Нихил

Айдем М. К.

– Двадцать? – Луол послал Нихилу острый взгляд. – Я лечил всего троих.

– Почему это вас удивляет? – она поймала взгляд Луола, брошенный Нихилу.

– Джербоянцы идеально подходят для сложных условий добычи полезных ископаемых. Это то, чем они обычно занимаются. Если они приехали с вами, и их так мало выжило... Это означает, что вы и ваши люди были там намного дольше, чем мы предполагали.

– А что вас удивляет? Что такой мелкий, ничтожный вид, который даже не путешествовал в космосе, может прожить дольше, чем тот, который вы знаете?

– Я

не считаю вас или ваш вид ничтожными, Маккензи. Но да, я удивлен, что вы смогли продержаться так долго. Залудианцы не знают, как обходиться с теми, кого они порабощают... любезно.

– Я знаю это из первых рук.

– Да, к сожалению, – согласился Луол. – Теперь давайте убедимся, что вы можете получить доступ к информации, которую предоставил вам обучатель. Вы знаете, как далеко Крарн отсюда?

Мак на мгновение задумалась.

– Да, в трёх днях пути.

– Хорошо. Вы знаете, кем был канцлер Аади Рейнер?

Мак увидела, как Нихил слегка дёрнулся и нахмурилась.

– Я так понимаю, это не стандартный вопрос?

– Почему ты спрашиваешь об этом, Луол? – Нихил ещё на шаг приблизился к своей Эша.

– Мне нужно убедиться, что она понимает мир, в котором находится сейчас, Нихил. Всё о нем. Это самый быстрый способ узнать это.

– Почему ты так обеспокоен, Нихил? – Мак почти протянула руку, чтобы прикоснуться к нему, но потом вспомнила, что она была зла на него.

– Я не хочу огорчать тебя ещё больше, – Нихил уставился на Луола.

– Но почему... – девушка вдруг поняла, почему он так беспокоился, начав тереть виски, когда хлынул поток информации. – Канцлер Аади... Он – одна из причин Великой инфекции. Причина того, почему ничего съедобного больше не растет в Кализианской Империи.

– Да, – подтвердил Луол.

– Генерал Рейнер, связан с ним? – она адресовала свой вопрос к Нихилу, любопытствуя, скажет ли он ей правду.

– Отдалённо, – мгновенно признался Нихил, не желая видеть хоть каплю её сомнений в правдивости его слов. – Но он ничем не напоминает своего предка.

– Ты уверен?

– Да.

– Есть что-нибудь ещё, о чем бы вы хотели меня спросить? – девушка вернула своё внимание Луолу.

– Ещё один вопрос.

– Хорошо.

– Теперь вы понимаете, что для кализианца означает найти свою истинную пару?

– Я... – Мак почувствовала, как её горло перехватило, когда она, наконец, поняла, чем в действительности являлась истинная пара. Это было похоже на родственные души на Земле, но значило гораздо больше. Шарик, который она носила, бусина Нихила позволяла ему чувствовать всё, что чувствовала она, знать, была ли она в безопасности и жива ли. Маккензи в шоке посмотрела на Нихила и увидела правду в его глазах. Истинная связь между парами была так сильна, что, когда один уходил к Богине, другой почти всегда хотел уйти вслед за ним.

Мак поднялась с дивана и направилась к нему, хлопнув обеими ладонями по его груди, заставляя его слегка отклониться назад.

– Ты никогда не сделаешь этого!

Нихил слегка крякнул от того, что ладони девушки обожгли его кожу,

но мужчина приветствовал любое прикосновение, которым она была готова осчастливить его.

– Маккензи...

– Обещай мне, Нихил. Я жду! – потребовала она, сжав его жилет и потянув Нихила к себе.

– Я никогда не дам тебе клятву, которую не намерен сдержать, моя Макензи. Поэтому я не могу обещать этого, – ответил он ей, позволяя тянуть его вниз.

– Это просто смешно! Ты меня едва знаешь! У тебя нет никаких причин, чтобы...

– У меня есть причины! – прорычал он, протягивая к ней руки. – Я уже готов пожертвовать своей жизнью, чтобы защитить тебя, хотя знаю тебя только один день. Я не могу себе представить насколько буду опустошен, если тебя не станет в моей жизни.

– Но... – начала она, прежде чем Нихил приподнял её и накрыл её рот своим.

Мак обнаружила, что тонет в его поцелуе, и его эмоции захлестывают её.

Сожаление.

Одиночество.

Сомнение.

Желание.

Неопределенность.

Но самым сильным, самым неоспоримым чувством, которое прошило её насквозь, была его всепоглощающая любовь... к ней. Оторвав губы от его губ, Маккензи посмотрела на него испуганными глазами.

– Это невозможно... – прошептала она.

– Это правда, потому что я чувствую это. Ничто не изменит этого. Даже смерть. Ты делаешь меня цельным и придаёшь мне сил. Я и не знал раньше, как был одинок. Теперь ты – всё, что имеет для меня значение, Маккензи.

– У тебя есть твои люди, твой Император, твои обязанности.

– Всё это я бы охотно оставил, если бы это означало, что ты в безопасности.

– Нихил... – девушка протянула руку, пробежав по его губам дрожащими пальцами.

– Это правда, малыш. Я знаю, тебе потребуется время, чтобы полностью принять всё это. Но я не сомневаюсь, что ты – моя истинная пара, и я надеюсь, что однажды ты сможешь простить мои необдуманные слова и согласишься стать моей Эша, – мужчина нежно поцеловал её пальцы. – А сейчас, как и обещал, я отведу тебя к твоим людям.

***

Мак стояла в дверях блока выживших, пристально разглядывая окружающее пространство. Оно представляло собой одну большую открытую комнату с серыми стенами и ещё несколькими дверями на одном конце. У всех выживших была своя территория. В дальнем углу, где были установлены раскладушки, находились все её друзья, на них были серые капюшоны. Испустив легкий вздох облегчения, Маккензи поспешила к ним.

Нихил едва сдержался, чтобы не схватить Маккензи и не вытащить её из комнаты, особенно когда мужские руки стали обнимать её. Мужчина знал, что это были её люди, и они все хотели бы поприветствовать Маккензи, но это противоречило его инстинкту, запрещавшему позволять им прикасаться к ней с такой фамильярностью. Нихилу не нравилось, что он не мог понять, о чём говорили люди, поскольку все они, включая Маккензи, общались на своём родном языке. Но то, что он больше всего не мог стерпеть – это потерять из виду её золотисто-каштановые локоны. Зарычав, мужчина пошел искать её.