Невеста врага
Шрифт:
— Ладно, Мактавиш, — прошипел он, — расквитаемся как-нибудь в другой раз, когда у тебя не будет возможности спрятаться за женскую юбку. А пока что я со своими людьми просто провожу тебя до границ своих владений.
Арриан не верилось, что он говорит правду.
— Йен, ты ведь отпустишь Мактавиша, да?
— Ну, разумеется, раз тебе так этого хочется, — ответил Йен, но в его улыбке ей почудилось что-то зловещее.
Кэссиди смотрела на Мактавиша с нескрываемой тревогой.
— Советую уезжать немедленно. Боюсь, вам небезопасно тут дальше находиться. — Видимо,
Йен сделал знак рукой, по которому его люди начали садиться на лошадей и подъезжать к карете.
— Сейчас вашего гостя проводят с почетом, — мрачно пообещал он.
— Спасибо, что привезли мне вещи, — в последний раз улыбнулась Арриан Мактавишу.
Галантно дотронувшись до шляпы, Мактавиш поклонился сначала Кэссиди, затем Арриан.
— Желаю вам обеим всего доброго, — сказал он и, легко взобравшись на сиденье, кивнул вознице.
Йен и его люди тоже тронули поводья.
Стоя рядом с матерью, Арриан наблюдала за тем, как ее сундуки заносят в дом.
— Мама, как ты думаешь, Йен ничего не сделает Мактавишу?
— Он дал слово. Надеюсь, он его сдержит. Какой ему смысл вымещать зло на слуге лорда Уоррика?
— Мама, Уоррик не передал мне ничего, ни единого слова.
— А что он мог тебе передать? Скорее всего, он теперь считает, что у него нет на это права.
— Я написала ему в записке, что оставляю драгоценности ему. Почему он их не взял?
— Он гордый человек, Арриан. Гордость и честь заставили его вернуть твой дар… Ты рассказала Йену о ребенке? — неожиданно меняя тему, спросила она.
— Да. Он пришел в ярость, я никогда его таким не видела. — Вспомнив недавний разговор, Арриан невольно вздрогнула. — Не хочу даже говорить, что он мне сказал. Господи, как мне хочется домой! Когда бы можно было повернуть время вспять, я с самого начала повела бы себя совсем иначе, и теперь все было бы по-другому.
— Время никогда не потечет вспять, — покачала головой Кэссиди.
Глядя на печальную Арриан, которая медленно пошла в дом, Кэссиди понимала, что она бессильна сейчас помочь дочери. Возможно, тетя Мэри — если бы она не уехала в Англию — нашла бы для нее слова утешения.
Мактавиш внимательно следил за Йеном Макайворсом. В отличие от леди Арриан и ее матери, он точно знал, что новый вождь Макайворсов не отпустит его так просто.
Через час пути Йен велел кучеру остановиться. Когда лошади стали, один из Макайворсов взял кучера под прицел. Мактавишу было приказано спуститься со своего места на землю. Здесь ему связали за спиной руки и поволокли в лес — подальше от дороги, а заодно от глаз случайных свидетелей.
Пока его привязывали к дереву, он смотрел, как Йен поигрывает кнутом с серебряным кнутовищем.
— Ну что, — с издевкой начал Йен, — догадываешься, что я намерен с тобою сделать?
— Делай что хочешь, только поскорее, — ответил Мактавиш.
— Если попросить меня как следует, — обходя вокруг дерева, сказал Йен, —
Мактавиш стоял, выпрямившись во весь свой внушительный рост, глядя прямо перед собой.
— Ни одна свинья из рода Макайворсов не дождется, чтобы я ее о чем-то просил.
В ту же секунду тяжелое серебряное кнутовище с размаху обрушилось ему на голову. Мактавиш дернулся и осел, так что веревки сильнее врезались в тело.
Обойдя еще раз вокруг дерева, Йен размахнулся и изо всей силы ткнул Мактавиша кнутовищем в живот, так что у старика подкосились колени.
— Знаешь, Макайворс, пожалуй, ты не свинья, ты просто подонок. Развяжи меня, я покажу тебе, кто чего стоит.
Когда кнутовище опустилось на его висок, Мактавиш качнулся вперед и упал бы, если бы не был привязан. Кровь из раны застилала ему глаза. Он дернулся что было сил, но веревки держали крепко.
— Что ты тянешь, Макайворс, убивай скорее, все равно я тебя не боюсь, — прохрипел он, силясь встать на ноги. „
— А я передумал тебя убивать, — ответил Йен, и холодное серебро снова ткнулось Мактавишу в бок. — Я хочу послать тебя обратно к твоему вождю, чтобы ты передал ему кое-что от меня.
— Я тебе не посыльный.
— Я думаю, ты согласишься, когда узнаешь, что именно я хочу ему передать.
— А что, поехать со мною в Гленкарин и самому поговорить с лордом Уорриком — смелости не хватает? Думаю, он бы устроил тебе прием не хуже, чем ты мне.
Взметнувшийся молнией кожаный кнут рассек рубаху Мактавиша и впился ему в плечо. Чтобы не кричать, Мактавиш крепче сцепил зубы.
— А теперь слушай меня внимательно. Я хочу, чтобы ты повторил Уоррику Гленкарину каждое мое слово.
Мактавиш тряхнул головой, пытаясь избавиться от кровавой пелены на глазах.
— Я уже сказал: я тебе не посыльный. Йен схватил Мактавиша за волосы и рывком запрокинул его голову.
— Скажи своему хозяину, что ему недолго осталось считаться супругом леди Арриан.
— Не думаю, что это его сильно удивит.
— Зато кое-что другое, может, и удивит. Передай ему, что леди Арриан зачала от него дитя. — Он дал Мактавишу время переварить услышанное. — И пусть он как-нибудь на досуге, перед сном, поразмыслит о том, что его сын или дочь — кого Господь пошлет — отныне у меня в руках. Отпрыск Уоррика Гленкарина вырастет среди Макайворсов и будет думать и жить, как Макайворс. Да скажи, что если это окажется сын, то моим наследником ему не бывать, зато из него выйдет хороший лакей для моего собственного сына.
— Будь ты проклят!
— Неужто, по-твоему, это не забавно? — Йен натянуто рассмеялся. — Только представь: наследник клана Драммондов прислуживает наследнику клана Макайворсов. А забавнее всего то, что оба вышли из чрева одной и той же матери.
Мактавиш попытался сквозь кровавую пелену разглядеть лицо врага, чтобы понять, лжет он или говорит правду. Если леди Арриан и впрямь носит под сердцем дитя, для Уоррика это сообщение Йена будет тяжелым ударом.
— Паршивый пес! Я не верю ни одному твоему слову, и лорд Уоррик тоже не поверит.