Невеста врага
Шрифт:
Через минуту, спустившись с палубы по ярко освещенному трапу, они очутились в просторном салоне. Прекрасно обставленное помещение утопало в толстых коврах, и Уоррик в первую минуту онемел от неожиданности. Арриан, однако, в салоне не было, а по вытянувшимся лицам герцога и герцогини Уоррик немедленно убедился, что лорд Майкл прав: его появление их нимало не обрадовало.
Первой заговорила Кэссиди. Поднявшись, она медленно приблизилась к нему.
— Не думала, что вы наведаетесь к нам, милорд.
— Вы могли догадаться,
Лицо Рейли, неотрывно глядевшего на молодого лорда, было совершенно непроницаемо.
— Право, не знаю, что внушило вам мысль нанести нам визит, — заговорил наконец он. — В этом не было никакой необходимости: я сам, как только отвезу дочь домой, намерен вернуться в Шотландию, поскольку нам с вами предстоит еще уладить кое-какие вопросы.
— Ваша светлость, — сказал Уоррик, — утром у нас с Арриан не было возможности побеседовать без помех, поэтому сейчас я не уйду, не переговорив с нею.
— Моя дочь не желает с вами беседовать. Довольно и того, что вы уже с нею сделали. — В глазах Рейли не было жалости. — И имейте в виду, что если я и выручил вас сегодня утром, то сделал это ради нее, а вовсе не ради вас.
Уоррик и Рейли были приблизительно одного роста и стояли сейчас лицом к лицу, почти вплотную.
— Я догадывался об этом, ваша светлость, поскольку не имел причин рассчитывать на вашу симпатию.
— Лично мне плевать, что с вами станет. Будь на то моя воля, я хоть сейчас швырнул бы вас за борт рыбам на корм.
— На вашем месте я бы испытывал те же чувства, — не дрогнув, отвечал Уоррик.
— Я согласился явиться на эту вашу сегодняшнюю встречу под натиском жены и дочери, которые уговорили меня вмешаться.
— Но, ваша светлость, нам с вами известно, что была и другая причина.
Рейли пронзил его испепеляющим взглядом.
— Да, пришлось также думать о будущем ребенке. Я не хочу, чтобы сплетни о моей дочери поползли по всему Лондону, и только поэтому согласился временно терпеть ваш брак.
— Какими бы мотивами вы ни руководствовались, я благодарю вас за помощь, ваша светлость, — сказал Уоррик. — Но должен отметить, что я не рассчитывал на нее и не просил о ней.
— Кажется, скромность не относится к отличительным свойствам вашей натуры, не так ли, лорд Уоррик? — холодно осведомился Рейли. — Равно как и умение проявлять благодарность.
— Да, скромником меня никто еще не называл. Однако, ваша светлость, свою благодарность я все-таки выразил.
— Между прочим, тут у вас нашелся один заступник, — кивая на Майкла, сказал Рейли. — Мой сын, кажется, склонен приписывать вам качества, кои в действительности вам не свойственны, как-то: честность и порядочность.
Уоррик, смотревший то на отца, то на сына, заметно побледнел.
— Моя порядочность пока что ни у кого не вызывала сомнений.
— А вот я позволю себе в ней усомниться — после того, как вы обошлись с моей
— Признаться, мнение вашей светлости заботит меня меньше всего. Я приехал затем, чтобы забрать с собою вашу дочь, если, конечно, она согласится.
— Черта с два вы ее заберете! — взревел Рейли, делая угрожающий шаг в сторону Уоррика. — Вы не увидите мою дочь до последнего дня вашей жизни — и до последнего дня будете жалеть о том, что встретились со мной!
— Здравствуйте, Уоррик. Все обернулись.
На пороге, в черном бархатном платье, которое, однако, ей очень шло, стояла Арриан. Золотые кудри, струившиеся по ее плечам и спине, делали ее особенно юной и хрупкой.
Кэссиди немедленно метнулась к дочери.
— Тебе нечего здесь делать, и ты это прекрасно знаешь!
— Мама, это касается меня. — Она неуверенно шагнула к Уоррику. — Итак, что вы хотели мне сказать?
Уоррик скользнул взглядом по ее лицу. Теперь, в этом привычном для нее окружении, он особенно остро осознал, что такие красавицы рождаются для роскоши. Имел ли он право надеяться, что она бросит все это и поедет с ним? Но он все же должен был попробовать.
— Я приехал, чтобы попросить вас вернуться в Айронуорт вместе со мной. Надеюсь, что вы обдумаете мое предложение.
Все молча ждали, что она ответит.
— Почему вы хотите, чтобы я поехала с вами, Уоррик?
— Потому что вы мать моего будущего ребенка. Если родится сын, он когда-нибудь станет вождем клана Драммондов… Как бы то ни было, он должен родиться в Айронуорте.
— Клянусь, я сверну ему шею голыми руками! — надвигаясь на Уоррика, воскликнул Рейли. Кэссиди тут же оказалась между ними.
— Рейли, ради Арриан, дай ему договорить!
Глаза Рейли пылали негодованием, но все же вмешательство жены подействовало на него успокаивающе.
— Хорошо, пускай объясняется, но потом я все равно вытряхну из него душу.
Уоррик предпочел бы побеседовать с Арриан наедине, чтобы иметь, наконец, возможность излить перед нею свои чувства, но об этом, видимо, не могло быть и речи. Он взял ее за руку, и она не вырвала ее.
— Арриан, поедемте со мной. — Уоррик давно научился скрывать свои истинные чувства, и сейчас это удалось ему как нельзя лучше. — Прошу вас об этом ради нашего с вами ребенка.
Всматриваясь, Арриан не заметила во взгляде Уоррика ни проблеска любви или теплоты — и все же ответила без колебаний:
— Хорошо, Уоррик. Я поеду с вами.
Серебристые глаза радостно вспыхнули, и его рука сильнее сжала ее руку.
— Ваша светлость, я забираю вашу дочь с собой, и не пытайтесь меня остановить.
Пальцы Кэссиди предостерегающе сжали его локоть.
— Арриан, ты уверена, что этого хочешь? — спросила она.
— Да, мама, — сказала Арриан и перевела взгляд на Рейли. — Поймите меня. Мой ребенок — ребенок Уоррика — не должен остаться без отца.