Ниагара
Шрифт:
– Ладно, пойдем туда, - показывает Оля. В той стороне - какие-то постройки, вроде ферм.
Через полчаса доходим до автозаправки, покупаем в магазине пиццу - ее, замороженную, тут же разогревают - и по бутылке пива. Садимся на сухую прошлогоднюю траву рядом со стоянкой и жуем.
– Зато экзотика, - говорит Оля.
Заправка воняет бензином, в траве валяется смятая
– Ну, они и уроды, - говорит Бахыт.
– А что ты думал?
– отвечаю я.
– Вот тебе настоящая Америка.
Вечер. Сидим у телевизора. Пит смотрит американский футбол. Ахмед с Мелиссой обнимаются. Энн собирается на свидание. Оля в своей комнате готовится к контрольной по Computer Science - "компьютерной науке". Ужина не предлагают, но мы и не голодные. Я вытаскиваю из рюкзака книгу Достоевский, "Записки из мертвого дома", - поднимаюсь по деревянной лестнице и стучу в дверь.
– Come in, - кричит Оля.
Я захожу.
– Можно тут у тебя почитать? А то там этот телевизор дурацкий.
– Да, конечно.
Оля сидит посередине кровати, разбросав вокруг себя учебник, тетрадь и распечатанные на компьютере бумажки.
Я сажусь на кресло-качалку в углу, раскачиваюсь и читаю. Оля шелестит бумажками.
– Вот попали, да?
– говорю я.
– Называется, Ниагарский водопад.
– Ага.
Я поднимаюсь с качалки и пересаживаюсь к Ольке на кровать. Она говорит:
– Бахыт умрет от злости. Закрой дверь изнутри.
Я закрываю дверь на защелку, осматриваю комнату - в ней нет ни музыкального центра, ни просто радио. Ладно, обойдемся без музыкального фона.
Оля сбрасывает с себя шмотки и залезает под одеяло. Я начинаю расстегивать рубашку. Снизу доносится шум телевизора. Там все еще идет американский футбол.
Утро. Мелисса молотит в дверь, кричит, чтобы шли завтракать. В кухне Бахыт злобно смотрит на нас с Олей.
– Я все расскажу твоему бойфренду, - шепчет он.
– Что ты ему расскажешь?
– Все.
– Ты не знаешь ни телефона, ни имэйла.
– Узнаю.
– Go ahead, действуй.
На завтрак - опять "бекон",
Мелисса говорит:
– Бабушка не может отвезти нас в университет. У нее дела. Давайте вызовем такси.
– Такси? Сколько это будет стоить?
– спрашивает Бахыт.
– Долларов пятьдесят - по десять на человека.
Бахыт кривится. Ахмед молчит. Он, может, и не все понял, но что надо платить десять долларов - наверняка.
– Давайте автостопом, - предлагает Бахыт.
– Нас слишком много для этого, раз, - говорит Мелисса.
– И здесь обычно не подбирают автостопщиков, здесь у всех свои машины.
– Закажите лимузин, - предлагает Пит.
– Это всего баксов семьдесят, зато будете ехать, как кинозвезды. И пить шампанское.
Он громко и дебильно хохочет, бабушка тоже.
Ахмед напряженно смотрит на него, потом говорит:
– Вы дадите нам шампанское?
Пит и бабушка хохочут опять.
– Откуда у нас шампанское?
– говорит Пит.
– Мы же не fucking кинозвезды.
После завтрака - опять гостиная, опять телевизор. На кухне Мелисса, бабушка и Пит совещаются, как доставить нас в университет. Мелисса хочет раскрутить бабушку, чтоб она нас отвезла, но она упирается.
– Здесь почти сто миль. Знаешь, сколько это бензина?
Ближе к обеду находится мужик с соседней фермы, который соглашается нас отвезти, причем бесплатно. Проблема - у него "трак", спереди только два места, а сзади - кузов. Над кузовом он обещает установить крышу, чтобы получился фургон.
Три часа. "Трак" подъезжает. Сзади - фургон, но он весь заставлен какими-то ящиками. На них лежит матрас. Я, Бахыт и Оля забираемся на него и ложимся на спину. Ахмед и Мелисса садятся в кабину.
Чтобы убить время, всю дорогу поем песни. Чаще всего - "Гуд бай, Америка".
На кампус въезжаем в шестом часу вечера, говорим дядьке "спасибо" и расходимся по своим общагам. Моя - на самом краю кампуса. Навстречу идет девушка. Я не знаю ее, но она смотрит на меня и растягивает губы в резиновой улыбке.