Нимформация
Шрифт:
— Черт, Бенни! Ты купил рекламку?
— Вот именно! Этим утром. Смотри, как он прекрасен.
Красивая бабочка; ее сложенные крылья из серебристой ткани трепетали даже тогда, когда она спала…
— Откуда ты знаешь, что это самец? — спросила Дейзи.
— А я уже проверил. К твоему сведению, мужские особи очень агрессивные.
— Да, и более дорогие.
— Этого я получил по дешевке. От твоего красавчика Джазира.
— Все ясно. Контрабанда. Зачем ты связался с Джазом? Хочешь кучу неприятностей? Неужели ты не
— Нет, этот блурпс программируется. Никаких проблем. Ах ты мой красавчик Скутер.
— Скутер? Ты дал рекламке имя?
— Конечно, дал. Разве он не прекрасен? Мой маленький Скутер!
Бенни ласково подул на бабочку, сидевшую в коробке, и пощекотал ее трепещущее брюшко.
— Отныне он будет петь мои слоганы и защищать меня от порочащих оскорблений. Верно, Скутер?
Юноша отщипнул кусочек бургера, половинку съел сам, а вторую скормил бабочке.
— Бенни! — зашипела Дейзи. — Закрой крышку! Официант может увидеть.
— Скутер будет летать повсюду! Он разнесет мой гимн о гейской любви по всему Манчестеру.
Его губы были испачканы кетчупом.
— Закрой коробку крышкой, мать твою так!
Дейзи не часто ругалась, но иногда могла выдать крепкое словцо.
— О Гомо всемогущий! — внезапно пожаловался Бенни. — Это мясо на вкус, как дерьмо. Я думаю, они подмешивают в кастрюли коровий навоз. Почему мы должны питаться калом убитых животных? Ты можешь мне это сказать?
— Потому что в городе есть только компания Хумфи и кэрри.
— Правильно. Либо куриные, либо говяжьи кишки. Это наша судьба, пока мы не выиграем хорошую кость.
Он поморщился и выплюнул с брызгами слюны большой уродливый хрящик.
— Фу-у! Что за дерьмо я сейчас ел?
Его голос дрожал от отвращения. Он посмотрел на исторгнутый кусок, упавший на другой конец стола.
— О, бургеры Иисуса! Это что-то живое!
Он поднял вилку, чтобы пронзить омерзительный хрящ. Коробка с рекламкой отлетела в сторону. Дейзи также попыталась поймать убегавший кусок, и именно поэтому вилка Сладкого Бенни воткнулась в ее Руку.
— Ай! — завопила девушка.
— О черт! Я извиняюсь.
Бенни выдернул вилку из ее руки и вытер рану позаимствованным носовым платком.
— Все нормально, — прошептала побледневшая Дейзи.
Тем временем хрящик соскользнул вниз по ножке стола и пополз по мозаичному полу. К нему, размахивая сетью, метнулся официант. В тот же самый момент рекламка Бенни поднялась с алюминиевого ложа. Воспарив над посетителями бара, она пропела свое сообщение миру.
— Сладкий Бенни. Фентон, голубой оракул ДНК. За одно-единственное пьюни он расскажет вам о вашей судьбе. Становитесь геями и выигрывайте! Становитесь голубыми и выигрывайте!
Кто-то раздраженно закричал. Несколько человек вскарабкались на столы, когда проворный комок
Через миг на тротуаре появились бургеркопы. Они хлынули штормовой волной из помятого в сражениях мясного фургона, с расписным алым «X» генерального спонсора. Очевидно, какой-то склочный посетитель позвонил им по мобильнику и настучал о появлении гейской рекламки. Наверное, кто-то из команды Зуза решил отомстить за прошлую драку.
— Пора пробираться к выходу, моя дорогая, — прошептал Сладкий Бенни. — Теперь тебе будет о чем вспоминать.
Сунув в сумку окровавленный носовой платок, он усадил рекламку на плечо и побежал к задней двери бара.
Когда копы ввалились в зал, Дейзи сделала вид, что ничего не знает. Полицейские размахивали инструментами — своими обычными рабочими инструментами — и требовали указать местонахождение буйной гейской рекламки, которая нарушила постановление Минздрава.
Какой-то крысеныш писклявым голосом сказал:
— Этот черный гомик побежал туда…
Бургеркопы удалились в направлении, указанном самым костлявым из всех тонких пальцев.
Небольшое отступление для социологов и историков. Бургеркопы были воинами ортодоксальности. Они существовали в узких рамках госбюджета и выживали лишь на пожертвования спонсоров. Компания Бургеры Хумфи, выигравшая конкурс по охране закона, обязала копов носить везде и всюду логотип компании. Это сделало полицейских легкой целью для убийц — киллерам оставалось только навести прицел на сияющую алую «X».
Просто потеха какая-то. Естественно, копы возражали, но силы рынка взяли вверх. Лазерный принтер выжег в контракте: «Ни один полицейский офицер не имеет права бороться против преступности без гордо выставленного напоказ корпоративного символа».
Игра продолжалась.
Так и не доев подозрительный бургер, Дейзи вернулась в книжный магазин на бульваре Динсгейт. Дыра маленькой нищенки по-прежнему пустовала. Но теперь вокруг ямы собралась дюжина хмурых бродяг, явно ожидавших какой-то халявы.
— Целия, Целия! — бормотали они друг другу.
Дейзи протиснулась сквозь толпу попрошаек и, потирая рану на руке, вошла в магазин.
В это раннее послеобеденное время Джаз Малик уединился в своей спальне. Шляпа и очки были сняты, компьютер включен, на столе дрожащая рекламка, подготовленная для анатомирования. Украденная бабочка с блоком слоганов университетского образования. «Учись и выигрывай! Это принесет тебе покровительство компании АнноДомино».
Наконец-то! Реальная живая рекламка!