардо де Лаберо?
– Всё так же степенно вопрошал невозмутимый батюшка, видимо, уже не в первый раз проводя подобную церемонию.
Девушка на пару секунд задумалась, затем посмотрела на пышный букет, потом на жениха, следом на шикарное кольцо с бриллиантом, который был размером с булыжник от мостовой, и опять на Бернардо. На лице влюблённой Елизаветы крупными буквами проступили все мыслимые и немыслимые сомнения, страхи и треволнения. Тонкие бровки сошлись на переносице, а алчный... Миль пардон, влюблённый взгляд снова застопорился на изящном колечке.
– Да, я согласна, - улыбнулась, наконец, она. Жених и всё его семейство облегчённо выдохнули, услышав заветные слова, но тут из-под фаты снова раздался звонкий и в меру ехидный голосок: - Но при одном условии: пусть Бернардо откроет полностью лицо!
Жених пробормотал сквозь зубы какое-то ругательство, за что тут же получил укоризненный взгляд от батюшки, и потому покаянно замолчал, с неприязнью косясь на молодую жену, храбро отгородившуюся от него орхидеями.
– Таковы требования Елизаветы, сын мой, и ты не вправе отказать ей, - проговорил церковнослужитель, когда пауза затянулась до неприличия.
Глубоко вздохнув, молодой человек медленно, словно нехотя, поднял руку к лицу, при этом другой продолжая крепко сжимать хрупкую ладошку Елизаветы, и резким, можно даже сказать решительным движением, сорвал маску.