Невеста врага
Шрифт:
Он тоже улыбнулся.
— Я кажусь вам безнадежным случаем?
— Не знаю, — ответила она вполне искренне. — Надеюсь, что нет.
— Теперь, познакомившись с вашими родителями, я понимаю, почему вы к ним так привязаны.
— А вы знаете, что я их приемная дочь? Он воззрился на нее в немом изумлении.
— Нет, вы никогда мне этого не говорили.
— Моя родная мать умерла родами. Кэссиди была ее единственной сестрой, так что мы все равно связаны с нею кровными узами. Настоящий же мой отец
— Я не подозревал ничего подобного.
— Мне еще не исполнилось двух лет, когда мой отец неожиданно погиб. Это была героическая смерть, но я не хочу о ней рассказывать и вообще не хочу об этом думать. Я всегда воспринимала Рейли и Кэссиди как своих истинных родителей и ни разу не усомнилась в том, что меня любят.
— Я буду заботиться о вас, Арриан.
Она готова была обхватить ладонями его лицо и покрывать поцелуями до тех пор, пока эта глубокая печаль не сотрется с его черт.
— Пусть наш ребенок научит вас любви, Уоррик. Голос его зазвучал сдавленно и взволнованно:
— Я ничтожество, Арриан. Судьба смилостивилась надо мною во второй раз, но я чувствую, что не достоин этого, поскольку овладел вами обманом.
Она долго молчала, потом заговорила очень тихо, так что он с трудом разобрал ее слова:
— Иногда, Уоррик, судьба ведет нас за собою, не спрашивая нашего желания, и мы не властны ее изменить. Пока еще я не знаю, тот ли вы, каким кажетесь мне, но я понимаю, что вам понадобилось немалое мужество для того, чтобы прийти сюда сегодня, и… это внушает мне уважение.
Они стояли совсем рядом, и Уоррика терзала мысль, что он не имеет права даже прикоснуться к ней.
— Надеюсь, у вас не будет повода жалеть о вашем сегодняшнем решении.
Арриан стояла со сплетенными пальцами рук, задумчиво глядя на дальние огни Эдинбурга. Ему, видимо, уже пора было уходить, но расставаться мучительно не хотелось.
— Вы решительно не можете плыть с нами на «Соловье»?
— Увы. Но скажите, почему у вашей яхты такое необычное название? — спросил он, тоже оттягивая минуту расставания.
— Этого никто не знает, кроме моих родителей. Видимо, тут что-то очень личное, поскольку они не поделились своей тайной даже со мной или с Майклом.
— Знаете, Арриан, мне никогда не приходилось видеть между супругами отношений столь нежных и уважительных, как между вашими родителями. Насколько мне помнится, у моих родителей все было иначе.
— Я выросла в лучах их любви и не представляю себе ничего иного. — Подняв лицо к собеседнику, она успела увидеть отблеск последних закатных лучей на его волосах. — Я желаю того же для нашего будущего ребенка, Уоррик.
— Теперь, вероятно, вы думаете о том, каким был бы ваш союз с Йеном… Я ведь лишил вас возможности осуществить ваши мечты.
Как объяснить
— Моя мама всегда говорит: нужно принимать судьбу такой, какова она есть.
В голове у Уоррика вертелись слова, которые он хотел, но не мог выговорить.
— Я хотел бы сделать вашу жизнь прекрасной, — сказал наконец он. — Жаль, что дня нашей первой встречи уже не вернешь… Ведь все могло быть совсем по-другому.
Уоррик, лица которого в тени от паруса почти не было видно, держал Арриан за руку, и ей так хотелось шагнуть к нему ближе, чтобы он обнял ее и говорил, говорил ей о своих чувствах к ребенку… и к ней.
— Вернуть ничего нельзя, Уоррик. А если бы было можно — что бы вы сделали?
Он не задумываясь произнес слова, мучившие его уже давно:
— Я позволил бы вам уехать просто так, не делая вас матерью моего ребенка.
Арриан хотела услышать совсем не это.
— Теперь уже слишком поздно что-либо изменить. У вас появились жена и ребенок, которые вам не нужны… но я не жалею вас, Уоррик. Вы сами этого добивались.
Отпустив ее руку, он вцепился в поручни, так что у него побелели пальцы.
— Арриан, я не…
Арриан поежилась от порыва холодного ветра и плотнее закуталась в шаль.
— Вам, наверное, пора идти, Уоррик? Мы ведь скоро уже отплываем.
Уоррик долгим взглядом посмотрел ей в глаза и отвернулся. Когда он покидал яхту, навстречу ему по сходням поднимался какой-то незнакомец, и Уоррику пришлось отступить в сторону, чтобы с ним не столкнуться.
Он ушел, ни разу не обернувшись. Арриан смотрела ему вслед, когда к ней приблизился только что взошедший на борт человек.
— Леди Арриан, — заговорил он, и она узнала слугу Йена Макайворса. — Лорд Йен просил передать вам это письмо.
Она рассеянно взяла из его рук конверт, спустилась в свою каюту и, не распечатывая, бросила его на столик.
Часом позже Уоррик снова выехал на берег и остановился в тени портового склада. Когда «Соловей», подняв паруса, вышел в море, он кивнул Мактавишу и тронул шпорами лошадиные бока. Пора было ехать домой. Если скакать без остановок, можно успеть добраться до Айронуорта раньше Арриан.
Глава 28
Пасмурным днем «Соловей» бросил якорь у берегов Гленкарина. Рейли с Кэссиди решили не провожать Арриан до замка и проститься с нею на борту яхты.
Стоя на палубе, они смотрели, как Майкл усадил сестру на сиденье шлюпки и укутал ей ноги.
— Наш сын сумеет позаботиться о ней, — сказала Кэссиди.
— И все-таки, Кэссиди, нужен ли ей такой муж, как этот лорд Уоррик? Ведь Арриан было из кого выбирать: у нее было столько поклонников из самых лучших семей.