Нихил

Айдем М. К.

– Нажми здесь, чтобы включить его, – он слегка прикоснулся к кристаллу прямо у входа в кабинку, – а это – для того, чтобы отрегулировать температуру, – его палец указал на следующий кристалл. – На полке есть моющее средство, и я дам тебе мочалку.

Он повернулся, чтобы достать мочалку из шкафа за спиной, и замер, когда развернулся обратно.

Маккензи уже включила воду и стояла там, запрокинув лицо, позволяя непрерывному потоку воды сбегать по её телу, пропитывая те лохмотья, что она носила. «Богиня, от неё, даже в таком состоянии, перехватывало дыхание!» Он хотел быть с ней. Обнаружил, что

ему необходимо быть рядом с ней.

– Маккензи... – его голос оказался ниже и грубее, чем он предполагал.

– Хмм? – спросила она, на лице по-прежнему было блаженное выражение.

– Я не могу оставить тебя одну… оставить тебя очищаться... в одиночестве. Вдруг ты упадешь?

Из-за невероятного ощущения воды, стекающей по ней, Мак поняла, что позабыла о том, что Нихил тоже находился в комнате. В шахте не было места для скромности и уединения, даже когда они с Джен были в маленькой пещере. Её руки быстро накрыли грудь, которая когда-то была третьего размера, но теперь почти отсутствовала, и островок волос между её ног, который раньше девушка состригала и сбривала, хотя остатки её одежды все ещё покрывали их.

– Прости, я не подумала, я просто так сильно хотела помыться, я просто... – она отвернулась от него.

– Нет, я не хотел, чтобы ты... – расстроено Нихил провел рукой по волосам, заставляя его суджа-бусины со злостью удариться друг о друга. – Я не очень хорошо объясняю. Я не привык к этому.

– К чему? – спросила она через плечо.

– Говорить с женщиной, – признался он. – С красивой женщиной.

– Я не красивая, – возразила она. – Я очень грязная и от меня воняет. Я скинула слишком много. Я имею в виду, что знала о том, что мне нужно было похудеть, но я никогда не хотела иметь нулевой размер. Размер «десять» – возможно, но даже это для меня было бы многовато, поскольку я люблю поесть (Прим. 10 размер в США – 44-48 российский).

– Для меня ты самая красивая... Ты была крупнее? – спросил Нихил с надеждой. кализианки были больше, чем Маккензи, и выше. Не такие высокие, как он, но на добрых шесть или восемь дюймов выше неё, и они гордились своими формами. Было даже почетно иметь немного лишнего веса. Это означало, что мужчина этой женщины был в состоянии удовлетворить все её потребности.

– Да, – нахмурилась Мак на то, каким счастливым, казалось, стал Нихил.

– Значит, мы позаботимся о том, чтобы ты снова стала такой?

– Ты хочешь, чтобы я стала больше? – Мак не могла поверить в это.

Это было совсем не тем, чего бы желали мужчины на Земле. По крайней мере, не те, которых она когда-либо встречала. Они всегда хотели этих супер тонких и супер подтянутых женщин, и Мак всю жизнь боролась со своим весом. Она не была слабой или ленивой. В конце концов, большую часть своего времени она проводила в пеших прогулках, поездках на велосипеде или была проводником в горах. Маккензи была активна, но она, казалось, всегда имела лишний вес в области груди, попы и бёдер. Неважно, сколько диет она перепробовала, она никогда не худела. Её дедушка звал её «пышкой». Он говорил ей, что Бог создал её именно такой, какой и хотел; что у Него была причина, по которой она была такой. Может быть, дед был и прав, потому что лишний вес помог ей прожить на тех мизерных порциях, которые она и Джен позволяли себе. Они согласились в том, что ребятам были

нужны порции больше, чем у них, поскольку парни работали в шахте. Когда удавалось, Мак даже подкладывала в тарелку Джен, так как Джен весила намного меньше неё.

– Я хочу, чтобы ты стала такой, какой создала тебя Богиня, – сказал ей Нихил, его взгляд по-прежнему не отрывался от неё. – Я пытался сказать, что хоть ты и была достаточно сильна, чтобы выжить, сейчас ты ослаблена. Я понимаю, почему ты хочешь очиститься, но это займёт некоторое время, и ты можешь устать и поскользнуться. К тому же, ты не сможешь дотянуться до некоторых мест. Для меня будет честью, помочь тебе в очищении, если ты позволишь.

– Ты тоже разденешься? – спросила Мак, взглянув на него.

– Нет! – сразу же возразил он.

«Я не ожидаю, что ты позволишь», – он едва остановился, чтобы не произнести это.

– Я останусь в штанах. Я только хочу быть с тобой, Маккензи, чтобы помочь. Ты позволишь?

Мак не догадывалась, что когда она повернулась лицом к Нихилу, пока он говорил, её намокшие лохмотья прилипли к ней, как вторая кожа. Она думала о том, как они разделят душ, о том, как он прикоснется к ней. По какой-то причине у неё перехватило дыхание. Ну... не по какой-то причине. Она знала причину... Нихил был великолепен. И отличался от всех, кого она когда-либо встречала. Да, он был большим, очень большим, но его размер не пугал девушку. Возможно, если бы она встретила его до того, как её похитили, она бы испугалась, но теперь его размер заставлял её чувствовать себя в безопасности, а она не чувствовала подобного слишком долго.

– Позволю, – она взяла его за руку. – И это честь для меня, Нихил. Спасибо.

Нихил прикрыл глаза от её прикосновения, затем вручил ей мочалку, отошёл и начал снимать мундир.

Мак знала, что она должна была бы уже использовать мочалку и начать мыться. Именно поэтому она и вошла в очищающий блок, будучи полностью одетой. Потому что она хотела смыть с себя всю ганглианскую и залудианскую грязь. Но она так и не смогла оторвать взгляд от первоклассного мужчины, обнажавшегося перед ней.

Нихил начал с ног, расстегивая ремни на плотно прилегающих к телу сапогах. Сняв их, он вытащил оружие, о существовании которого она даже не подозревала, и положил его на стойку за собой, прежде чем пинком отшвырнуть ботинки. Затем его руки потянулись к пряжке, расположенной на поясе его узких черных штанов, сидящих низко на бедрах, и Мак затаила дыхание. Она не собиралась напоминать ему, что он хотел их оставить. Когда пряжка расстегнулась, оказалось, что это был бластер с правого бедра, который он отложил за спину. Затем настала очередь мечей, закрепленных у него за плечами. Они присоединились к остальному оружию на стойке. Наконец, он снял жилет, едва прикрывавший его мощную грудь, и просто швырнул его на пол.

– Что-то не так, Маккензи? – спросил он, заходя в душ.

– Я... что... нет, – заикалась она. – Почему ты так решил?

– Потому что ты не очищаешься. Тебе плохо? Слабость? – он взял мочалку из её рук. – Встань здесь, откинься на меня.

Мак не сопротивлялась, когда большие мозолистые руки Нихила легко коснулись её лопаток, подтащив её ближе так, чтобы она могла прижаться головой к его груди.

– Позволь мне очистить твои волосы? – попросил он тихо.

– Мои волосы? – Мак взглянула на него, опершись на его грудь подбородком.