Никогда Никогда
Шрифт:
– Старки, где мы?
Старки пожала плечами.
– Капитан, я бы сказал, что мы в Нетландии.
Джеймс затряс головой, будто хотел избавиться от чего-то надоедливого.
– Этого не может быть.
Он повернулся к команде и сердито глянул.
– Вы, бездарные шавки! Вы что, не видите, что мы вернулись обратно? А ну соберитесь и направьте этот корабль прочь от Нетландии!
Пираты засуетились, быстренько разворачивая корабль от очередного пирса Нетландии. Не прошло и часа, как Джукс снова закричал:
– Эй, там земля!
И Джеймс снова, не мигая и сжав кулаки, смотрел, как они
«Невозможно. Просто невозможно. Эти слабаки точно разворачивают корабль обратно».
Он это исправит, и уже через две недели будет пить дома чай с молоком и смеяться с мамой и папой над всеми его приключениями в Нетландии.
Несмотря на радостные мысли, его одолевала паника. Он бросился к пирату, управлявшему кораблём, и решительно отбросил его в сторону, не отдавая себе отчёт, что этой гадкой привычкой он обязан Питеру.
– Глупец, - прорычал он и сам взялся за руль. Но это было бесполезно. Снова и снова, весь день он командовал экипажу разворачивать корабль прочь от Нетландии. И снова и снова он приходил к тому, с чего начал - к ненавистным берегам, которые желал больше никогда не видеть.
Джеймс всё больше и больше поддавался панике, с каждым взглядом на берега Нетландии отказываясь принять, что это место его не отпускает. Нет. Он мужчина. И не просто мужчина - капитан пиратов. Он сможет справиться с этим чёртовым кораблём. Он сможет это сделать. Сможет.
Наступила ночь и на небе загорелись звёзды и луна. Пираты выглядели уставшими и вымотанными. Все, кроме Джеймса, который был просто в бешенстве. Его глаза, дикие и яростные, налились кровью, и он почти себя не контролировал. Проклиная звёзды, движущиеся слишком быстро, проклиная любого, кто приблизиться к нему слишком близко, Джеймс продолжал бурчать себе под нос, выворачивая руль то так, то эдак, но постепенно каждая мысль, каждая эмоция в нём сменялись отчаянием. Он запустил руку в волосы и яростно провёл по коже ногтями, оставляя под ними следы крови. Но Джеймса это не волновало. Его мышцы горели, нервы были напряжены до предела, и когда маленькая рука опустилась ему на плечо, он подскочил.
– Капитан, - сказал мягкий голос.
Джеймс не хотел отвечать.
– Капитан, если я могу...
Джеймс закрыл глаза и расслабил плечи.
– Что, Сми?
Сми положил ладонь Джеймсу на плечо.
– Кажется, мы сегодня не покинем док, сэр.
– Это так?
– Возможно, вам нужно немного отдохнуть, - сказал Сми, говоря мягко, как мать, уговаривающая ребенка поспать.
– Возможно.
Джеймсу Крюку не хватило даже сил придумывать какой-то толковый ответ, поэтому он просто повторял за Сми. Он потерпел поражение.
– Почему бы вам не отпустить штурвал, капитан?
– произнёс Сми, оглядывая корабль, который, как успел краем глаза заметить Джеймс, был полон неподвижных от усталости людей.
– Почему бы мне не отпустить?
– вздохнул Джеймс и сделал так, как посоветовал этот полный, добродушный пират.
– Идите и отдохните.
Джеймс не ответил, а просто зашагал к себе в каюту. Не раздумывая, он снял жилет, шляпу, сапоги, рубашку и упал на мягкую кровать. Но теперь она не казалась такой уж мягкой. Хоть он не видел, но его ужасный шрам был на месте,
Глава 11
Утром Джеймс пришёл в чувство. он торопливо расхаживал по комнате туда-сюда. Теперь, когда показались дневные лучи, и Джеймс обдумывал случившееся, он почувствовал себя очень смущенным. Вчера он показал себя не с лучшей стороны, особенно, как капитан. И он же не был и вправду Капитаном, не так ли? Он был лунатиком. Он был почти уверен, что команда поднимет против него бунт, как только он покажется им на глаза, и запрет его в каком-нибудь потаенном уголке Нетландии. А затем, посреди ночи, его пожрут какие-то ужасные, вызванные воображением какого-то ребёнка, чудища Нетландии.
Когда же Джеймс наконец-то набрался храбрости и вышел из своей каюты, то никакого бунта не обнаружил. Вместо этого, вся команда собралась на палубе за старым столом и, как и прошлым утром, с аппетитом поглощала завтрак. Когда один из пиратов заметил Джеймса, он растянул рот в широкой беззубой улыбке и слегка коснулся своей потрепанной шляпы в знак приветствия. Остальная команда, поняв, что появился их капитан, повела себя точно так же.
– Доброе утро, Капитан, - сказал Джукс, широко улыбаясь, от чего татуировка маленького черепа с перекрещенными костями сморщилась на его щеке.
– Доброе утро, - сказал Джеймс.
Джукс вежливо кивнул, и Джеймс чуть не рассмеялся. Такая искренняя приверженность этикету этого огромного человека совершенно не соответствовала его внешности, не говоря уже о его профессии.
Джеймс улыбнулся и приблизился к столу, вдыхая теплый запах свежего хлеба и жареного мяса. Ему оставили место во главе стола, так что он сел туда, царапая пальцами ног пятна от краски на полу. От голода у него потекли слюнки, и новоявленный «пират» схватил гигантскую ногу индейки и впился в нее зубами. Несколько лет назад, Джеймс счел бы странным есть индейку на завтрак. Однако в последнее время он не многое бы назвал «странным». Джеймс сохранил большую часть этикета, поэтому, когда сок потек вниз по его подбородку, он постарался вытереть его как можно быстрее.
– Капитан, - голос Старки разнесся над шумом команды.
– Старки.
– Сегодня мы снова будем плавать, сэр?
Команда затихла и уставилась на Джеймса. Он же в ответ оглядел их всех, на лице ни у одного пирата не было никакого сомнения. Вместо этого на лице у Старки была написана глубокая искренность, а у Сми – невинная готовность следовать куда угодно. Глаза Джукса были удивительно теплыми с морщинами в уголках. Они были готовы делать все, что пожелает их капитан.
Джеймс был поражен этим и откинулся на спинку стула, откровенно разглядывая, как ему казалось, и, несмотря на вчерашний маразм, весь экипаж был готов его слушать... и им уже не терпелось действовать. Он чувствовал большую ответственность. Хотя большая его часть хотела снова попробовать отправиться в Лондон, другая часть знала, что это бессмысленно. Он задумался на мгновение.