Ник
Шрифт:
Поморщившись, я приоткрыл один глаз. Странно, небо… Облака плывут… Через пару мгновений до меня дошла абсурдность ситуации – на потолке не может быть облаков! Раскрыв оба глаза, я попытался оглядеться. Голова почему-то не поворачивалась, да и тело я почти не ощущал.
– Эй! Кто тут есть? – прохрипел я.
– Ник! Как здорово, что ты очнулся! – Чей-то радостный голос просто оглушал меня. – Я уже думал, тебе трындец пришел! Я тебя уже сутки пытаюсь разбудить, а ты лежишь как мертвый и не реагируешь, а я зову тебя, зову, а ты не отвечаешь. – В голосе помимо облегчения стали появляться плаксивые девчачьи нотки.
– Ты
– Ник, это же я, Умник! – испуганно проговорил голос. – Ты что, меня совсем не помнишь?
– Умник? – И тут я все вспомнил. От неожиданности охнул.
– Ник?
– Все в порядке, Умник. Все, я загрузился.
– Слава богу! – В голосе Умника чувствовалось такое облегчение, что я ему даже позавидовал.
– И какому из пятнадцати известных мне богов слава? – не удержался я от подколки.
– Всем, Ник, всем. – Умник уже успокоился.
– Что, все так плохо?
– Я уже начал так думать, Ник. В принципе все прошло нормально, – поспешил отчитаться Умник. – Мне пришлось только несколько раз вмешаться в процесс с корректировками. Процесс физического изменения проходил вполне нормально, вот только при инициации связи с информсетью сначала возникли проблемы. Для начала я открыл совсем узенький канал, но ты сразу стал закачивать в себя огромное количество энергии, которая непонятно куда девалась. Я испугался. Потом сообразил, что у тебя просто бездонная емкость. И я не знаю, хорошо это или плохо. У Дронта по сравнению с тобой емкость накопителя энергии все-таки была ограничена. С другой стороны, ты сможешь накапливать очень много энергии, подключившись к информсети всего на некоторое время, а не постоянно поддерживать с ней связь. В общем, с этим надо разбираться по ходу дела. На данный момент все программы запущены, и процесс изменений пошел.
Мы помолчали: я пытался переварить информацию, а Умник молчал за компанию.
– А почему я не могу пошевелиться? – наконец спросил я.
– Ничего страшного, – успокоил меня Умник. – Ты ведь целых пять дней пролежал без движения. Кроме того, в твоей нервной системе, да и во всем организме произошли изменения. Твоему мозгу необходимо освоиться с ними. Ты просто потихоньку пытайся шевелиться, думаю, много времени адаптация не займет.
Примерно после часа непрерывных попыток, когда отчаяние было уже не за горами, пальцы на правой руке шевельнулись. Дальше дело пошло легче. И еще через пару часов я, кряхтя, как столетний старик, выбрался из своей природной ванны. Организму явно не хватает строительного материала – есть хочется зверски. Даже «живая» вода не спасала. А я и не предусмотрел такого результата и ничего не оставил поесть. Пришлось плестись на ягодную полянку. Ветерок приятно касался моего обнаженного тела – с одеждой я решил обождать, – и я долго ползал в кустах, объедая куст чего-то вроде малины, только без шипов на ветках.
Прошла еще пара дней, пока я окончательно оклемался. В этом мне, кстати, сильно помогли тренировки с шестом. Особых изменений в себе я не чувствовал. Обидно. Но Умник заверил: физика моего организма уже такова, что постоянные тренировки позволят без особых проблем увеличивать его возможности.
Жизнь шла по накатанной колее, я тренировался, охотился, пытался прочувствовать свой организм, понять, что в нем изменилось, когда
Глава 11
Уже несколько дней Умник чувствовал слабые флюктуации информсети в районе заповедника. Причем возникали они где-то извне, перемещаясь в сторону заповедника и рассасываясь здесь. Флюктуации очень слабые, ни на что не влияющие. Умник предположил, что это вектор чьего-то внимания, направленного на заповедник.
Угу, прикинул я, кто-то пингует нас. А что это может означать? Я попытался проанализировать ситуацию. В голову приходило только, что хозяева наконец заинтересовались происходящим в заповеднике. Похоже, закончилась моя относительно спокойная жизнь. Я спросил у Умника совета, как мне поступить: ждать хозяев или потихоньку слинять.
– Понимаешь, Ник, – задумчиво протянул Умник, – земли эти принадлежат эльфам, которые крайне болезненно воспринимают все, что происходит на их земле без их ведома. Судя по информации, снятой с одного эльфийского претендента на могущество, посетившего меня почти две тысячи лет назад, в таких случаях они сразу убивают нарушителей, даже не разбираясь в причинах нарушения. Вряд ли за это время что-то изменилось. Как я говорил, эльфы живут столетиями, а некоторые особи доживают и до тысячи лет. Сам понимаешь, за несколько поколений общество не сильно меняется.
– М-да, – протянул я. – И что же мне делать? Ты же у меня умник, вот и посоветуй, как поступить.
– А что тут советовать, – усмехнулся Умник, – когти надо рвать отсюда, если не хочешь почувствовать на собственной шкуре, насколько остры стрелы у эльфов.
– Так, ладно, – остановил я поток красноречия Умника, – сколько у нас времени?
– А вот этого я не знаю. – Я представил, как Умник пожал плечами. – Но советую тебе не задерживаться, лучше выдвинуться сегодня вечером, тем более он уже на носу. Будем надеяться, что в оставшееся до вечера время никто сюда не пожалует.
Честно говоря, я немного растерялся. Я как-то уже привык к этим местам. Можно сказать, прижился. Да и боязно отправляться в неизвестность. Но я понимал, что этот этап жизни подходит к концу. И неизвестно, какие испытания мне уготовила судьба.
Пока я собирался, Умник пытался на основе известной ему информации составить маршрут движения. Как он объяснил, эта местность располагается в глубине территории эльфов, и выбраться отсюда беспрепятственно будет сложно. К тому же лес – их дом родной. Но до восточной границы, в сторону человеческих поселений, расстояние намного ближе, так что идти стоит именно туда. За неделю-две туда вполне можно дойти.
Я с сомнением оглядел свои пожитки. Ничего-то мне и собирать не надо. Как появился я тут с одной сумкой-рюкзаком, в джинсах, рубашке и куртке, так ничего нового у меня и не прибавилось, за исключением шеста-копья да нунчаков. Кстати о птичках.
– Умник! – Я с сомнением рассматривал свои кроссовки – они хоть и потрепались, но выглядели еще крепкими. Но спросить его я хотел о другом: – Не посоветуешь ли чего насчет субноута? Брать его с собой не хочется, мало ли что в пути случится, вещь относительно хрупкая, но и оставлять стремно. В нем много полезной информации, но если оставить здесь, я все равно не смогу достучаться до него на большом расстоянии. Что скажешь?