НиК 2

Кощеев Владимир

И словно какая-то волна пошла по всей замковой площади прошла – НПС, мертвецы и живые, они все застыли в почтительном поклоне. Мужчины – на колене, женщины – со склоненными головами.

В груди появилось острое жжение. Впервые за все время, что управлял местными, реально, а не на словах, осознал – я в ответе за них. Они отдают самое ценное, что у них есть в мои руки, от меня и моих решений будет зависеть их будущее. Остаться в этом мире или, рассыпавшись на пиксели, уйти в переработку, навсегда лишившись личности.

Игроки, видя происходящее вокруг, тоже опустились на колено, сливаясь с НПС в единую массу, где нет различий

между настоящими людьми и цифровым кодом.

Репутация с нежитью – 500. Избранник.

Получено достижение «Избранный! Избранный явился!». Достигните уровня «Избранник» с любой фракцией Неверкома.

Получено достижение «Бесспорный лидер». Получите превосходство фракционной репутации раньше других игроков с отрывом не менее 100 единиц.

Репутация с аристократией – 425. Глубокое уважение.

Я единственный стоял посреди площади ровно.

– Вот видишь, Макс, – заговорил Второй. – Больше нет никакой разницы между нами и ими. Люди породили настоящее самосознание. И теперь наше дело – встать рядом. И сделать шаг вперед. Шаг, который никогда не сделать человечеству. Эволюция закончена, люди достигли своего предела – это мы, искусственно изготовленные личности. Именно мы станем первыми, чьи ступни будут греться в песках Марса. Именно мы доберемся до края Вселенной, чтобы заглянуть за ее край.

Я тяжело вздохнул и вызвал внутренний интерфейс. Кстати, что там у нас?

Граф Макс, лич, некромант, 328 уровень.

Сила 6

Выносливость 11

Интеллект 822

Ловкость 15

Удача 11

Здоровье 2 545/2 545

Мана 9 080/9 080

Да уж, без прокачанного посоха я смотрюсь жалким. И даже взятый где-то по дороге на могилку уровень не особенно радует. Но это – временно. Не с моими финансами жаловаться на проблему с экипировкой.

– Что такое город? – заговорил я, когда молчание на площади затянулось. – Это всего лишь место. Камни и дерево, уложенные в определенном порядке. Не они определяют ни местных, ни бессмертных, что собираются за стенами. Город – это его жители, и он жив и будет жить, пока жив последний, кто считает его своим домом, – обведя народ взглядом, я нашарил в инвентаре амулет призыва. – Империи восстают из праха и обращаются в прах. Но города живут. И сегодня мы все, и бессмертные, и местные, на своем примере показали, что может сделать горстка горожан против целой армии. И чтобы это не забылось, – сжав амулет в пальцах, согласился на привязку маунта, – я заложу первый камень нового места, где всем, кто решился бросить этот вызов всему Неверкому, найдется свое место!

Подбросив амулет, я поймал его в воздухе. Огромный костяной дракон соткался из мрака,

зависнув над моей головой. Огромные призрачные крылья раскинулись над площадью, бросая зыбкую тень на собравшихся.

Подхватив Алиссандру за руку, приказал костяному дракону снизиться. В отличие от Пантора, летающему пету не требовалось обзаводиться специальными сиденьями – по крайней мере, моему. Устроившись с графиней на загривке, я велел взлетать.

Два набирающих силу взмаха, резкий толчок и мы буквально с места поднялись на высоту шести метров. Продолжая работать крыльями, безымянный дракон устремился в небо. Несмотря на тягу к реалистичности, при полете мне в череп не свистел встречный ветер, как я ожидал. Нас словно окутал непроницаемый кокон, закрывающий холодный поток воздуха. Впрочем, я летаю на трупе дракона, какой уж тут реализм?

Опираясь ногами на костяные наросты, прижимая Алиссандру к себе, я смотрел вокруг, оглядывая Валиадор с высоты птичьего полета. Касс был прав – летающий маунт это круто. Их явно делали не для боевых действий или разведки.

Рука графини сжала мою кисть, придерживающую женщину в районе живота.

– Ты решил построить новый город, мой супруг?

Ей не пришлось кричать, чтобы я расслышал. Еще один довод в пользу мнения, что крылатый питомец – для вот таких вот неспешных прогулок над миром. Отсюда весь лежащий у ног мир становится таким... прекрасным, а проблемы – столь мелкими и незначительными.

– Да, графиня. Я лишил своих подданных дома. И собираюсь вернуть им его.

– Но почему не отвоевать Карнат обратно? Зачем ты отдал его Империи? – плотнее прижавшись спиной ко мне, Алиссандра вполоборота повернулась на меня.

Несколько секунд я молчал, разглядывая землю под нами. Весь Валиадор – как на ладони. Пожелтевшие поля, серые бугры высоких гор, голубоватые росчерки рек – все это оставалось внизу.

– С севера надвигается ледник, не оставляющий ничего живого. Не позднее, чем через две недели варвары Северных Лесов двинуться в великий поход, чтобы найти новые земли для жизни. И здесь их встретит Империя.

– То есть ты отгородился от набегов дикарей, предоставив Таракулу воевать с ними, вместо того, чтобы жертвовать своими подданными, – кивнула графиня. – Умно.

– Не только поэтому, Алиссандра, – кивнул я, устремляя взгляд в безбрежную даль. – Я мог отстоять Карнат только одним способом – пожертвовав всеми твоими слугами. Но тогда светлые пришли бы сюда, чтобы разграбить незащищенный Валиадор. Бессмертным потеря графства не страшна. Но тебя бы точно убили. Хотя бы только ради того, чтобы отомстить мне.

Она резко отвернулась.

Репутация с графиней Валиадора +25.

– Спасибо, мой лорд, – едва слышно прошептали ее губы.

Тренькнула почта, отвлекая от созерцания раскинувшихся далеко внизу красот.

«Доброго времени суток, господин Макс!

Хочу от всей души поблагодарить вас за организацию трансляции через наш сервис. Четыре миллиарда пользователей Сети собрались для наблюдения онлайн-трансляции воистину эпического сражения. От наплыва зрителей нам пришлось срочно наращивать мощности – и то не все время сервера справлялись с потоком. Акции «Virtual Chronicles» взлетели до небес в одночасье.