Нирвана
Шрифт:
Так что опытный провидец Зел Аристронг оказался прав: ситуация не получила разрешения, а только резко обострилась. Ничем не могли помочь отделению Парадорского и ждущие штурма сила Кафедры. Там только и надеялись, что если нависнет угроза все разрушающей бомбардировки, личный состав, преподаватели и стажёры опустятся на большие глубины в специальный бункер. А оттуда их при всём желании никаким оружием раньше чем за трое суток не выковыряешь.
В песчаной пустыне бункеров не было.
А жить хотелось всем одинаково.
Другой вопрос, что выживание теперь зависело только от последующих решений командира группы. И Парадорский долго не раздумывал:
–
– Вдруг возле челнока нас будет ждать засада?
– резонно волновался Алоис.
– Что тогда стоят твои дублирующие периметры просмотра и сигнализации?! Мы на них столько сил и времени потратили и теперь они окажутся бесполезными?
– Да нет, их практически нельзя обнаружить.
– Тогда вперёд! В крайнем случае, мы всегда сумеем затеряться в вечной мерзлоте и уходить от погони так необходимые для нас сутки.
В путь двинулись ещё более облегчёнными. Импровизированное убежище под песком разбирать не стали, зато опять тщательно убрали вокруг все следы своего пребывания. Ну а внутри оставили на всякий случай сюрприз, виде тотального минирования и сигналки про ликвидацию. То есть если и через -надцать суток кто-то сюда без спроса сунется, соответствующие приборы данный сигнал уловят в любом случае. А потом все двенадцать человек, на максимальной скорости устремились на запад. До нужной отметки добрались без происшествий, а потом повернули на север, стараясь как можно скорей оказаться под прикрытием толщи льда. В данном месте лабиринты начинались не сразу со стороны реденького леса, а пришлось взбираться на гребень ледника и уже по нему двигаться несколько километров до первых тоннелей и проходов. Но именно на гребне, когда внимательно осматривались вокруг с помощью бинокуляра, заметили на юго-востоке довольно интенсивное свечение прожекторами. Присмотрелись, обменялись мнениями и единодушно решили: скорей всего противник, несмотря на ночное время, приступил к планомерному прочёсыванию песочных барханов.
А если это так, то вывод следовало сделать только один: предательство!
Это было ясно даже без самоликвидации заминированного в песках убежища. Кто-то конкретно указывал врагу обо всех перемещения группы Парадорского. К счастью, не сразу эти сведения до врага доходили, иначе уже несколько часов назад, зарывшихся в песок воинов могли выковырять на поверхность. И хорошо, если ещё живыми.
Весть о предательстве повергла офицеров и Артура в уныние, хотя споры и предположения велись во время всего остального пути. Больше всего пытались угадать: кто конкретный предатель и где засела эта сволочь.
Кандидатура майора Хайнека всплыла чуть ли не самой первой. Только он один знал на Кафедре про базу возле Три Зет, про ценный объект охраны в виде баронета и про спрятанный во льдах межпланетный челнок. Причём подозрения в адрес куратора усиливались из-за его не совсем оправданного должностного рвения, плохого отношения к молодым героям и некоторая претенциозность непосредственно к Парадорскому. Хоть он и был сотни раз проверенным офицером, а иного на должность заместителя командира Дивизиона и не поставят, но уж слишком много он знал. И только одно из этих знаний можно было вскоре проверить: если вокруг челнока расположилась засада, значит, Хайнеку придётся ой как оправдываться и защищать своё честное имя.
–
– Исключено!
– сразу отыскал слабину в рассуждениях товарища Алоис.
– Наши предшественники никак не могли знать, что мы в данный момент прячемся якобы в песках.
При этом он несколько странно покосился на зарину. Вот только тщательно обысканная союзница ну никак не могла сообщать врагу или своим гипотетическим сообщникам о месте своего местонахождения.
– Действительно, - согласился и Танти с такими доводами.
– Обо всех наших передвижениях знал Хайнек, Капочи, император с маркизом Гроком и в штабе.
– Он тоже многозначительно глянул на Зарину: - Всех присутствующих исключаем по умолчанию.
Разговор вёлся через внутренние коммуникаторы скафандров, так что Гарольд и за подопечной своей присматривать успевал и в прениях участвовать:
– Как по мне - то предатель или ротозей сидит в штабе! Только там! И для нашей полной безопасности следует при следующем сеансе связи дать в штаб несколько ложные сведения. Так сказать запутать след. А заодно и проверить, откуда для нас исходит угроза.
– Как ты себе это представляешь?
– спросил Танти, присматривая, как его товарищи осторожно начинают спуск по только что выбранному, ведущему в ледовые лабиринты тоннелю.
– Пока ещё точных подтверждений предательства нет…
Словно в издевку над его словами сработало сигнальное устройство, сообщившее о самоликвидации убежища среди барханов. А потом и на пределе слышимости долетело эхо взрыва. Гарри хохотнул:
– Вот тебе и подтверждения! Так что не спорь, путай след: бери крабер и вопи в него про измену. А когда спросят где мы, отвечай, что успешно пересекли пустыню и теперь пытаемся спрятаться в полоске джунглей на юге. В любом случае, если впоследствии враг рванёт на по ложному следу, по этому факту будет легче отыскать предателя. А мы, в свою очередь, сбросим погоню с нашего хвоста.
– Логично!
– согласился Парадорский, опускаясь вниз предпоследним и оглядываясь на Армату, который на всякий случай устанавливал очередную мину.
– На Кафедру можем пока не звонить, а вот штаб порадуем.
Для этого дела пришлось остановиться, делая заодно короткий привал и отправляя вперёд с разведкой Лидию и Бергмана. Разговор со штабом так и начался с прямых, не совсем уставных обвинений:
– Кто дежурный? Господин адмирал! Как это ни прискорбно, но где-то в вашем окружении предатель! Нам по счастливой случайности удалось вырваться из клещей захвата, который противник предпринял в попытке отыскать наше убежище среди барханов. В данный момент наша точка дневки обнаружена и благодаря минированию - самоликвидирована. Причём особо хочу отметить ещё раз: враг искал нас вполне целенаправленно и со знанием обстоятельств.
На этот раз дежурный по штабу попался наиболее деловой:
– Хорошо, мы тут разберёмся. Где вы сейчас и куда следуете?
– Пересекли пустыню в южном направлении и в данный момент отыскиваем место для отсидки в джунглях.
И в боевой обстановке адмирал разбирался весьма неплохо:
– Не лучше ли, используя оставшееся время ночи сделать марш-бросок и закрепиться в ледовых лабиринтах южного полушария?
– Боюсь, что не успеем, - без зазрения совести врал майор Парадорский.
– Наша техника не совсем приспособлена для движения по заболоченной местности. А скоро начнёт светать…