Нейтралы
Шрифт:
Для начала мы прошлись по рынку. Дин перед местными примелькался, в его присутствии они говорили свободно и отвечали на вопросы. Правда, ничего особенного я не спрашивал. Какие-то вещи продавцы могли показать сходу, по поводу других предлагали зайти позднее или навестить тот или иной магазинчик. Совету мы последовали, магазины меня тоже интересовали. По сравнению с уличной торговлей то, что продавали в закрытых помещениях, котировалось выше в смысле качества, редкости, сложности работы, но попасть в лавки можно было далеко не всегда. Наоборот – многие двери открывались только для своих. А чтобы стать своим, требовался не один год общения.
– Меня, само собой, тоже не везде пускают, - поделился Томас
Ключ для прорицания? Что-то вертелось в голове. Стимулирующее почесывание помогло, и я вспомнил.
– Могильный ключ?
Дин кивнул, смущенно отведя глаза в сторону. О, да! Начала некромантии для гриффиндорца – смертный грех!
– Вуду? У ямайцев учишься?
– Ну, так, не то чтобы учусь, - ещё сильнее смутился парень. – Просто какие-то вещи полезные показывают, я иногда повторяю.
– Дин, ты совершаешь ошибку, - сделал я серьёзное лицо. – Падение на Темную Сторону начинается с мелочей. Не успеешь оглянуться, как обзаведешься протезами, глухим шлемом и дышать будешь вот так: пщщ, пщщ!
– Да ну тебя!
Не помню, упоминал или нет, но выпускники Рейвенкло держат неофициальную пальму первенства среди пойманных на запрещенке магов в процентном соотношении. В смысле количества чаще всего ловят барсуков – они постоянно попадаются на всяких мелочах, платят штрафы в тридцать-сто галлеонов и отпускаются с миром, продолжать свою деятельность. Рекорд по качеству принадлежит Слизерину. Их ловят и сажают редко, зато если уж дело дошло до суда, то можно быть уверенным, что авроры накопали конкретную бомбу.
У нас любого можно хватать и опрашивать на предмет нарушения введенных Министерством законов. Но мы не черные, мы обычные энтузиасты науки, занимающиеся любимым делом и склонные игнорировать бюрократию.
Из тех лавок, куда нам удалось попасть, больше всего мне понравилась книжная. Пока Дин о чём-то трепался с продавцом, я порылся в развалах и нашел кое-что полезное. Вывод: по сравнению с клановой библиотекой интересного здесь мало, нужно буквально выискивать драгоценные жемчужины, а вот для какого-нибудь магглорожденного ассортимент лавки представляет серьёзную ценность. Правда, из простецовых детей сюда далеко не каждый придет – об этом месте ещё узнать надо, да и пустят ли хозяева?
Ещё в бордель зашли. Точнее, не зашли, а рядом постояли. Ещё точнее, проходили мимо, когда Томас заметил женщину, намывавшую крыльцо с помощью специального артефакта. Такие своеобразные сборники бытовых чар изготавливают для сквибов, их в любой лавке можно купить за пару галеонов.
– Привет, Мари! – немедленно подкатил к даме мулат. Женщина, кстати, выглядела весьма симпатично. – А чего это ты сама моешь?
– Привет, красавчик! – немедленно отвлеклась та от своего занятия. – Домовик у нас помер. В общем-то, давно к тому шло, он старенький был, но до последнего трудился. Скрипел постоянно это своё «Динни хороший домовик». Мадам ему голову отрезала, как он просил, и к стенке прибила. Зайдёте, посмотрите? – она мило улыбнулась, стрельнув глазками.
– Эээ, не сейчас, - пошел в отказ Дин. – Может, в другой раз. Так, значит, вы теперь сами уборкой занимаетесь?
– Будем сами, пока нового не купим. Это ж не так просто, дорогой. Наше заведение предлагает особые услуги, поэтому нам требуется особый работник, - она с намеком посмотрела мне в глаза. – И мы всегда рады новым гостям.
– Я обязательно учту, - пообещал я. В самом деле, почему бы и нет? Пятнадцать лет уже, организм просит женской ласки.
Немного спустя расспросил Томаса, как в местном обществе
– Силы нет, образования нет, о жизни среди простецов ничего не знают, - объяснял Дин. – Куда им ещё податься? Слабеньких ведьм в ту же категорию кладем. Сильные тоже иногда встречаются, но с ними лучше не связываться – выпьют.
– То есть как?
– Я не знаю, это какая-то особая женская магия. Некоторые колдуньи могут у мужчин через это дело силы забирать. Вроде как на время, но встречаются такие, что навсегда. Зато мужчины удовольствия получат чуть ли не в десять раз сильнее, поэтому многие специально таких знающих ищут.
– Рисковые парни.
– Угу. Ещё в борделях фейри работают или полукровки с ними – у них обычаи другие, они вообще не понимают, почему у людей профессия считается неприличной.
– Говорят, некоторых простецовых детей обманом заставляют дать непреложный, а потом в бордели продают, - припомнил я ходившие слухи.
– Ну, да, слышал о таком, - пожал плечами мулат. – Может, и правда. Поэтому люди стараются к какой-то общине принадлежать, что она их в случае чего защитить сможет.
Кажется, парень понимает жизнь в магическом мире. У нас, по сравнению с простецами, опасностей больше и они откровеннее, народ поневоле сбивается в стаи.
Неделя отдыха закончилась, занятия возобновились. Темп их ощутимо снизился – я уже не уставал так, как прежде. Даже появилось странное ощущение, словно нагрузки не хватает. В ответ на осторожные разговоры об увеличении учебных часов получил напоминание о недавнем обмороке и совет, раз уж заняться нечем, присоединиться к охотникам. А то ведь позорище – клановый, не умеющий ходить по лесу!
За неимением альтернативы, пришлось согласиться. Тем более что с точки зрения репутации полезно. В социальном плане я представляю собой одиночку, причем клановому общественному мнению непонятно, куда меня приткнуть. По возрасту подхожу подросткам, но уже прошел инициацию и признан полноценным взрослым. Считать меня мужчиной вроде бы надо, но учусь в школе, не женат и постоянного дохода не имею, то есть не добытчик. В то же время, причина, по которой не добытчик, уважительная – учусь не абы где, а в Хогвартсе, причем оценки стабильно высокие, связи с сокурсниками установил (одна Лавгуд чего стоит!), постоянно кручусь рядом с мастерами и даже, вроде бы, чем-то им помогаю. А людское общество сложностей не любит, ему подавай ситуации простые и понятные. Поэтому имеет смысл походить с охотниками и убедить их, что Райли Стивенс – парень нормальный, без лишних понтов, дело с ним иметь можно.
В отличие от мужчин-тугодумов, женская часть социума определилась давно. Девушки моего возраста и их мамы считали меня выгодной партией со всеми вытекающими отсюда последствиями. Источников головной боли (девушек моего возраста, имею я в виду) в клане, к счастью, всего две, причем одна симпатизирует придурку Майклу, от её внимания я большую часть времени избавлен. Тем не менее, идея прятаться в лесу имеет свою дополнительную прелесть.
Охотников в клане немного. Ядро группы – дядя Оливер и ещё два моих родственника, остальные присоединяются по мере необходимости или желания. Растения собрать, опасную тварь прибить, найти фейри для торговли и всё в том же духе. Много денег эта работа не приносит, однако она необходима, поэтому все охотники получают дополнительное жалование от клана. Небольшое, но на жизнь хватает.