Николае
Шрифт:
— Стой! — крикнул часовой. — Здесь закрытая зона!
— У меня есть разрешение! — прокричал Рейфорд в ответ, размахивая своим удостоверением разведывательного отдела.
Добравшись до Рейфорда, часовой взял в руки документы и тщательно изучил их, переводя взгляд с лица Рейфорда на фотографию.
— Ух ты! Пропуск степени 2-А. Вы работаете на самого Карпатиу?
Рейфорд кивнул и повернул голову в направлении того, что недавно было фасадом здания. Тела, лежавшие аккуратными рядами, были накрыты.
— Кто-нибудь остался в живых? — спросил
— Доносятся голоса, — ответил врач, — но пока что мы ни до кого не смогли добраться вовремя.
— Помогите или отойдите в сторону, — сказала крупная женщина, толкнув Рейфорда сзади.
— Я ищу Брюса Барнса, — сказал Рейфорд. Женщина заглянула в свой список.
— Посмотрите здесь, — сказала она, указав на шесть тел. — Родственник?
— Он был мне ближе, чем брат.
— Хотите, чтобы я вам помогла?
Лицо Рейфорда исказила гримаса боли, и он едва пробормотал что-то в ответ: «Я был бы вам признателен».
Она по очереди вставала на колени перед каждым из тел, ища нужное, а в горле Рейфорда нарастал горький комок. Подняв простыню над четвертым телом, она заколебалась и проверила оставшуюся нетронутой манжету, потом обернулась к Рейфорду, который тотчас все понял. Из его глаз потекли слезы. Женщина медленно откинула простыню, открывая Брюса. Тот лежал неподвижно, но с открытыми глазами. Тяжело дыша, Рейфорд пытался' справиться с охватившими его чувствами. Он протянул руку, чтобы закрыть Брюсу глаза, но женщина произнесла: «Я не могу вам этого позволить. Я сделаю это сама».
— Вы бы не могли проверить пульс? — справился с собой Рейфорд.
— Сэр, — ответила она с глубоким состраданием в голосе, — тела не выносят сюда, пока не констатируют смерть.
— Пожалуйста, — прошептал он, теперь уже не скрывая своих слез. — Для меня.
Пока Рейфорд, закрыв лицо руками, стоял посреди шума начинавшего свой новый день пригорода, эта незнакомая ему женщина прижимала большой и указательный пальцы в той точке, где под челюстью пастора должна была пульсировать кровь. Не поворачиваясь к Рейфорду, она отняла руку, накрыла голову Брюса простыней и вернулась к своим обязанностям. У Рейфорда подкосились ноги, и он встал на колени посреди грязной мостовой. Вдалеке ревели сирены, повсюду вокруг него вспыхивали сигнальные огни. Менее чем в миле отсюда его ждала семья.
Но в эту минуту не существовало ничего, кроме Рейфорда и Брюса. Не было учителя и наставника, а только они одни.
Неся в душе ужасное известие, Рейфорд побрел назад, к подножию холма. Из каждого автомобиля, мимо которого он проходил, доносились позывные Канала Радиовещания при Чрезвычайных Положениях. Вашингтон стерт с лица Земли. Аэропорт Хафрау уничтожен. Смерть царила в египетской пустыне и в небе над Лондоном. Нью-Йорк с тревогой ожидал своей участи.
Красный Конь Апокалипсиса неистовствовал.
ГЛАВА 1
Наступили страшные времена.
Рейфорд Стил сидел за рулем взятого напрокат «Линкольна». Колени его болели.
Он не раз падал на
Рейфорд почувствовал, что на него смотрит Аман-да. Успокаивая, она положила руку ему на бедро, а сидящие позади него дочь Хлоя и ее муж Бак положили руки ему на плечо.
— Что теперь? Что нам делать без Брюса? Куда направить свой путь? погрузился в тяжелые раздумья Рейфорд.
Канал Радиовещания при Чрезвычайных Положениях монотонно сыпал новости о царящих по всему миру хаосе, опустошениях, терроре и разрушениях. Комок в горле мешал ему говорить, и Рейфорд старался отвлечься от мрачных мыслей, маневрируя в некстати образовавшихся пробках. Куда ехали все эти люди? Что они ожидали увидеть? Может быть, они боялись, что еще будут сброшены бомбы или выпадут радиоактивные осадки?
— Мне нужно попасть в Чикагское бюро, — сказал Бак.
— Ты можешь взять этот автомобиль, после того как мы доберемся до церкви, — Рейфорд нашел в себе силы заговорить. — Я хочу сказать несколько слов о Брюсе.
Миротворческие силы Мирового Сообщества, осуществлявшие контроль за действиями местной полиции и отрядов подкрепления, присланных для поддержания порядка, направляли транспортный поток и пытались помочь людям вернуться домой. Рейфорд положился на свое знание пригородов Чикаго, где он прожил много лет, и использовал окружные пути, чтобы обогнуть основной поток машин, застрявший в безнадежной пробке.
Рейфорд подумал, что не стоило бояться показывать свою слабость и противиться Баку, который хотел сесть за руль машины. Честолюбие пилота безгранично! Сейчас ему хотелось свернуться в клубок и плакать до тех пор, пока не навалится сон.
С момента исчезновения его жены и сына вместе с миллионами других людей прошло уже около двух лет. Рейфорд не испытывал больше никаких иллюзий о том, какое место в сумерках истории занимает его жизнь. Он жил с глубокой болью и сожалением в сердце, чувствуя себя опустошенным. Это было так тяжело…
Но все могло быть намного хуже, не обратись он к вере в Христа и останься потерянным навеки. В его жизни случилось многое, за что нужно быть благодарным. Он встретил новую любовь и избежал одиночества, познакомился с Баком, Хлоя не оказалась в числе исчезнувших. Разве не благодаря физическому прикосновению трех людей, сидящих в машине, Рейфорд почувствовал, что у него еще есть воля двигаться вперед?
Он не представлял себе, что мог не встретить и не полюбить Брюса Барнса. Брюс научил его многому, просветил и вдохновил более, нежели любой другой из тех людей, которых приходилось встречать Рейфорду в жизни. Но не только знания и учение Брюса отличали Рейфорда от всех остальных. Рейфорд остро ощущал, что прошел мимо величайшей истины, которая когда-либо была дана человечеству, и не собирался вновь повторять ошибку.