Невинные сердца
Шрифт:
Сердце у нее колотилось с бешеной скоростью, и Кейт прикусила губу, потому что губы у нее тряслись. Она прислонилась к дереву, с облечением почувствовав за спиной твердую опору, и попыталась удержаться на слабых ногах. Может, Ханна не зря предупреждала, и ее и правда хватил солнечный удар?
Джесси перенесла ногу через седло, с легкое спрыгнула с лошади на землю и повела ее за повод к забору. Конь покорно следовал за ней, шумно фыркая после скачки.
– Он первый сорт, Джед, – объявила
– Если найдем одну или парочку кобыл вроде него, то можно будет положить славное начало новой линии, – вынес он свой вердикт. Джесси хлопнула шляпой по ногам, подняв целое пыли от своих чапсов, и вытерла рукавом лицо, должая напряженно размышлять. – Железные дороги до нас дойдут нескоро, еще не один год уйдет на это, так что нам будет куда сбывать своих лошадок – ведь дилижансы снуют тут без конца. Думаю, дело выгорит. – Угу, я тоже так думаю, – согласился с ней Джед.
– Я схожу, поговорю с Джошуа Брэдли насчет его кобыл… – Джесси вдруг умолкла на полуслове с устремленным через плечо Джеда взглядом. В следующую секунду она швырнула поводья на забор и обеими руками ухватилась за его верхнюю перекладину. Перелетев одним махом через ограду, она не разбирая дороги помчалась через лужайку для выпаса, а Джед лишь смотрел ей вслед широко открытыми глазами.
– Кейт! – в тревоге воскликнула Джесси, затормозив рядом с девушкой. Кейт была бледной, ее трясло. – С тобой все в порядке? На лице Кейт появилась вымученная улыбка.
– Да… кажется, – ее голос прозвучал немного неуверенно. – Наверное, перегрелась на солнце. Джесси подняла взгляд на ясное небо и почувствовала дуновение ветра на своей щеке.
– Солнце еще не печет, Кейт, – с беспокойством сказала Джесси и провела пальцами по руке девушки. – Ты вся дрожишь. Кейт окунулась в голубые глаза Джесси, потемневшие от тревоги, и глубоко вдохнула, улыбаясь уже по-настоящему.
– Со мной все хорошо. Правда. – Теперь Кейт чувствовала себя глупо, ей не хотелось выглядеть в глазах Джесси слабой, тем более что она такой не была. Она постаралась не думать о том, что от легкого прикосновения Джесси она снова будто куда-то улетела. Кейт очень хотелось сменить тему, и она показала рукой в сторону загона.
– Что ты там такое делала?
Джесси проследила за ее взглядом и увидела, что Джед стаскивает седло с жеребца, которого она только что опробовала.
– Проверяла, как он ездит с седлом. Я собираюсь купить его и еще несколько лошадей похожих кровей. Так что я хотела посмотреть, насколько он послушен.
Кейт боялась, что ее слова прозвучат глупо, но она в жизни не видела ничего прекрасней, чем Джесси Форбс верхом на том черном скакуне.
– Я хочу тебя сфотографировать, – выпалила девушка.
– Что? Меня сфотографировать? – Джесси посмотрела на Кейт с удивлением, а потом засмеялась. Ох, Кейт! И с чего только тебе вздумалось? Вокруг такая красивая природа, а ты хочешь сфотографировать какого-то ковбоя в пыли с головы до ног?
Ты тоже очень красивая, – всерьез сказала Кейт. Увидев, как Джесси начала заливаться
– Кейт, – спокойно сказала Джесси, – если тебе так хочется сделать мою фотографию, то я не смогу тебе отказать. Сияющая улыбка Кейт стала Джесси наградой.
– Сегодня во второй половине дня?
– Когда захочешь, – со смехом пообещала Джесси. – Мне переодеться? Я все утро буду в седле, и вид у меня потом будет еще тот.
Вспомнив, как выглядит Джесси в мокрой от пота рубашке, Кейт покачала головой.
– Нет, не нужно, – тихо сказала она, внезапно оробев… Я хочу, чтобы ты была прямо так.
– Милли, можно мне взять пару твоих сэндвичей? – спросила Кейт. – А я вместо тебя подежурю здесь завтра утром.
Милли совсем недавно вышла замуж за местного маршала. Считалось, что она делает лучшую грудинку в городе, и прилавок с ее снедью пользовался особой популярностью у ковбоев. Она была одной из первых девушек, с которой Кейт подружилась в Новой Надежде. Будучи ровесницами, они легко находили общий язык.
– Конечно, возьми, – Милли посмотрела на Кейт с понимающей улыбкой. – Так-так-так, два сэндвича. Ищешь путь к сердцу мужчины, да? Кейт зарделась от смущения. – Нет, один для меня, другой – для Джесси Форбс.
– Что ж, если у нее такой же аппетит, как у моего Тома после целого дня в седле, то тебе лучше взять три, – объявила Милли, собирая для Кейт корзинку с едой.
– Спасибо тебе, Милли, – поблагодарила ее Кейт, забирая корзинку.
– Обращайся, глупышка. Кстати! Не забудь про танцы завтра вечером, там все соберутся.
Кейт улыбнулась, ее взгляд был прикован к площадке для торгов, а мысли – к Джесси. – Ни за что не забуду, – пообещала она.
Это был самый крупный аукцион за всю ярмарочную неделю, так что на скотном дворе яблоку негде было упасть. Кейт встала с краю от толпы, окружившей помост для торгов. Она смотрела, как несколько кастрированных бычков-призеров, как назвал их ведущий торгов, ушли с молотка по явно высокой цене. Кейт обнаружила, что следить за ходом аукциона оказалось довольно трудно, потому что мужчины предлагали цену молча.
– А теперь, джентльмены, последний лот на сегодня, уверен, вы как раз его и ждете, – объявил ведущий. – Я предлагаю вам лучшую племенную кобылу по эту сторону Миссисипи. Она принесет самых прекрасных жеребят, которых когда-либо видели в Монтане. Кто предложит начальную цену?
По толпе прошел глухой рокот, и Кейт увидела, как Джесси, стоявшая, на другом конце скотного двора, небрежно прикоснулась к своей шляпе. Одну ногу она поставила на ограду, а рукой опиралась на забор сверху. Она выглядела расслабленной, словно ничего особенного не происходило. Торги пошли очень быстро, и Кейт уже не знала, о какой сумме идет речь, но время от времени видела, как Джесси прикасается к шляпе. Наконец, цену стали предлагать медленнее, и толпа притихла.