Нимб
Шрифт:
Мы с Джейком пристроились в «хвост», Молли и Райан — перед нами.
— Доктор Честер, моя партнерша, Молли Амелия Харрисон, — следуя протоколу, официальным тоном объявил Райан.
Реплика звучала довольно странно в устах парня, который вместе с друзьями развлекался, рисуя на асфальте возле здания «Брюс Гамильтон» гигантские гениталии. Но сейчас он слушался Молли.
Директор благожелательно улыбнулся и пожал ему руку. Пара прошествовала в фойе.
Мы были следующими.
— Доктор Честер,
— Откуда тебе известно мое второе имя? — накинулась я на Джейка.
— Я же телепат.
Бальный зал невольно поверг меня в трепет. Стеклянные стены от пола до потолка, пышный пурпурный ковер, паркетная танцплощадка, хрустальные люстры с тысячами подвесок… Я замерла, увидев океан, а вдали — невысокий белый столбик, вроде солонки или перечницы, — здешний маяк. Повсюду стояли сервированные столики: на льняных скатертях были рассыпаны блестки, а в центре уже водрузили вазы с цветами. Музыкальная группа неторопливо настраивала инструменты. Повсюду сновали официанты, разнося подносы с безалкогольным пуншем.
Габриель и Айви держались в стороне. Габриель был невозмутим, как всегда, а сестра вызывала у учеников благоговение. Вдруг бесстрастный взгляд Габриеля замер на Джейке. Его глаза буравили Торна, словно лазер.
— Бет, давайте к нам! — воскликнула Молли и обняла меня. — А то у меня от туфель ноги раскалываются! Хотя… надо бы поздороваться с твоим братом. Не хочется быть невежливой!
Оставив Джейка искать наши места, мы подошли к Габриелю.
— Здравствуйте! — проворковала Молли, ковыляя к нему на шпильках.
— Добрый вечер, Молли, — ответил он. — Ты очень привлекательна.
— Спасибо! Вы тоже. Как вам здесь?
— Я никогда особо не любил светские рауты.
— Понимаю. Официальная часть скучновата. Настоящее веселье начнется потом… Вы же в курсе?
Габриель на мгновение смягчился, уголки рта изогнулись в намеке на улыбку. Однако он снова обрел свой «каменный» облик.
— Доктор Честер недвусмысленно высказался по этому поводу.
Молли расхохоталась.
— Вряд ли док может нам помешать, верно?
— Кто ваш партнер? — сменил тему Габриель. — Не помню, чтобы я встречался с ним.
— Его зовут Райан.
И Молли кивнула туда, где Райан с друзьями развлекались армрестлингом. Один из них свалил стакан, тот покатился по полу. Габриель промолчал.
Молли смутилась.
— Временами он как ребенок, но парень хороший. Надо поспешить, прежде чем он разобьет что-нибудь ценное и нас выгонят. Увидимся позже. Надеюсь, мы потанцуем.
Я была вынуждена подгонять Молли к нашему столику — она продолжала восхищенно оглядываться на Габриеля. Райан ничего не заметил.
Но, как и брат, я не испытывала
Странно, но вечер оказался нудным. Правда, Джейк действительно старался: сыпал шутками и анекдотами, был очень внимателен ко мне. Старшеклассницы изящно поглощали еду и стряхивали воображаемые пылинки со своих нарядов. Неужели весь смысл заключался в том, чтобы сидеть и хорошо выглядеть?
Джейк пытался растормошить меня, задавая язвительные вопросы, но я отвечала угрюмо и невпопад. Я унеслась мыслями к Ксавье. Что он теперь делает? А как бы он вел себя на балу? Его не было возле меня, неудивительно, что мне не удавалось справиться с плохим настроением.
— В чем проблема, принцесса? — поинтересовался Джейк.
— Ни в чем.
— Грязная ложь. Сыграем в игру?
— Ладно…
— Как бы ты описала меня одним словом?
— Увлекающийся?
— Увы, нет. Кстати, забавный факт: я никогда не выполняю домашние задания. Что еще отличает меня от других?
— Гель для волос? Обходительность? Шестой палец на ноге?
— Теперь он мне ни к чему. Я избавился от него много лет назад. А теперь — твоя очередь.
Я задумалась.
— Ну… Это трудно…
— Бет, мне никогда не нравились простушки, способные описать себя одним словом, — заявил он. — А там, где нет сложности, нет и глубины.
— Молли считает, что парни любят спокойных девчонок, которые не склонны устраивать истерики.
— То есть тех, которых легко затащить в постель. Неплохо…
— Разве это не противоположно понятию «глубина»? — спросила я.
— Между прочим, и шахматы имеют глубину.
— Они для тебя равнозначны?
— Разумеется, нет, — ответил Джейк. — Бет, ты разбивала кому-нибудь сердце?
— Нет. И никогда не хотела. А ты?
— Множество раз, но всегда по веской причине.
— И по какой же?
— Девушки были не те.
— Надеюсь, ты расставался с ними лично, а не по телефону или как-нибудь еще.
— За кого ты меня принимаешь? — изумился Джейк. — Они не заслуживали подобного обращения.
— Почему?
— Ты любишь, затем теряешь, и точка.
Мы выслушали речь доктора Честера о том, какой у нас «особенный вечер» и что, конечно, мы не сделаем ничего, порочащего репутацию «Брюс Гамильтон». Директор, похоже, намекал, что после танцев мы разбежимся по домам. Потом он добавил, что разослал письма с осуждением частных мероприятий по окончании бала и советом родителям дважды подумать, прежде чем предоставить свое жилище для данных увеселений.